Вернуть наследие (СИ) - Тори Ева - Страница 27

— Профессор Кастро, не понимаю, почему я должен составлять вам компанию, — сказал мастер холодно.

— Ох, Этан, хватит играть в депрессивного и загадочного холостяка! Каждая девушка хочет пожалеть такого, как ты… И я не стала исключением. Я говорю тебе это уже прямо, потому что устала бегать и намекать, — ей осталось, разве что, замурлыкать.

— Амалия, извини, но у нас ничего не может быть.

Повисло молчание. Я выглянула из-за полочки и увидела, что Кастро так и не убрала руки от мастера, а на ее лице играла легкая, соблазнительная улыбка. Ее губы приблизились к его ушку.

— Когда-нибудь тебе надоест играть в недотрогу, — прошептала женщина, сладко поцеловала его в ухо и соблазнительно виляя бёдрами, удалилась.

— Сюда иди, — сказал раздраженно мастер. Я испуганно оглянулась — это он мне?

— Не хотела вам мешать! — сказала язвительно, подходя к нему.

— Она не видела тебя. Я наложил иллюзию, неужели так сложно было понять? — судя по тону, мастер был вне себя от злости. — Сядь! — рявкнул мужчина и я тут же повиновалась. — Читай, — схватила книгу и уткнулась в нее носом. Понятное дело, что спрашивать у злого мужчинв хоть что-то было опасно для жизни и здоровья. Поэтому я просто сидела и тупо смотрела в книгу, даже ее не читая. Вздрогнула, когда мужчина кинул на стол фолиант. — Это невозможно. Не академия, а не пойми что, — злобно проговорил Резерфорд, развернулся и покинул библиотеку. Я смотрела ему вслед и не знала, плакать мне или смеяться. Сначала к нему пристает его студентка, потом — коллега, которая, видимо, давно ему прохода не дает. Сорвался мужчина, с кем не бывает?

Хихикнула и решив, что сегодня уже точно не буду ничего искать, тоже пошла прочь из библиотеки в свою теплую постель.

Утром на моей прикроватной тумбочке лежал медальон. Я нащупала рядом записку: «Этот артефакт скроет твою магию и дар. Носи его всегда. Снимай только тогда, когда нужно работать магией на занятиях». Твердый и уверенный почерк мастера. Взяв в руки медальон, стала его рассматривать. Ничем не примечательный, кругленький, напоминает маленькую монетку. Но это для меня он самый обычный, а люди знающие сразу увидят, что я скрываю магию и дар. Я откинулась на подушку и улыбнулась мысли о том, что мастер все же перебесился, побеспокоился обо мне и этой же ночью нашел выход, как мне помочь.

— Побеспокоился, — просмаковала я это слово, улыбаясь.

Перед завтраком я побежала к Малышу. Вместе со мной шли еще пара людей, а Тора ходит после завтрака к своему дракону.

— Приветик, — я прикрыла за собой калитку и подошла к заметно подросшему Малышу. Правильный уход творит чудеса. Парень окреп, возмужал и почти догонал своих ровесников.

— Ммррк? — он захлопал хвостом от радости и весело открыл пасть, вывалив раздвоенный язык. Малыш встал на задние лапы и раскрыл крылья.

— И я тебя рада видеть! — рассмеялась, почесав за ушком. — Смотри, что раздобыла, — я вытащила из кармана небольшой пузырек со снадобьем от заботливой госпожи Тиссо. Она приготовила его специально для Малыша, чтобы укреплять его организм. — Ротик открыва-ай, — я попыталась открыть его пасть, но он упрямо сжал зубы и вилял мордой. А потом забился в угол и спрятал свой нос от меня. Растрепанная, вспотевшая и красная после неудачной борьбы, я воинственно направилась на него.

— Все равно скормлю! — села на него верхом и кое-как все же смогла влить ему в пасть снадобье.

— Грхг… — недовольно урчал скривившийся дракон, чавкая.

— Знаю, невкусно. Но надо терпеть. Вырастишь, зато, самым сильным и красивым, — заверила его я, а он смотрел на меня преданными красными глазками и внимательно слушал.

Все шло своим чередом, кроме того, что на мне теперь какой-то артефакт, скрывающий мой странный дар. Я все также училась, все также тренировалась. Иногда мы с мастером посещали библиотеку в позднее время вдвоем, а иногда — по отдельности. И тем часам, что мы проводили вдвоем, молча перелистывая книги, я невероятно радовалась. И каждую встречу ждала с трепетом в сердце.

Найти хоть что-то не удавалось. Я видела, как он хмурится и на вопрос, нашел ли что-то, всегда отмахивался. Так продолжалось две недели.

— Скоро бал, — мечтательно протянула Рози.

— Угу, — угрюмо подтвердили мы с Торой.

— Надо подарки купить, — ковыряясь вилкой в обеде, заметила я. — И платья.

— У меня нет денег.

— Я одолжу, — тут же заверила я подругу.

— Не стоит…

— Тора, — нахмурилась я на рыжую.

— Адептка Гвиницелли! — раздался громкий голос в столовой.

— Я! — тут же встала из-за стола и с удивлением посмотрела на мужчину в военной форме.

— Это же стражник, — зашептались вокруг.

— Пройдемте на дачу показаний.

Я сразу поняла, что речь идет о моем нападении. Поэтому молча кивнула и под тишину, повисшую в столовой, покинула ее. Шла следом за мужчиной и думала о том, что меня сейчас ожидает. Либо нашли преступника, либо еще ищут и им понадобится мой подробный рассказ, что произошло в тот день. Мы дошли до кабинета ректора и первым, кого я увидела — был мастер, который склонился над кем-то.

— М-мастер, пожалуйста! — испуганно пролепетал парень.

— Этан, — оторвал ректор мастера от какого-то странного занятия. Резерфорд тут же выпрямился и обернулся на меня. Я застыла, увидев, как его лицо искажено злостью. Это он так меня не рад видеть? А потом опустил взгляд на того, кто сидит за ним.

Тим. С избитым лицом.

— О, Атена… — прошептала испуганно.

— Госпожа, проходите, — стражник подтолкнул меня и закрыл за нами дверь. А я не могла оторвать свой взгляд от парня, которого кто-то безжалостно избил. Я аккуратно посмотрела на мастера и его крепко сжатые кулаки, которые были в крови. — Вы знаете этого молодого человека?

— Знаю, — ответила сухо, смотря прямо на стражника. — Это Тим. Мы учились и занимались вместе у мастер Резерфорда.

— В тот день, когда на вас было совершено нападение, вы конфликтовали с адептом Криском?

— Для меня конфликта не было. Он хотел поединок и проиграл его в честной борьбе.

— Вам ранее угрожал этот молодой человек?

— Нет.

Я смотрела на то, как стражник быстро записывает за мной каждое слово. Поставил точку и посмотрел на меня.

— Можете быть свободной.

— Мне кто-то скажет, что происходит? — холодно спросила у присутствующих. — Тим? — выгнула я бровь.

— Я не хотел! — заорал он не своим голосом и дернулся на меня. Я ступила назад, но мастер пресек его попытку и толкнув его обратно на стул, встал между нами. — Кристалл, скажи им! Скажи!

— Что сказать?

— Ты же осталась жива! Скажи, чтобы не отдавали под плеть! Помоги, Кристалл!

Я медленно подошла к Тиму, аккуратно обогнув мастера. До последнего я не хотела верить в то, что именно он совершил на меня нападение. Он добивался моей смерти, ведь любой знает, как недолго может прожить избитый человек на сильнейшем морозе. Сердце сжалось, глядя на его испуганное, заплывшее лицо. Глаз почти не было видно.

— Почему я должна тебе помогать? — глядя на него свысока, равнодушно произнесла я.

Душа и доброе сердце кричали: скажи, чтобы его отпустили. Умоляй, чтобы смягчили наказание! Но разве этот человек не заслужил такого? Этот парень, который сейчас боится последствий за свой поступок, избил меня до полусмерти просто за то, что я его победила. Оставил умирать…

Я гордо развернулась и молча пошла к выходу.

— Стерва! Чтоб ты сдохла, подстилка резерфордская! — кричал он мне вслед, но я не обернулась. Вздрогнула, когда он обозвал меня и услышала, что его незамедлительно кто-то ударил.

— Этан! — возмущенный возглас ректора и болезненное мычание парня.

Лишь когда осталась одна, дала своим эмоциям выход. Закрылась в комнате и свернулась клубочком в кресле, заново переживая все, что случилось. Сначала невероятный страх и боль от избиения, обморожения и приближающейся смерти. Закрыла эти чувства на замок и запрещал себе переживать по этому поводу. И вот я посмотрела на того, кто это сотворил. И не стала препятствовать тому, чтобы его наказали по всей строгости. Когда же я стала такой черствой?.. Но не это ли есть справедливость? Человек, который сотворил со мной такое, может сделать подобное и с другим адептом. И ему может не так сильно повезти, как мне. Его могут найти позднее, чем меня.