Яйцо Дракона (СИ) - Форвард Роберт Л. - Страница 40

– Что ж, лично я в это не верю, – гневно отозвался Верховный Жрец. – Признай себя мошенником!

Розовые Глаза молчал.

Первый После Светила перевел взгляд на Голодного Скорохода:

– Я считаю, он должен пойти на мясо, – решительно заявил он.

Голодный Скороход замешкался. – Но ведь он действительно одарил нас Благословением Светила, – заметил он.

– Возможно, – возразил Жрец. – Но где оно теперь? Мы лишились Благословения, и виноват в этом именно он.

Пока два лидера общались между собой, Розовые Глаза глядел попеременно то на Светило, то на его Очи, пытаясь найти на небе подсказку. Неожиданное ему на глаза попался луч, исходящий из Внутреннего Ока!

– Я снова его вижу! – воскликнул он.

– Что? – ошарашенно спросил Голодный Скороход. Верховный Жрец был обеспокоен. Неужели это создание спланировало все заранее, чтобы навлечь на Первого проклятие Светила, уничтожить его и самому стать Верховным Жрецом?

– Я вижу Благословение Светила, – ответил Розовые Глаза, но затем в отчаянии увидел, что луч уже не движется в их сторону, а направляется к северу.

Голодный Скороход взглянул на Внутреннее Око, тщетно пытаясь отыскать едва заметное мерцание, которое он ждал столько оборотов. – Я ничего не вижу, – произнес он.

– Боюсь, что ты и не сможешь, – сказал Розовые Глаза. – Теперь луч движется на север.

– На север! – с облегчением воскликнул Верховный Жрец. – Это же территория варваров! Ты сам признал, что вынудил Светило лишить нас своего Благословения и отдать его варварским племенам.

Толпа у подножия холма раздраженно забормотала.

– Долой его! – закричал Верховный Жрец; Голодный Скороход и его солдаты тем временем беспомощно стояли, пока разъяренная толпа, взобравшись на холм, принялась пихать беззащитного бледного чила, скатывая его вниз по склону.

Из оружейных сумок извлекли острые пробойники; их острия уперлись в края Розовых Глаз, вынуждая его покинуть храм через восточный вход. Солдаты опустошили ларь, расположенный у близлежащих бараков игольчатых пехотинцев, и разложили на земле две дюжины хранившихся в нем длинных драконьих копий. Затем Розовые Глаза заставили заползти на их древки. Дородные воины подняли концы копий над поверхностью Яйца. Когда Розовые Глаза почувствовал, что его подошва оторвалась от коры, его охватила истерическая паника. Его бледное тельце без труда перетащили в ближайшее поле.

Кору на этом поле не так давно вспахали и засеяли, но потребовалось бы еще немало времени, прежде чем здесь начали выситься лепестковые растения. Сейчас же на их месте поднимались куда более агрессивные всходы – воины друг за другом втыкали в рыхлую кору резаки и пробойники, развернув их остриями вверх.

Когда Розовые Глаза стали насаживать на торчащие острия, его подошва затряслась от боли. Он попытался опереться на узки древки копий, одновременно приподнимая низ остального тела над терзавшими его иглами. Но затем копья выдернули прямо из-под содрогавшейся подошвы. Истерзанное тело Розовых Глаз беспомощно рухнуло на кору; сквозь его верховину проглядывали блестящие концы резаков и пробойникв, покрытых светящимися каплями его белых соков.

Охваченный агонией, Розовые Глаза пытался приподнять свое тело над мучившими его осколками драконьего кристалла, но каждый рывок наносил ему еще большие раны. В итоге он сдался и медленно растекся по коре вслед за струящимися из его тела жидкостями.

– О, Светило, – приглушенно возопила его измученная подошва, – яви свое Благословение – даже этим чила – ведь они так тебя жаждут.

Спустя полоборота на место казни вызвали команду мясников. На крошечном трупе оказалось не так уж много мяса, которое ко всему прочему отличалось той же болезненной бледностью, что и кожа Розовых Глаз. – Оно даже на вкус странное, – заметила одна из мясников, пососав кусочек его плоти. – Я бы такое есть не стала.

– Ты права, – согласился другой, попробовав немного мяса. И тогда по единодушному согласию тело просто оставили высыхать на светящемся поле; из съежившейся со временем кожи так и остались торчать осколки драконьих кристаллов, брошенных своими прежними владельцами.

Понедельник, 20 июня 2050 г., 06:49:32 GMT

Сейко Кауффманн Такахаси подняла глаза: в этот момент в каюту влетел ее позавтракавший сменщик – как всегда рано. Продолжая потягивать из пакета сладкий мятный чай, Абдул устроился за свободной коммуникационной консолью. Сделав левой рукой несколько отработанных движений, он быстро вывел на свой монитор копию экрана Сейко.

– Есть что-нибудь интересное? – спросил он; его непристегнутое тело тем временем слегка приподнялось над креслом. Ответ его удивил – ведь впечатлить Сейко было практически невозможно.

– Есть, ­– решительно сказала она, нажимая на панель. На обоих экранах появилось изображение, запечатленное звездным телескопом. Больше она не сказала ни слова – это было ни к чему.

Понедельник, 20 июня 2050 г., 06:50:12 GMT

Пьер Карно Нивен отдыхал после неспешного обеда, завершившего его десятичасовую смену. Пристегнувшись ремнями к креслу, он сидел перед консолью в библиотеке Драконоборца, щелкая пальцем по экрану.

– Толще!

– Еще!

– Тоньше!

Его палец начертил очередную линию. – Теперь нарисуй вторую руку так же, как первую!

– Хорошо!

Откинувшись назад, он потянулся в кресле, с гордостью осматривая результат своей работы. Изображение ребенка на экране теперь выглядело именно так, как нужно, хотя младенческая пухлость едва ли делала его подходящим кандидатом для того, трюка, который он собирался провернуть в следующий момент. Тем не менее, именно такая картинка и была целью Пьера. Читатели его скан-книги должны идентифицировать себя с этим персонажем – даже если не смогут в точности повторить его действия. Он наклонился к экрану и коснулся правой руки нарисованной фигуры.

– Положи в эту руку мяч! – Мяч моментально появился в нужном месте, и пальцы руки разжались, чтобы его ухватить.

– А теперь начинается самое сложное, – подумал он. – Посмотрим, насколько хороша процедура анимации тела.

Он снова обратился к компьютеру. – Брось мяч отсюда сюда по этой траектории. Используй силу тяготения Земли! – Произнося команду, он параллельно чертил пальцем кривую, которая начиналась в руке рисованного персонажа и, поднявшись высоко вверх, по дуге опускалась на задний план рисунка.

На глазах у Пьера фигурка откинулась назад и, в слегка отрывистой манере, запустила мяч в воздух.

Мяч поднялся вверх, после чего упал на землю, резко остановившись без малейшего отскока. Компьютер неплохо справился с перспективой; удаляясь от наблюдателя, мяч становился все меньше и меньше.

– Отлично – теперь проделай то же самое с лунной гравитацией!

Сцена воспроизвелась повторно – на этот раз со словами ЛУННАЯ ГРАВИТАЦИЯ в верхнем углу экрана. Мяч теперь поднимался гораздо медленнее, и по куда более пологой траектории.

– Повтори обе! – вновь раздался голос Пьера.

Компьютер воспроизвел анимацию обеих сцен. Первой на очереди была ЗЕМНАЯ ГРАВИТАЦИЯ, второй – ЛУННАЯ. Пьер наблюдал, тщательно проверяя работу модели. Они будут выглядеть гораздо лучше после того, как обрастут деталями, пройдя через издательскую подпрограмму рендеринга искривленных поверхностей. Затем он сгенерировал еще один рисунок с учетом гравитации Марса.

На Марсе его читателей было не так уже много, но Пьер подозревал, что таковые вполне могли появиться к моменту его возвращения на Землю.

Пьер наклонился к экрану. – Рисунок с земной гравитацией – повернуть вправо на 45 градусов.

– Покажи анимацию!

Он снова просмотрел ролик в действии – на этот раз при виде сбоку. Мяч пролетел по аккуратной параболической траектории. Пьер улыбнулся и подумал про себя: «Детишкам было весело представлять, будто их телам хватит сил, чтобы бросить мяч на пятьдесят метров. Теперь им придется заняться делом и обучиться какой-никакой науке, ведь – в конечном счете – именно за этим они и собираются «сканировать» его книгу». Затем он произнес вслух: