Яйцо Дракона (СИ) - Форвард Роберт Л. - Страница 8

Они вместе разработали алгоритм команды, после чего Дональд передал его в отдел программирования. Фактическим составлением программы будет заниматься сам компьютер, однако программисты были обязаны подвергнуть выданный им результат нескольким тестам, убедившись в том, что за десятилетия, прошедшие с момента запуска зонда, в имитационную модель не закрались какие-нибудь ошибки.

– Я позвоню вам, когда команда будет готова, – сказал напоследок Дональд. На завершение всех формальностей потребуется несколько дней. Но, думаю, нам повезло, и никаких проблем с получение разрешения от субсидирующей организации не предвидится. Блок с экспериментальной аппаратурой разработан ЕКА, но сам космический аппарат построили русские, так что обновление команд находится в ведении советской Академии Наук, а имени профессора Солинского им должно быть вполне достаточно. У вас есть телефонный номер, по которому я бы мог с вами связаться?

Пятница, 1 мая 2020 г.

Дни сменялись днями, пока Жаклин и Дональд сосредоточенно изучали временной график команд. Последовательность была довольно длинной, задержки в ней – и того дольше.

– Почему мы не можем считывать радиосигналы с высокой частотой синхронизации, когда рентгеновский телескоп находится в режиме сканирования? – спросила Жаклин. – Ведь тогда, если телескоп обнаружит что-нибудь необычное, мы сможем свериться с данными радиоприемника и выяснить, был ли в этот момент активен сигнал гребенки.

Дональд пролистал экран до раздела, в котором описывались эксплуатационные характеристики блока оцифровки низкочастотных радиосигналов. – Рентгеновский телескоп потребляет много энергии, особенно в режиме сканирования, – сказал он. – Боюсь, что из-за возраста радиоизотопных генераторов напряжение на силовой шине упадет настолько, что оцифровка низкочастотного радио просто отрубится, если мы потребуем от нее работы на максимальной скорости.

– Насколько быстро может работать блок оцифровки? – спросила Жаклин.

– Что ж, – ответил Дональд, глядя сквозь стол, – он рассчитан на то, чтобы выдавать не больше восьми отсчетов в секунду при минимальном напряжении, а мы довели его до шестнадцати. При низком напряжении на шине нам следовало бы снова понизить скорость до восьми, а то и четырех отсчетов в секунду.

– Оставьте шестнадцать, – твердо заявила Жаклин. – Лучше никаких данных, чем плохие.

Дональд взглянул на нее с выражением легкого недоумения, будто впервые видел симпатичное лицо своей собеседницы. Он хотел было возразить, но в итоге передумал и внес в последовательность команд небольшие корректировки согласно ее пожеланиям.

Мало-помалу нужная команда была составлена. Жаклин и Дональд периодически занимались ею в течение дня, когда Дональд пользовался расчетным счетом Солинского. А также обсуждали ее за обедом и по вечерам, когда бюджет Солинского, в свою очередь, получал некоторую долю времени Дональда.

Суббота, 2 мая 2020 г.

Дональд лежал на свежепостриженной лужайке перед обсерваторией Гриффит-парка. Сегодня была суббота, и впереди его ждал приятный вечер. Сначала – раннее преставление в планетарии, где ему предстояло увидеть широко разрекламированное Голорама-Шоу. Затем – вечер под звездами в расположенном ниже по склону греческом театре, с выступлением Star Crushers, новейшей сенсации в мире поп-музыки. И, в довершение ко всему, прекрасная и обворожительная – при всей своей непостижимости – спутница.

Солнце зашло за горизонт, и Дональд мысленно вознесся в небо, лишь слегка сбрызнутое сияющими огоньками, как поступал еще с раннего детства, когда вместе с отцом выходил вечерами на задний двор, чтобы взглянуть на звезды. Время от времени им удавалось рассмотреть косой след промчавшегося метеора или неспешное движение спутника. Уже тогда Дональд знал, что его судьба предрешена. Он хотел отправиться к звездам!

К сожалению, по мере его взросления человеческая тяга к иным мирам дала слабину, однако настойчивость Дональда все же принесла плоды, наградив его одной из немногих профессий, до сих пор востребованных в этой области. И пусть сейчас ему вряд ли удастся попасть в космос лично, он все же был там, благодаря посреднику в лице подопечного ему космического аппарата.

Жаклин сделала еще глоток вина и проследила за устремленным в темнеющее небо взглядом Дональда. Его глаза были столь же пусты, что и созерцаемые ими просторы дальнего космоса.

– В следующий раз он подготовит вечерний пикник, а я принесу вино, – сказала она про себя, задумчиво проталкивая глоток вина к корню языка. – Эти марочные вина из Калифорнии, конечно, неплохи, но если он думает, что им уступит хорошее французское вино, ему еще многому предстоит научиться.

Жаклин знала Дональда достаточно хорошо, чтобы понять, где именно витают его мысли. – На какой из них ты смотришь? – спросила она, зная, что ему известно положение всех шести зондов дальнего космоса, наблюдение за которыми входило в его обязанности.

– Не на свой, – ответил он, – а на тот, что первым покинул Солнечную систему – Пионер-10. Он перестал выходить на связь где-то между Тельцом и Орионом. Теперь он, наверное, уже в 10 тысячах а.е. от Земли. Я представлял себя на его месте – будто я, уже не в состоянии связаться с Землей, лечу в полном одиночестве под градом микрометеоров и межзвездного ветра; я чувствовал, как нарастает усталость, но несмотря ни на что продолжал мчаться вперед и вперед…

Звенящий смех Жаклин вернул его с небес на Землю. Дональд перевернулся на живот и смерил ее сердитым и в то же время сконфуженным взглядом.

– Не сердись, – сказала она. – Видимо, мы с тобой похожи больше, чем думаем, потому что мне тоже иногда снится, что я – космический корабль.

Когда Жаклин рассказала Дональду про свои странные видения, они завели разговор о том, что аспиранты, как известно, не только живут и питаются своими диссертационным задачами, но и видят их во сне.

– Наверное, твое подсознание пыталось тебе что-то сказать.

– Знаю, – ответила она, – и этот сон воспринимаю с той же серьезностью, что и результаты моих вычислений – по крайней мере, буду воспринимать, пока этому не противоречат данные с космического зонда. Но я думала, что если бы мы отложили запуск сканирования на рентгеновском телескопе и первым делом перебрали разные скорости оцифровки низкочастотного радио, то, возможно, смогли бы получить дополнительную информацию о настоящем спектре гребенки.

Когда его вечерняя спутница вновь взяла на себя роль коллеги, Дональд осознал, что беззаботное настроение пикника улетучилось, а на рабочие темы можно было с тем же успехом беседовать, просто стоя в очереди.

– Возможно, – ответил он, начиная собирать корзинку. – Давай отнесем это в машину и займем очередь на представление. Детали можем обсудить уже там.

Вторник, 5 мая 2020 г.

Чтобы передать готовую команду, сети дальней космической связи потребовалось пять минут (и изрядное количество рублей). Через день с небольшим цепочка радиоимпульсов длиной в пять световых минут достигла внеэклиптического аппарата, летящего над Солнцем по высокой дуге в 200 а.е. от Земли. Команда была записана в память, после чего компьютер зонда быстро рассчитал ее контрольную сумму. Очевидных ошибок он не обнаружил, однако манипуляции с этой цепочкой бит напоминали обращение с потенциально опасным онковирусом. Сразу попасть в командный механизм ей было нельзя, поскольку в случае ошибки она могла загубить космический аппарат не хуже прямого попадания метеора. Копия последовательности бит, хранящаяся в памяти зонда, была передана обратно на Землю. Там копию копии сравнили с оригиналом. Наконец, зонду был передан еще один экземпляр исходной последовательности, за которой следовала дополнительная команда исполнения – что в итоге должно было заверить внеэклиптический аппарат в правомерности изменения его рабочего состояния.