Сделай, что должен (СИ) - Донецкий Виктор - Страница 62

В город попали по темноте. Патруль на въезде посмотрел документы, отметил у себя прибывших и пояснил где можно найти приют, чтобы утром выехать в нужном направлении, при этом не придётся петлять до самого выезда из города на мост по маршруту. На это и купились. Воистину, прямой путь на войне, это самая опасная дорога. Вначале решили отдыхать до подъёма солнца, а потом оказалось, что в город вошли немцы на краснозвездных танках. Такое бывает не только в кинофильмах с участием учебного батальона или по другому «Бранденбург». Это ничего, что Иван предупредил пост на въезде в город, что немцы были вот в этом месте, а вот этот мост никто не охраняет. Услышали и забыли.

Выстрел из орудия, а потом пулемётная очередь от начала улицы по направлению к выезду из города привели организм, мирно спящих путешественников, в боевой настрой. Микола влетел в комнату на втором этаже и сообщил, что танк с красной звездой только что расстрелял на прямой улице повозку и несколько человек. Плохое было в том, что выезд со двора этого дома есть только на эту самую прямую улицу. Одно хорошо, что танк стоит под окнами внизу, а Микола принёс целых две бутылки коктейля Молотова. Этой чудесной смеси заводского изготовления с названием КС и химическим запалом, вместо тряпки облитой бензином.

Интересно, что бы было при попадании одной пули в один ящик со снаряженными бутылками КС? В этом случае немцы вполне могли бы прыгать от счастья и вопить типа «гори, гори ясно, чтобы не погасло!» Это при наличии шести сотен литров бензина в кузове! Что – то упустил важное товарищ младший техник. Точно упустил и явно продолжает упускать! Опупеть! Ладно. Пока танк, он как цель самый главный! Решаем проблемы с танком и по улице до первого поворота, видели мы эти прямые и самые прямые улицы этого города в одном известном месте!

Решили так. Тимоха к пикапу и заводит его, он бегает плохо. Микола открывает окно, а Иван бутылками пытается поджечь танк, пока Микола бежит к пикапу. Потом Иван бежит к пикапу сам. Далее пикап выезжает на улицу и до первого поворота без остановок. Тимоха из кузова стреляет из пулемёта, если надо. Всё очень просто, а вот реализация этого плана как пройдёт? А вдруг танк не загорится, а и загорится, но немцы будут вести бой в горящей машине? А вдруг?

Звук работы двигателя пикапа запустил план в действие. Окно резко распахнулось, Микола побежал из комнаты, а Иван шагнул к подоконнику. Танк стоял немного дальше проёма окна, но для броска сверху очень удобно. Бутылка чётко ударилась о жалюзи моторного отсека, а вторая бутылка брызнула огнём на люках башни. В этот самый момент стекло окна рассыпалось на мелкие осколки и зазвенело по полу. Иван пригнулся и на полусогнутых, прижимаясь к стене, двинулся на выход.

Раз кто – то прикрывал танк, значит, просто так выскочить из переделки не удастся, это мысль в мозгу. Тело впрыгивает на место водителя, а руки закрывают дверь и снимают тормоз, нога давит на сцепление, первая скорость и нога давит на газ. Машина вылетает на простор улицы и набирает скорость, прижимаясь к правому тротуару. Стучит пулемёт в кузове пикапа, Иван вдавливает звуковой сигнал и ведёт машину на средину улицы.

– Право двадцать!!!

Пикап по дуге, очень плавно входит в правый поворот на третьей скорости, а гроздь пуль стучит по его кузову на расстоянии примерно от десяти до двадцати сантиметров от заднего борта. «Видали мы эти прямые улицы в заду!» Выбранная улица, может и была кривая, а выезд из города отстоял от места переправы через мост километров на десять дальше, зато на ней не было танка, стреляющего по людям.

У моста пикап остановили. Какой – то хилый, но пост из окопов по бокам дороги с парой максимов со щитами. Началась обычная проверка документов и прочие формальности. Иван отвечал на вопросы охраны в лице пехотного лейтенанта, а сам оценивал шансы поста задержать немцев при танках. Шансов таких не было, вообще! Просто напасть немощная на всю Красную армию навалилась. Нет у неё ничего, чтобы дать отпор самым простеньким группам с одной, может, двумя лёгкими единицами бронетехники, даже не танки, а бронетранспортёры или даже какие квёлые броневики. Обидно до соплей! Только соплёй броню не перешибёшь. Навык нужен. Бутылкой с коктейлем Молотова тоже надо умудриться бронетехнику суметь остановить. Это же смех! Два окопа не полного профиля. Это не оборона, а полная безнадёга.

– Что младший техник загрустили? – лейтенант посмотрел на Ивана.

– Смотрю я на вашу оборону и прикидываю за сколько секунд танк её раскатает без единого выстрела.

– Вот даже как?

– Ага. Именно так. Вам бы пулемёты на ту сторону реки и мост сразу подорвать. Вот тогда до ночи сегодня есть шанс с немцами чуток пободаться. Дела такие, что немцы в городе уже. Или вы выстрелов не слышали?

– Слышали, но это ничего не значит.

– Понимаю, товарищ лейтенант. Вам по званию понятнее, что такое есть расстрел танком на прямой улице, что выходит к вашему мосту, повозки с гражданским населением.

– А вам об этом, откуда известно?

– Да пришлось танк этот бутылками с горючей смесью чуток забрасывать, а потом уезжать на другую улицу, от пулемёта немцев отстреливаясь.

– Давайте младший техник поподробнее об этом расскажите.

– Можно. Только есть у меня желание вначале на ту сторону моста попасть, поскольку надеюсь, что мост этот заминировали и его подорвать можно. Если это не так, то будет возможность удрать от танков.

– Танков боитесь?

– Очень боюсь, особенно с красной звездой на броне, которые при этом расстреливают из пушек и пулемётов мирное советское население.

– Вы бредите!

– Нисколько. Только проедем за мост, там я вам всё поясню про немецкие группы разведки и специальные группы по захвату мостов на пути продвижения Вермахта. Поверьте, что вам это пригодится. И пулемёты за мост отведите. Здесь оставьте отделение солдат и толкового командира, чтобы любой транспорт перегонять через мост самим, а не потенциальному врагу, даже с красной звездой на броне. Оружие и вещи пусть в машине оставляют, а люди все высаживаются. Особенно из бронетехники.

– Получился не рассказ, а целая инструкция. Даже приказ.

– Если у вас лейтенант ко мне и моим людям по документам особо претензий нет, то позвольте нам продолжить движение. У нас нет желания не выполнить приказ. Эшелон с госпиталем не стоит на месте.

– Как это нет претензий? Есть!

– Какие? Только коротко, время уходит, и мы с товарищами ранеными спешим.

– Откуда у вас немецкое оружие?

– Трофеи. Перебили немецкую разведгруппу. Не оставлять же немцам оружие, чтобы они по нам стреляли. Желаете отобрать?

– Вам придётся оружие отдать…

– Отдам, лейтенант. На том берегу отдам. Сажайте в кузов расчёты с пулемётами и поехали на тот берег. Там всё и получите. Ну, нет у меня желания подыхать второй раз из – за упрямства и желания показать власть главного на посту при переправе через реку.

– Как вы разговариваете?

– Не убивать же тебя идиота! Сам же видишь пулемёты в кузове и автоматы в руках. Пять секунд и из тебя и бойцов фарш был бы. Ты хоть в бою был, два кубаря? Командуй пулемётчикам и поехали! Надоело тебе сопли вытирать и пояснять очевидное. Не дури у нас тоже нервы… Тимоха!

– Понял, командир, уже в прицеле.

– Едешь, два кубаря? Или мы сами на ту сторону проедем? Или пулемётчиков с нами отправишь? Думай быстрее!

– Расчёты пулемётов грузите на машину пулемёты и ленты. Быстрее! Остальные занять оборону и всех тормозить на обочине. Моторы глушить. Сержант, принимай командование здесь.

Пикап на первой скорости, даже перегруженный, вполне спокойно переехал мост, и Иван его направил в кювет при дороге с выемкой земли поросшей травой. Трусившие пешком рядом с пикапом пулемётчики и лейтенант остановились.

– Значит, так бойцы. Берём пулемёты и отрываете траншеи длиной по десять метров на три позиции, две на флангах и одна в середине. Траншея в форме галочки, глубина по пояс, дёрн рубить квадратами для маскировки бруствера спереди. Только вначале огневую точку для стрельбы лёжа сделайте. От неё будите вести хвосты траншеи. Возражений нет? Товарищ лейтенант?