Некромагичка для мажора (СИ) - Даллас Ирэн - Страница 81

Получившееся чудовище оказалось вовсе не похожим на картофель. Скорей, на нечто среднее между клубком опарышей и переплетением обесцвеченных лиан. Стремительно набирающий массу монстр пустил свои корешки по стенам и потолку. Он сумел проломить керамические полы в надежде добраться до почвы. Кухонная плитка, местами, начала трескаться и вздуваться, намекая на то, что Дарку бы следовало перестать глазеть на дело своих рук и уж, наконец-то, свалить подальше.

“Номеру один” два раза повторять и не требовалось. Он споро занял положение “упор присев” и осторожно выглянул “на улицу” сквозь щели между полками. В поле его зрения оказалось несколько боевиков, один из которых даже обратил внимание на происходящие на кухне странности.

Именно в него и врезался первый тяжёлый стеллаж, отправленный в полёт волшебной палочкой некромага. Следом за тяжёлым гремящим металлическим снарядом рванул и Дарк, быстро выпаливая одно за другим боевые проклятья по оставшимся двоим.

Кое-кто из амбалов оказался достаточно шустрым, чтобы успеть повернуться и даже выстрелить в сторону магической угрозы, но ни одна из пуль не задела цели: молодой человек лишь ощутил холодное манящее дыхание смерти, пролетевшей рядом с его левым ухом.

Добравшись до прилавка, Даркен быстро упал на одно колено и пригнулся, после чего тычком волшебной палочки проделал в своём укрытии глазок, дабы иметь возможность оценить происходящее на улице, не рискуя лишний раз поймать своим жбаном пулю.

Да, обеденный зал забегаловки уже больше не воспринимался, как часть помещения. Все стёкла вылетели прочь, кусок крыши обвалился, придавив тела французов из рода Кюсо. То тут, то там лежали тела бойцов “Стит”. Много тел. Как почти не тронутых, так и разорванных на части. Некоторых расчленили простыми рубящими ударами боевого поводка, а вот иные бедолаги оказались изувечены с особой придумкой.

Дарк не хотел бы оказаться на их месте.

Молодой человек бросил взгляд через плечо: противные бледные щупальца приближались неумолимо. Засиживаться на одном месте было попросту нельзя. Хуже всего оказалось то, что теперь от них приходилось не только уносить ноги самому, но и спасать тела неудачливых французских парламентёров.

Перемахнув через прилавок, некромаг парой быстрых заклинаний обездвижил противников Глашек, чем змеюка воспользовалась незамедлительно. От вида извилистой гибкой ленты, без видимого труда входящей в шею бедолагам, Дарка передёрнуло.

— Что это ты с ними такое творишь? — в непосредственной близости от “Бургер-Тауэра” боеспособных противников не осталось, однако некромаг не спешил расслабляться: это территория врага. Сковронские могли в любую секунду пригнать подкрепление.

Кроме того, где-то совсем неподалёку шёл ещё один бой, что объясняло, какого лешего так долго не было ни Гало, ни Фортуны.

— Лишаю их рта и даю достойный мотив кричать, — ответила Броня, быстро стреляя внимательным взглядом синих глаз в сторону крыш ближайших домов. — Паралич и боль. Не высоконасыщенный прах, но вполне сгодится на случай прибытия вражеского подкрепления.

Глашек выглядела изрядно побитой. От её одежды остались какие-то лохмотья: колготы превратились в дырявые чулки, которые больше не скрывали ободранных коленок и покрытых кровоподтёками да ссадинами бёдер, а коротенькие шорты умудрились стать даже ещё короче, хотя совсем недавно подобное могло показаться невозможным. Кофту сдуло куда-то в неведомые дали. Даже покрытые мелкой изморосью пластины на кирасе треснули, а одна из кос окончательно расплелась.

— Бенэ, — коротко кивнул Дарк, стараясь не думать о морально-этической стороне вопроса.

Вот ещё! Не время было рефлексировать на тему того, чем же рыцари плюшевого енота Тимки отличаются от Сковронских, если тоже не брезгуют высоконасыщенным прахом и тоже пытают людей, дабы впоследствии использовать их воспоминания, как боезапас.

— Я пуст, — отчитался некромаг. — Больше не осталось одноразовых держав. Последнюю использовал на создание картофельного монстра. Кстати, он скоро пожрёт тела Кюсо, если мы не поторопимся.

К чести Брони, она не стала задавать вопросы: что, зачем и почему. Отложив выяснение обстоятельств на потом, девушка поспешила к завалу, а Дарк последовал за ней, заклинанием подхватив одного из ститовцев, что лежал обманчиво удобно, не в силах ничем, даже мутным взглядом, передать всю глубину своей агонии.

Передышка оказалась крайне короткой. Всего через пяток секунд на крыше торгового центра появилась гордая фигура в доспехах. Не столь внушительная, как первая, но тоже преисполненная чувства собственного достоинства. Многие элементы брони нового действующего лица выглядели избыточными, добавленными исключительно для красоты. Это касалось и ярко выраженного корсета, обмотанного несколькими рядами одноразовых держав, и декоративных молочных желёз на нагруднике, и, конечно же, того отверстия в шлеме, что позволяло превратить длинные светлорусые волосы в этакий плюмаж.

В одной руке эта любительница парадных доспехов сжимала гантелеподобное вместилище праха, а в другой — агрессивно выглядящий меч с множеством зазубрин. Крайне узнаваемое оружие.

— О, привет, Экзи! А мы тут… плюшками балуемся.

Ровнёхонько в этот момент за спиной Дарка что-то загрохотало. В небо поднялись клубы тяжёлой сухой строительной пыли. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы осознать, какого же лешего там произошло: картофельный монстр, наконец, обрушил крышу.

— Что это, во имя Семерых, такое?! — ошарашенно произнесла Сковронская, увидев уродливое дендромагическое нечто, стремящееся своими щупальцами к тусклому лунному свету.

— Да так, — некромаг крутанул меж пальцев волшебную палочку, напитывая первую комбинацию заклинаний памятью своего немного пленника. — Просто в Советской Богемии картошка ест тебя!

Маллой-младший решил по полной программе воспользоваться замешательством Экзы. Прежде, чем противница оказалась готова к сражению, ей в тело ударило сразу несколько проклятий, к сожалению, потонувших в бронепластинах низкой магопроводности. По крайней мере стал ясен тип доспехов противницы. Пытаться достать её проклятием было бессмысленно, а потому, следующие несколько формул оказались направлены на то, чтобы выбить у врага почву из-под ног.

Буквально.

Бетон треснул и посыпался, увлекая Сковронскую вниз за собой. Экза тоже в долгу не осталась: шипастое лезвие описало восходящую дугу, и земля вздыбилась, словно бы рассекаемая огромным мечом. К вящему сожалению благородной слечны, столь внушительная атака не достигла своей цели: коварный Маллой ловко ушёл в сторону, заранее сориентировавшись по направлению взмаха оружием.

Некромаг атаковал не сбавляя напора ни на секунду. Он просто не мог позволить противнице даже на мгновение отвлечься на разгребающую завалы Броню и потому надеялся, что последней хватит ума не ввязываться в сражение и сосредоточиться на цели их миссии: останках Кюсо.

Волшебная палочка со свистом рассекала воздух, каждую секунду подхватывая то один камень, то другой, вынуждая вражескую некромагичку сосредоточиться обороне: снаряды могли прилететь с любой стороны. Хоть спереди, хоть сзади. Они могли как обрушиться с небес смертоносным дождём, так и обдать Сковронскую мелкой шрапнелью прямо из-под ног, вынуждая её то и дело обновлять магический контур замедленного падения, чтобы не растянуться на земле самым позорным образом.

Зазубренный меч хоть и выигрывал в мощи заклинаний, вынуждал владеющую им некромагичку расплачиваться скоростью за означенное преимущество. Сковронская, конечно, пыталась компенсировать этот недостаток за счёт ударов по площади, но ей, всё равно, не удавалось достать прыгающего от одной бесчувственной тушки к другой, словно блоху, Дарка. Зато вот наглому сыну ректора вполне хватало ловкости и проворства, чтобы то и дело попадать в цель.

Барраж каменными снарядами приносил свои плоды. То тут, то там доспехи давали трещину. Пластины смещались и деформировались, обещая скорое открытие тушки противницы для прицельных проклятий, способных закончить это противостояние в пользу рода Маллоев.