Сердце в небесах - Дорсей Кристина - Страница 24

Эти слова прозвучали до того искренне и печально, что Рэчел ощутила странное сопереживание с ней. Как будто они обе не по своей воле оказались в этих диких местах… и обе об этом сожалели.

Держа чашку так деликатно, как будто та была сделана из севрского фарфора, Рэчел отпила маленький глоток и улыбнулась совершенно ангельской улыбкой:

— По-моему, я еще никогда не пробовала лучшего чая. — Она была вознаграждена появившимся на округлом лице хозяйки Кемпбелл благодарным выражением. И еще тем, что Логан перестал хмуриться.

Сын хозяйки, Ангус, оказался спокойным парнишкой, который после приветственной речи теперь молча стоял у двери. Случайно взглянувшая на него Рэчел заметила, что он смотрит на Логана так, будто ставит его выше всех Божиих созданий. Жалкий неразумный молокосос, подумала Рэчел.

— Как дела, Ангус? Хочу попросить тебя об одной услуге, если ты не против, — позвал Логан парнишку к себе.

— Хотите, чтобы я присмотрел за вашим хозяйством? — спросил мальчик с такой готовностью, словно ему предложили герцогство.

— Верно. Там есть корова, которая не меньше меня будет тебе благодарна, если ты ее подоишь.

— Я сейчас же отправлюсь… Можно, мама?

— Не спеши, — засмеялся Логан, — еще есть время немного перекусить.

Его мать не имела ничего против, и только когда мальчик подошел к столу взять ломоть хлеба, который Пенни отрезала от еще теплой буханки, Рэчел заметила, что у него только одна рука. Вместо другой торчал короткий, не доходивший до локтя обрубок, обросший сморщенной, в шрамах, кожей.

Осознав, что не сводит с него взгляда, Рэчел быстро опустила глаза к дымящейся чашке. Что могло с ним случиться? Он был еще совсем мальчишка, не старше четырнадцати. Она сделала такой большой глоток, что обожгла язык.

Ангус уничтожил еще два ломтя хлеба и миску рагу, непрерывно разговаривая и перешучиваясь с Логаном, потом встал и потянулся за курткой.

— Мы вернемся не позднее чем через две недели. — Логан повернулся к женщине: — Извините, что так надолго отбираю у вас сына.

— Вы же знаете, что для вас он сделает что угодно. — Пенни улыбнулась: — И мы с Малькольмом тоже.

Сделать что угодно для Логана Маккейда? Рэчел с трудом верила своим ушам. Ей, конечно, приходилось выносить его общество, пытаясь спасти его жизнь, а чем эти люди были ему обязаны? С какой стати им так относиться к этому мрачному молчаливому типу? Если представится возможность, ей надо будет расспросить женщину.

Логан поднялся, сказав, что дойдет с Ангусом до поля и поможет Малькольму, и Рэчел осталась с хозяйкой наедине. Той, казалось, так же не терпелось разузнать все о Рэчел, как Рэчел — об их отношениях с Логаном.

— Хотите еще чаю? Или что-нибудь поесть? Я хотела подождать, пока они придут с поля, но если вы голодны…

— Нет, спасибо. Я совсем не голодна. — Она оглядела дом. Он был больше хижины Логана, и при всей простоте обстановки здесь чувствовалась женская рука. На окнах висели занавески из ткани в полоску. Еще одна дверь вела в другую комнату. Рэчел подумала, что там, наверное, спальня. Может, даже с настоящей постелью, не с матрасом из шкур, на котором спал Логан Маккейд.

Лестница из комнаты вела наверх, может быть на чердак. Пока хозяйка Кемпбелл не спросила, не желает ли она отдохнуть, Рэчел даже не заметила, что смотрит на эту лестницу.

— Будете спать на постели Ангуса, она ему сегодня все равно не понадобится.

— Спасибо, но я не устала. — Это было откровенной правдой. Дав отдых ногам, Рэчел почувствовала себя менее уставшей. — Ваш сын… — начала было она, — он не побоится один отправиться на гору?

Занявшаяся чисткой картошки женщина подняла голову и улыбнулась:

— Ангус мало чего боится.

— Может быть, это и хорошо, но я все же думаю…

— Если вы хотите сказать, что он должен больше бояться из-за своей руки, то все обстоит как раз наоборот.

— Я вовсе не… — Но конечно, именно это она и имела в виду. Рэчел опустила глаза. — Как это вышло? — И почему все вы боготворите Логана Маккейда, хотела добавить она, но передумала.

— Ему пришлось отрезать руку, ампутировать, вот как. Логан Маккейд это сделал.

Рэчел не сомневалась, что ее взгляд выдал ее удивление.

— Это было во время войны.

— Войны?

Хозяйка Кемпбелл поглядела на нее как на дурочку:

— Войны с чероки.

— Вот как.

— Из-за тревожной обстановки мы отправились в форт Принц Георг, и когда остановились на ночлег у Брода Саттера, на нас напали чероки. Это был небольшой отряд воинов, а все наши мужчины были хорошо вооружены, и мой Малькольм тоже. Дети и я были в доме. Мы залезли на стол и стояли там. Но потом Малькольм крикнул, чтобы я принесла ему рог с порохом, и не успела я опомниться, как Ангус соскочил со стола и побежал за ним. — Она молчала так долго, что Рэчел засомневалась, будет ли она рассказывать дальше. Но она взяла еще картофелину, мгновение смотрела на нее и продолжила: — Верно ведь, как странно, когда одно мгновение так способно все изменить. Если бы вдруг могли сбыться все ваши желания, то нам хотелось бы только одного — вернуть обратно это мгновение. — Она глядела Рэчел в глаза, позабыв о своем занятии. — Видите ли, когда Малькольм позвал меня, я какое-то время колебалась. Меня пугали крики и стрельба, и из-за этого мой сын чуть не умер.

Она тряхнула головой, будто пытаясь отогнать воспоминание.

— Дикарей отогнали, но Ангус был ранен… и ему было плохо. Его всего лихорадило, рука воспалилась. И тут появился Логан Маккейд. Когда Саттер пригласил его передохнуть с нами, он рассказал, что гонится за этими язычниками. Он потерял своих близких и горел жаждой мести. Но потом он взглянул на Ангуса и остался с нами на две недели.

— Это тогда он ампутировал руку вашему сыну?

— Пришлось. Не то парень сейчас уже пел бы в хоре ангелов.

Рэчел подумала, что люди, наверное, ничего толком не знают про ангелов. Она сама не видела никакого небесного хора. Но сейчас было ни к чему обсуждать этот предмет. Кроме того, она хотела еще о многом расспросить.

— А вы не пробовали… Я хочу сказать, его рука… Неужели ничего нельзя было сделать?

— Вы бы его видели, моего мальчика. И Логана, когда он делал операцию. Ничего другого не оставалось, чтобы спасти моего мальчика.

Она очистила еще одну картофелину и взглянула на Рэчел:

— Не знаю, что на меня нашло. Совсем разболталась. Это на меня не похоже. — Она улыбнулась. — По правде говоря, я никому все это не рассказывала. Мы с Малькольмом даже никогда не обсуждали, как все это случилось. — Собрав нарезанную картошку, она бросила ее в чугунок и подвинула его на огонь, потом со вздохом вытерла руки о фартук. — Думаю, каждый из нас винит себя в случившемся.

— На самом деле никто из вас не виноват. — Рэчел встала со стула и обняла женщину за полные плечи. — Иногда мы не понимаем, почему что-то случается, но на все есть своя причина. Всегда на все есть своя причина.

— Похоже, зима будет ранняя.

Присевший у реки Логан, пригоршнями плескавший воду себе на грудь и лицо, пробурчал что-то в знак согласия с Малькольмом. Они несколько часов рубили кукурузные листья на корм скоту, пока не начало смеркаться. Он невольно задумался, не натворила ли Рэчел чего-нибудь в его отсутствие.

— Конечно, Логан, это не мое дело, но…

— Она просто набрела на мою хижину, — ответил Логан, понимая, о чем собирался спросить его приятель, и видя его смущение. — Понятия не имею, как она там очутилась. Только что кругом никого не было, а минутой позже… — Он натянул рубаху, ухмыляясь при виде выражения лица Малькольма. — Я первый готов признать, что в это трудно поверить.

Его приятель поскреб почти лысую голову, потом надвинул потрепанную фетровую шляпу на остатки рыжих кудрей.

— Собираешься проводить ее до Чарльзтауна?

— Нет. — Они пошли рядом. — Я думал доставить ее туда, но потом ко мне заглянул Одинокий Голубь и пригласил ее на праздник посвящения.