Сектант и девять миров (СИ) - Коновалов Виктор - Страница 53

Я осторожно заглянул в обшарпанный коридор, активируя Боевой Окуляр, занявший место пенсне. Окуляр чуть взвизгнул, подсвечивая артефакты: мачете Шрама и малую ядерную батарею в её рукоятке. Подсветились и татуировки: четыре красных носорога на груди здоровяка, точно такой же носорог на спине высокого испуганного раба, бирюзовая гремучая змея рядом с ним, и…

И две красные татуировки на плечах Отмеченного! ДВЕ!

В ярости я сжал кулаки.

Хитрец Грох… Отправил вместо себя Славу и сбежавшего недавно Мясницкого, так ещё и набил Отмеченному вторую татуировку прямо поверх округлых символов кода! Их теперь попросту невозможно считать!.. даже при помощи Боевого Окуляра.

Успокойся, Лоренс. Это даже к лучшему: теперь нет никакого смысла ловить Отмеченного. У сектантов есть код, и они знают местоположение Двери. Осталось просто пойти за ними.

Да, это верно. В таком случае переходим к плану Б: «не заметить» сектантов.

— Шрам! — крикнул, я с порога Молельной. — А ну быстро сюда!

Здоровяк замер в испуге, всё ещё глядя на еретиков.

— Идиот, я два раза повторять не буду!

— Но инквизитор!.. — замялся Шрам, поворачиваясь ко мне и неловко растопыривая руки с мачете, — тут… тут двое служителей в традиционных балахонах! Нужно разобраться…

Великий Носорог, прости меня за сквернословие. Но ты ведь сам видишь, какой это идиот!

— Тупое ты животное! — держать себя в руках становилось всё сложнее. — Если сейчас же не выйдешь, я тебя вышвырну из Храма и лишу всех твоих жалких жизней. Будешь грядки копать и кланяться возрождающимся игрокам!

Шрам что-то прошептал себе под нос, убрал катану в ножны и послушно выскочил из здания, старательно отводя взгляд от моих налившихся кровью глаз.

Ну что же, еретики?

Теперь ваш ход.

***

На следующий день раздался звонок видеофона.

Выругавшись, я выудил устройство из холщового мешочка. На экране значилось:

Коллекционер, Храм Носорога

— Принять… — устало проговорил я, буквально падая на стул: сегодня выдалась тяжёлая ночь, и только к утру мы добили-таки здоровых бурых медведей, сожравших с десяток игроков.

Над видеофоном тут же появилась голограмма жёлтого странника. Коллекционер сидел в большом кресле, положив на его спинку свои необъятные ручищи. Изображение, прямо скажем, оставляло желать лучшего: вдали от Шроснберга связи едва хватало для передачи картинки. Старик же выглядел помятым и невыспавшимся. Его белый традиционный балахон покрывали складки, а остатки седых волос были взъерошены.

Какой-то форс-мажор? Ночная гулянка?.. Столкновение в высших эшелонах Великого Храма?

Впрочем, в случае Коллекционера никогда нельзя было делать однозначные выводы. Не исключено, что таким вот странным образом старик хочет вывести меня из колеи, подставить, собрать компромат и расколоть…

— Дочь, — пояснил старик, отвечая на мой удивлённый взгляд. — Собачка у неё потерялась. Истерики, слёзы… В общем, женщины. Сам знаешь небось, не маленький уже!

Старик залился неприятным искусственным смехом, довольный двусмысленной фразой. Для проформы я тоже улыбнулся, почтительно ожидая, когда жёлтый странник продолжит.

— Где Отмеченный, Лоренс? — Коллекционер резко прекратил смеяться и вдруг нахмурился, отчего его маленькие глазки окончательно спрятались в складках кожи. — Я уже начинаю думать, что ты решил нарушить наш договор, инквизитор. Осторожнее с этим, дорогой мой Лоренс. Предупреждаю, как говориться, на берегу, да и гусь свинье не товарищ…

Жёлтый странник был большим любителем фразеологизмов и устоявшихся выражений, которые активно использовались в иллюзии, однако далеко не всегда употреблял их к месту. Впрочем, поправлять его я не рискнул.

— Отмеченный будет пойман в течение следующих нескольких дней, многоуважаемый жёлтый странник, — безэмоционально ответил я.

Главное, не поддаваться на провокации старика. Уверен, он специально позвонил на следующий день после ночной атаки, когда моя концентрация стремится к отрицательным показателям.

— Да неужели?! — взвизгнул старик, подскакивая с места и приближаясь к камере. Теперь его огромный нос занимал треть подрагивающей голограммы. — А вот мой тайный агент уверяет, что Отмеченный преспокойно шляется по лесу!.. и не только по лесу, друг мой Лоренс!! Судя по всему, ночью он побывал в Храме! ПРОСКОЧИЛ МИМО ТЕБЯ В СВЯЩЕННОЕ МЕСТО!

Чёрт, да кто этот «тайный агент» такой?..

Уж не местный ли служитель, Лоренс?.. Кто-то сливает информацию за твоей спиной.

Предатели?!

Но ведь о том, что Отмеченный был в Храме, знаю только я. Ну, допустим, Самуэль со Шрамом могли догадаться, но разве можно передавать Коллекционеру ненадёжную информацию? Тут нужно быть уверенным на все сто. Да и откуда у того же Шрама выход на жёлтого странника, причём такой быстрый? Не по визору же он ему звонит!

— Выбравшийся из иллюзии сектант обыграл самого Лоренса Дрейка? — продолжал напирать Коллекционер. — Лоренса Дрейка, который в будущем метит на пост Великого инквизитора Храма Носорога! Я ведь тебя насквозь вижу, Лоренс! И ты смеешь меня обманывать?!

Бог Носорог, знал бы ты, как хочется послать этого старика на три буквы и отключить связь!..

Но нет, нельзя. Нельзя, Лоренс!..

Вдох — медленный выдох. Я постарался успокоиться и только потом ответил:

— Многоуважаемый жёлтый странник. Отмеченный уже давно в капкане и под надзором. Ваш «тайный агент» не соврал. Я лично видел Отмеченного ночью в Храме и сам же его отпустил. Дело в том, что его учитель, октопус по имени Грох, решил возродить… хм, один исчезнувший культ. Для экономии сил и времени я позволю им привести меня к цели, а потом поймаю обоих.

— Грох? — Коллекционер расплылся в улыбке. — Знаю-знаю!.. сектант-отступник, кажется? Бросил культ Гремучей змеи прямо перед Великой битвой. А какого хрена вы там у себя в Первом мире еретика держите?! Сжечь! А его артефакты — ко мне в коллекцию. Хе-хе. Особенно всё, что связано с Зелёным богом: чешуя, конечности, слепки… Слышал, Грох до сих пор молиться этому своему Зелёному, за что имеет барыш.

Меня аж передёрнуло. Зелёный бог октопусов доставил в своё время множество проблем Трём Великим Храмам. Выбивать из осьминогов их еретическую веру в «отца-основателя» пришлось десятилетиями! А несколько родов до сих пор исповедовали этот недокульт.

Дополнительную трудность доставляли артефакты (условные части тела божка: кожа, кровь, мясо и прочая гадость), на короткое время дарующие октопусам огромную силу, а затем исчезающие. Появлялись они случайным образом у тех, кто проводил мистические обряды. Коллекционер их, понятное дело, проводить не мог: за одно желание получить артефакт можно было отправиться на костёр, а уж за проведение обряда на костёр отправили бы и самого Главного Носорога.

Снова проверка?..

— Еретик своё получит, многоуважаемый жёлтый странник. А редкие артефакты вы сможете приобрести у меня по дружеской цене, — улыбнулся я, поправляя пенсне. — Но для начала я выполню свои прямые обязанности инквизитора: уничтожу еретический культ и греховные артефакты Зелёного бога. Не беспокойтесь, несколько дней — и Отмеченный прибудет к вам в целости и сохранности. Вот только…

— Что?! — недовольно бросил Коллекционер.

Разговаривать на равных со стариком могло разве что высшее руководство Храмов, и он не привык, что формально нижестоящий по званию ему возражает. Однако сейчас (и только сейчас!) я мог надавить на жёлтого странника. У меня на руках был козырь — Отмеченный, который (уж не знаю почему) был очень и очень нужен Коллекционеру. К тому же, моё непосредственный начальник — правая рука Главного Носорога — имел со стариком давнюю ссору. Коллекционер попросту не мог меня шантажировать, не имея компромата.

— …Вот только в связи со сложившимися обстоятельствами мне нужны некие гарантии, что мои труды не пропадут даром.

— С огнём играешь, мой друг!.. С огнём! А вот сообщу-ка обо всём этом моему другу Главному Носорогу… — ухмыльнулся старик, вновь разваливаясь на своём кресле. — Но одобряю. Одобряю! Место инквизитора-протектора по нижним мирам, считай, уже твоё… Если, конечно, Отмеченный всё-таки окажется у меня в руках, в чём я, дорогой мой Лоренс, всё больше и больше сомневаюсь.