Сердце в небесах - Дорсей Кристина - Страница 67

— Именно поэтому я и должна быть с ним.

— Нет, Рэчел. Это недостаточно веская причина.

— Но… — Рэчел ощутила тепло коснувшегося ее духа.

— Вы научили Логана любить. Научили верить в себя. Вы дали ему все необходимое для выживания.

— Стоит ли продолжать этот спор? — вмешался Эбенезер. — Я устроил так, чтобы вы оказались в домике садовника неподалеку от дворца. Это рядом с озером, так что никто не удивится, что вы оказались там после того, как чуть не утонули. Полагаю, ваше длительное отсутствие можно будет объяснить потерей памяти. Не мне бы говорить, но это всегда отлично срабатывает.

Эбенезер продолжал болтать, очень довольный своей идеей. И в глубине души Рэчел должна была признать, что это действительно отличный план. Она не сомневалась, что ее величество и сам король будут рады ее возвращению. Ее жизнь станет той же, что и прежде.

Королева Шарлотта прикажет своему личному доктору устроить Рэчел обследование, и, возможно, ей придется несколько дней провести в постели, а потом все вернется на круги своя.

Станет так, как было до Логана.

До того, как благодаря ей он понял смысл жизни.

До того, как она сама открыла его для себя.

— Я не хочу возвращаться в Англию.

— Простите?

— Видишь, с чем мне приходится иметь дело? Я тебе говорил, что от нее одни неприятности.

Рэчел пропустила замечание Эбенезера мимо ушей. Она понятия не имела, что из этого могло выйти и возможно ли это вообще. Но она знала, чего ей хочется, что ей необходимо для полноты жизни. И это вовсе не включало жизнь при дворе, шелка и украшения.

— Если вы заставите меня вернуться в прежнюю жизнь, я все равно как-нибудь доберусь до Логана. Кораблем, дилижансом. Я найду способ.

— Она найдет. Я ведь говорил тебе, до чего она упрямая.

— Я бы скорее употребил слово «решительная».

— Мне безразлично, как вы это назовете. — Все существо Рэчел трепетало от возбуждения, которого не могло утихомирить даже успокаивающее влияние того, что ее окружало. Она сказала то, что знала наверняка: — Моя жизнь — ничто без него. Без его любви.

Мало что изменилось, пока его здесь не было.

Просто теперь он все видел по-другому.

Хижина оставалась такой же простой, неприбранной, с покосившимся очагом, который давал больше дыма, чем тепла. Вид с вершины утеса остался тем же захватывающим — широкая долина глубоко под ногами и видные за тончайшей дымкой далекие холмы. Он все еще немного побаивался стоять на краю утеса.

Но стремление сделать еще один шаг и со всем покончить куда-то пропало. Так же как и желание утопить свои неприятности в вине.

Когда Логан вернулся на свою гору, он чуть ли не первым делом вылил весь ром, до последней капли, который он запасал годами. Вначале он даже хотел разбить кувшины, но потом понял, что это лишнее. У него не было всепоглощающего желания выпить. Не то что прежде. Прежде, чем появилась Рэчел.

Логан присел на корточки, разглядывая простирающуюся внизу панораму. Он улыбался, как и всегда, когда вспоминал ее. Ее красоту. Свет, который она привнесла в его жизнь. Их любовь.

Рядом с ним развалился на спине пес… Генри, и Логан машинально почесал его пятнистое брюхо. Он все еще считал пса ленивой скотиной, но Рэчел думала, что это не так, и Логан старался обнаружить его лучшие стороны.

— Мне ее не хватает, Генри. — Логан тяжело вздохнул. Он не ждал ответа, хотя Рэчел и говорила, что пес может общаться с ней. Не то чтобы он в это не верил…

После Рэчел он готов был поверить во что угодно.

В ночь, когда она исчезла, он обыскал гостиницу и все окрестности. Словно одержимый, он поднимал людей с постели, донимая их расспросами. В глубине души зная, что ее нигде нет. Зная, что все, что она ему говорила, было правдой.

Он обнимал ангела, сердцем чувствуя, что находится на небесах. И благодаря ей, кусочек небес остался в его сердце.

Еще раз похлопав по теплому собачьему брюху, Логан вскочил на ноги.

— Бога ради, не прыгайте. Я не для того приложила столько усилий, чтобы вернуться к вам!

Логан резко обернулся, скользнув по гравию. Но ее руки уже тянулись к нему, не давая упасть.

Логан держал ее крепко, наслаждаясь ощущением реальности. Он никуда не отпустит свою Рэчел, никогда не позволит ей еще раз покинуть его. Его голову переполняли беспорядочные мысли, фантазия мешалась с реальностью.

Если это ему не суждено, он не сможет удержать ее никакими усилиями.

Он медленно отпустил ее, придерживая одной рукой за плечо. Ее лицо было обращено к нему — широко раскрытые небесно-синие глаза и милые губы. Он еле удержался от того, чтобы не подхватить ее на руки и не унести куда глаза глядят.

— Это и вправду вы? Она расплылась в улыбке:

— О да, я вернулась к вам… — и нерешительно продолжила: — Конечно, если вы этого хотите.

— Хочу ли я? Черт возьми, Рэчел, я всегда этого хотел. Всегда любил вас, даже если не всегда это понимал.

— И я тоже вас люблю. — Этим признанием она заработала поцелуй, от которого сразу закололо в кончиках пальцев и закружилась голова, так что она поскорее отступила от края, потянув его за собой. — Люблю, — повторила она, и его язык проложил дорожку по ее шее. Когда тепло его рта неожиданно исчезло и она снова оказалась от него на расстоянии вытянутой руки, у нее непроизвольно вырвался стон.

Что касалось ее, то она с удовольствием отложила бы все обсуждения насчет как и почему на потом, на после того, как они займутся любовью, заснут и проснутся только для того, чтобы снова насладиться друг другом. Но она знала, что существовали вопросы, которые требовали ответа. И по вопросительному выражению его светло-зеленых глаз она поняла, что придется все объяснить.

— Я решила вернуться, — просто сказала она, зная, что в этом нет ничего простого. — Чтобы быть с вами.

— А как же король и его брат?

Неужели он и вправду хочет отговорить ее от того, что составит его счастье? Логан замолчал, но только на мгновение. Ее счастье было для него важнее, чем его собственное. А раньше ей просто не терпелось вернуться к своей прежней жизни.

— Рэчел, вы были леди. Жили во дворце. — Он перевел взгляд на убогую хижину. — Я не смогу дать вам ничего такого.

— О, еще как сможете. — Она приложила ладонь к его щеке. Этим утром он побрился, но все же она чувствовала шероховатость щетины, от которой у нее по коже бегали мурашки. — Вы… ваша любовь значит для меня больше, чем все сокровища на свете. Я видела другую сторону, и я знаю. Любовь — это единственное, что имеет значение.

Он нежно поцеловал ее и испытующе заглянул ей в глаза:

— И вы собираетесь жить здесь?

— Почему вы спрашиваете? — Она больше не могла читать его мысли, но тем не менее знала, что у него что-то было на уме… что-то не имевшее отношения к беспокойству по поводу этой жалкой лачуги.

— Когда вы исчезли, мое сердце разбилось, но я знал, что так и должно быть. — Он тронул пальцем завиток за ее ухом. — И я также знал, что мне не годится жить здесь в одиночестве. Когда я вернулся в Чарльзтаун, я еще раз переговорил с доктором Куинси, и он рассказал мне о докторе в Уильямсбурге, который занимается болезнями души. Я думал, что, может быть… — Фразу оборвали ее губы, прижавшиеся к его губам.

— Это отличная мысль. Вы так много можете дать людям. И мне тоже.

Рэчел прильнула к нему, уронив голову ему не плечо. Их взглядам открывалась красота отдаленных гор. Солнце медленно поднималось в небеса, прогоняя затянувшую долины дымку, предоставляя взору возможность проникнуть в сокровенные тайны этих мест.

Захватывающее зрелище. Но самую сокровенную тайну хранило сердце Рэчел. Ту, которую знали только она и Логан.

Любовь — это единственное, что имеет значение.

КОНЕЦ