“Водила” для стервы (СИ) - Руч Эрика - Страница 38

- А-а-а... Понял.

- Так когда свадьба-то, баб? – не выдерживаю я, слишком затянувшуюся паузу с её стороны.

- Твоё-моё! Ну понятно же когда – пятнадцатого мая! – отмахивается от моего вопроса, как от надоевшей мухи.

- А мальчишник со стриптизёршами хоть будет?

- Максим! – одновременно взвизгиваем и я и бабуля.

- Да шучу я! Что вы всё так близко к сердцу?

- Смотри у меня, голубчик. А то весь компромат на тебя Аврорке солью...

- Какой ещё компромат? – что-то они явно мутят. Уже не первый раз такие загадочные лица и быстрые переглядки.

- Вот мы и на месте! Сельскохозяйственная семнадцать. Приятного дня, бабуля! – почти напевает ей вслед Макс.

- Что за секреты, Максим?

- Да какие секреты, Авророчка?! Знаешь же её – хлебом не корми, дай развести интригу или из мухи слона раздуть.

- Есть такая черта, не спорю. Знакомо. А вы с ней случайно не родственники, а?

Максим. Пятнадцатое мая

- Да всё, всё! Ладно! Продайте по пятаку каждый и чёрт с ними, с этими стульями! – не управляющий, а кара небес какая-то. – Всё! Я не могу больше разговаривать! Я в ЗАГСе, на регистрации. Продавайте сегодня, что хотите и кому хотите! Хоть женские презервативы!

- Максим! Хватит трындеть. Да ещё так громко. – Тычет меня локтем в бок Аврорка.

- Ладно. Молчу-молчу... – приобнимаю любимую за талию. Ну как же нетерпится стянуть с неё это фиалковое платье. Не зря так долго подгоняли. Сидит, как влитое! – Подружка невесты моя!

Интересно, удастся ли незаметно для окружающих цапнуть её за зад? Ох, что-то я совсем разошёлся. Ледяной водички бы...

- Тише можешь? Вон ба уже на тебя косится!

- Упс! Вижу, опять про меня фигню думает.

- Максим, сейчас за дверь выгоню! – в то время, пока окружающие нас подружки невесты в возрасте за восемьдесят, льют слёзы умиления, моя еле сдерживает смех и легонько притоптывает ножкой. Иначе ухохочется в голос. Знаю её.

- Поздравляем молодых! – водружаю бабуле в руки огромный букет и расцеловываю.

- А ты опять язвишь, Максимка! – ба тыкает меня под рёбра прямо как Аврорка. И к бабке не ходи – родственницы.

- А что я такого сказал? Ну не старых же поздравлять!

Крытый павильон загородного комплекса украшен в соответствии с последними тенденциями свадебной моды, почерпнутыми из апрельского каталога. Даже не знаю, чья эта идею в первую очередь – бабулина или Аврорки. Знаю, моя красотка вовсю тренируется перед собственной свадьбой. И после пластической операции не вылезает от косметолога, бедняжка. Ну, ничего, уже считай, всё позади. Кожа на правой стороне лица идеально ровная, хотя этой засранке до сих пор кажется, что что-то осталось.

- Эко всё припудрено барством! – с неподдельным удивлением восхваляет шикарное убранство ба. Ну вот теперь понятно, кто главный заказчик дизайна. – Как в домах Ротшеллеров[9]!

- Мне тоже нравится, бабуль! – подначивает ей Аврорка.

- Ну ещё бы! Чем мы хуже этих высокопоставленных сидельцев кабинетных? – бросает очередное красноречивое словцо и покручивает между пальцев край шёлковой скатерти. – Вот ещё бы Сильвестра с талоном позвали и тогда вообще цены бы свадьбе не было!

- Не могу над тобой, баб! Сейчас со смеху коньки отдам! – эта старушка даже меня иногда затыкает за пояс своими словесными выпадами.

- Не “отдам”, а “откину”, “отброшу”. Что, в школе не учился что ли, Максюня? – садится на свой почти трон и подпирает подбородок кулаком.

- А запах! Чувствуете? Так есть хочется, что переночевать негде! – подтруниваю я.

- Старый прикол, Максюня. Сдаёшь. Стареешь что ли... – оглядывается назад, внимательно отслеживая перемещение первого официанта. – Не нахваливай своих поваров. Мы сами сделаем выводы, повар то или поВОР.

- Баб, ну хватит вредничать. Максим старался.

- Да! Не спал, не ел, не мылся три дня и три ночи. И там, и сям. И с теми и с этими... Там, тут, здесь. Сверху, снизу. Вдоль и поперёк...

- Ладно, ладно. Шучу я. – Отмахивается ба. – Так, давайте по местам, внучки. Самый отрыв начинается!

Глава 54

Второе сентября

- Добрый вечер! А мы уж и не ждали! – Встречаю за воротами бабулю с дедом и, прихватив их баулы, веду в сторону домиков для гостей.

- И не говори! То некогда, то недосуг. И уж недалеко, вроде – пару лаптей по карте, а еле добрались. – Отмахивается от моих упрёков ба.

- Вот-вот... И я тем же местом подумал. – Открываю дверь коттеджа и впускаю стариков внутрь. – Чумачечая кофточка, баб Клав! Кто вязайнер?

- Ну тебя, Максюня! Сам-то чего на босу грудь выбежал? Забубенел наверное. – Скидывает туфли, передаёт деду свой радикюль и шлёпает на запах, одурительным кольцом вьющийся с кухни.

- А-а... Счастливые трусов не надевают! – отвечаю ей вслед.

- Знаем. Плавали.

Нет! Бесполезно её переплюнуть в красноречии.

- Что-то тошнотиками сильно пахнет... Авророчка, привет, моя деточка! Рыгалики опять печёшь?

- Нет, ба. “Цыганочки”. Мои любимые. – Отвечаю пожилой родственнице, явно преувеличив свою страсть к данному “изобретению” Авроры. Отодвигаю для них с дедом по стулу и сам тоже плюхаюсь. Совсем ног не чую.

- Цыганочки? А что это? Снова какой-то хламурный рецепт?

- А то как же! – киваю на чрезмерно припечённые оладушки – “произведение исткусства” моей любимой. Пока что лучшая работа!

Откусываю половинку и обильно запиваю пересладким чаем. Чтобы поскорее сбить вкус незабываемого припёка.

- А что так вздыхаешь, Максим? Умотала свадебная суета? – вступает в диалог дед.

- Ещё бы! Я вторую неделю, как паховая дошадь! Пошёл, нашёл, едва ушёл. Хотел отдать – не смогли догнать. Кручусь, трусь... Договоры, уговоры, отъезды, наезды. Теперь вот ещё эти две коленки никак дорогу не найдут. Застряли где-то между колхозами “Тридцать лет без урожая” и “Двадцать лет долгов”.

- Какие “две коленки”? – Авроркины глаза загораются неподдельным интересом. За это время она стала самой преданной фанаткой моих небылиц и присказок.

- Ну, эти... Братья Водяные. Помнишь, я тебе про них рассказывал?

- Да про кого ты, Макс? – любимая подворачивает оладь... оладий... чёрт, как его правильно?.. И “по самую голову” макает в малиновое варенье.

- Ну, братья-близнецы! Однокурсники бывшие! Я же говорил, что их заранее нужно было приглашать, ещё в феврале. Потому что ехать им долго. С Химок.

- Ишь ты, какие птицы! – хмыкает бабуля. А почему Водяные-то?

- А коленки при чём тут? – и Аврорка туда же!

- Твоё-моё! Тяжела жизнь без пистолета! – хлебаю остатки чая и заглатываю горелый бочок “цыганочки”. – Водяные – фамилия у них такой. Настоящая, сразу оговорюсь. А коленки... Эта кликуха ещё с интститута за ними закрепилась. Товарищи начали рано лысеть. Видимо, какой-то сбой гормонов или ещё какие тёмные дела, я не в курсе... В общем, оставшийся пушок близнецы тщательно соскабливали бритвой. А так, как народец этот был в те года необязательный и в крови у них сидело – опаздывать на начертательную геометрию, которая, к слову, всегда проходила на четвёртом этаже левого крыла...

- Ой, у меня сейчас компутер бомбанёт от перегрузки! – взмолилась ба.

- В двух словах: с высоты птичьего полёта некто, назовём его Т., чтобы было короче и у бабули компутер не закипел...

- Макс!

- ...окрестил их голыми коленками! Уж больно похожи. Сами увидите.

Аврора давится со смеху, а бабуля сидит с непоколебимым лицом.

- А когда сметься-то? Теряешь хватку, Максюня! Стареешь что ли? – опять подкалывает. Ну что за старушка? – Ой, не верится, что свадьба, Аврорка! Вот сын всё смеялся, что быстрее я замуж выйду, чем тебя кто-то... уговорит. А ведь прав был!

- Баб, ну хватит мне об этом напоминать каждый день, через два. Давайте лучше пораньше ляжем, а то всю свадьбу проспим. – Аврора забирает со стола несчастные, почти нетронутые цыганочки и открывает холодильник. – Только сначала нормально поужинаем.