Глянец для Золушки (СИ) - Кирова Анна - Страница 12

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Антонина ничего не стала отвечать дочери, нажав на звонок двери забора, перед которым они с Дариной стояли. Таксист оказался точным и сумел Шереметьевых привезти куда надо. Дом, который был нужен Антонине, оказался с виду красивым. Она заметила, что из него вышла хорошо ухоженная и одетая женщина. Завидев гостей, она прибавила шаг, крикнув им издали: «Приехали! Заходите». Она и была той самой тётей Светой, к которой и ехали на жительство Дарина с матерью.

— Эффектная женщина! — подумала девочка у про себя, оценивая внешний вид подруги мамы, конечно, не забыв окинуть тётю Свету пристальным взглядом.

— Тонька, это ты? — женщина бросилась на шею матери Дарины, от радости целуя её и обнимая. — Как давно мы с тобой не виделись?

— Что ты, Светик! Только всего — то плюс, минус около десяти лет, наверно. Точно уже не помню.

— Ой, столько времени прошло. А это твоя дочка? Дарина? — и подруга Антонины озарила её дочь солнечным светом своих прекрасных глаз, что девочка даже невольно зажмурилась под напором её пристального взгляда.

— Да, Света, это моя дочь Дарина, — ответила молодая женщина, указав жестом на ребёнка. — Дарина, познакомься, это тётя Света! — теперь Антонина обращалась к дочери, официально представляя ей свою подругу. — Я тебе о ней говорила. Тётя Света моя старинная подруга.

— Здравствуйте! Очень приятно! — девочка вежливо ответила новой знакомой, а затем, повернувшись в сторону матери, проговорила недовольным голосом. — Мама, ты мне уже сто раз говорила, что тётя Света твоя подруга. Ты уже повторяешься, я не маленькая, помню.

— Здравствуй, Дарина! — Светлане понравилась девочка. Они чем-то были похожи с ней характерами. — А ты бойкая, как я погляжу. Девочка, что не даст себя в обиду, — и подала ребёнку свою руку в знак приветствия. Дарине ничего не оставалось, как пожать её в ответ.

Тётя Света оказалась даже красивой женщиной для своих лет. От неё веяло запахом дорогого парфюма. И одета она была соответственно, в женский брючный костюм сиреневого цвета. Дарина продолжала оценивать подругу матери, находя в ней много положительного.

— Красивая подруга у маманс. Почему же мама у меня такая запущенная? — этого Дарина никак не могла понять.

Оказалось, что тётя Света жила в двухэтажном из красного кирпича домике с балкончиком на втором этаже, что был виден издалека.

— Круто! Значит, окна моей комнаты будут выходить на улицу. Здорово, — Дарину устраивала такая перспектива, так как в их старой квартире окна её детской смотрели на местную мусорку, что находилась около их дома. Теперь же для Дарины всё могло сложиться по другому. Возможно, её новая комната будет иметь отличный вид с окна.

— Как тебе моя дочка? — спросила Тонька у своей подруги. — Она хорошая.

— Вижу, подруга, вижу, — ответила ей Светик. — Ой, что же я держу Вас обеих на пороге, — хватилась молодая женщина. — Идёмте в дом.

Схватив в руки по паре чемоданов, Дарина вместе с мамой двинулись вслед за тётей Светой. Она тоже решила им помочь, прихватив в руки другие сумки гостей. Для Дарины казалось, что они с мамой были, как те самые цыгане, которые с огромным скарбом кочевали когда — то по всей России. Девочку удивляло, что их семью принимает на постой, совершенно, чужой человек, который был для мамы старой давно забытой подругой. Дарина также не забыла отметить, что и садик около дома тёти Светы был отличным. Надо же, везде росла зелёная газонная трава.

— Живут же люди, — отметила девочка, усмехнувшись.

— Сколько же получают тогда учителя школе, где работает тётя Света? — подумала Дарина, осмотрев всё вокруг. — Всё это добро стоит немалую сумму, — Даринка была любительницей задавать самой себе неудобные вопросы, но, одновременно, она не была любительницей совать нос в чужие дела. — Впрочем, какая мне разница. Не хочу считать чужие деньги. Главное, что я здесь буду жить, а там мама, если повезёт, что-нибудь найдёт, и мы тогда переселимся жить в другое место.

— Как Вам моё скромное жилище? Я рада, что Вы приехали! Проходите. Осматривайтесь.

Светлана была рада видеть старую боевую подругу. Ей почему-то хотелось, чтобы красавице-Тоньке понравилось её скромное жилище. Тянуло похвастаться перед некогда одной из лучших студенток курса своими заслугами и достижениями, состоявшейся хорошей жизнью.

— Мол, смотри, подруга, как я живу. Обошла тебя по всем фронтам. Имею хорошую работу, особняк и машину. А ты, Антонина, чего добилась? — но сказать всё это, в лицо подруге Света не смела. Она боялась. Женщину лихорадило. С другой стороны Светлана была безумно рада видеть бывшую однокурсницу по универу, ведь когда-то в студенческие годы они всё же были подругами, щи хлебали из одной кастрюли, жили в одной комнате в общаге. Им обеим было что вспомнить. И было кое-что из-за чего Светлана чувствовала себя виноватой перед подругой. Она не могла ей об этом сказать даже через годы.

Да, внутри домик тоже оказался очень интересным. Дарине избушка нравилась. У тёти Светы был неплохой вкус в вопросах обустройства дизайна внутренних помещений. Девочку поразило, что в комнатах стояло много цветов, самых разнообразных и живых. Они хорошо оживляли обстановку каждой комнаты в доме, делая её более комфортной и уютной. Антонину же ничем нельзя было удивить. Она без всяких эмоций на лице осмотрела внутреннее убранство дома Светланы.

— Красивый дом, Светик. Мне нравится. Спасибо, что пригласила нас с Дариной. Я тебе очень благодарна. Ты даже не знаешь насколько. Я очень по тебе, подруга, соскучилась.

— Сколько лет не виделись? — ответила Антонине подруга. — Всё письма, да письма. Потом хорошо телефоны в ход пошли. Хоть так вместе с тобой связь держали. Тонь, сколько раз я тебя к себе приглашала. А ты ехать не хотела. Да, я и сама что — то тоже молодец. Всё работа, да работа. Будь она неладна.

— Ох, Светик, правду говоришь, — Антонина и сама понимала, что не сильно рвалась общаться со Светланой. Не хотелось ей чувствовать себя униженной при Светке. Ведь подруга тоже знала когда-то её непутёвого муженька Алексея, парня с синими, как море, глазами, сводившего с ума половину девчонок их факультета. А выбрал он её, Тоньку, что не помешало ему, потом завести другую юбку и бросить дочь и жену. Две женщины снова обнялись, каждая из них невольно вспомнила былое.

Дарина же смотрела, молча, на всю эту идиллию, ожидая, когда ей покажут комнату. Руки и ноги у неё ломились от усталости, так как ей с матерью пришлось ехать в автобусе несколько часов. И девочке очень хотелось есть. Но наглеть, чтобы выпрашивать еду у незнакомой женщины в чужом пока для неё доме, Дарина тоже не привыкла. Пришлось терпеть, стоя рядом со счастливыми старинными подругами.

— Господи, дамы, Вы скоро нарадуетесь, друг другу? — Дарина не выдержала, дав понять, что она стоит рядом. — Ребёнок устал, мама, твоя дочурка хочет что-то, я голодная и холодная. Тебе тоже не мешало отдохнуть с дальней дороги. — но две женщины как — будто не замечали стенания ребёнка. — Вот мне не повезло, — поймала Дарина себя на мысли и для верности громко кашлянула. — но взрослые были слепы и глухи.

— Светик, как же ты хорошо выглядишь? — Антонина нахваливала подругу на все лады. — Ты похудела. Стройненькая. Не то что я со своими килограммами.

— Ай, Тонька, ты тоже ничего. Отлично выглядишь. Ты, как была красивой, такой и осталась, — ответила ей Светик, улыбаясь.

— Кто же вспомнит про меня? — думала тем временем Дарина, теряя своё пламенное терпение. Да, для неё тётя Света и, вправду, была фигуристой. Но желудок требовал еду, тихо урча, и дальше Дарине было не до оценивания внешних данных подруги матери.

— Ох, простите, — первой поумнела тётя Света. — Вы же обе устали с дороги, а я Вас заболтала. Идёмте, я покажу Вам весь дом.

— Ну вот, а я надеялась хотя бы съесть кусочек копчёной колбаски с хлебом на худой конец, если нет ничего другого съестного, — Дарине пришлось плестись следом за боевыми подругами. Но желудок девочки стал возмущаться ещё больше, прося еды.