Просто вернись... (СИ) - Измайлова Алена - Страница 12

— У нас одни мальчишки, а мама хочет дочку, — сказал тот совсем взрослым тоном, — но если они будут рожать, то пятеро детей — это уже немало, и шестой может опять быть сыном. Поэтому найденка — наша, так мой папа сказал.

— Чего? — возмущению Верта не было предела, когда он это услышал. Он даже не оглянулся, есть ли рядом кто-то из взрослых, которые потом зададут им за драку трепку.

Его настолько возмутило, что лучший друг уже решил распорядиться судьбой его новой сестры, что с разбега кинулся бить наглеца. Потом разберемся с остальным, решил он. И даже не посмотрел, что друг был выше и крупнее его, да и дрался лучше его.

Террин был третьим из пятерых сыновей в семье. Его старшим братьям было на год и два больше, они умели драться сами и учили этому "малышню", как они называли своих младших. И мальчик, которому исполнилось тринадцать, как самый близкий к ним по возрасту, уже давно упражнялся вместе с братьями.

Но в тот момент Верт об этом явно не думал. Хаид видел, как сын одним прыжком запрыгнул на друга и начал мутузить. Какие-никакие навыки боя все-таки усвоил, подумал он тогда, глядя, как мальчишки покатились по песку. Покачав головой, Хаид подошел к ним и, схватив за шиворот, растащил их как щенков.

— Прекратили оба, — сурово сказал он, оглядывая порванные рубашки, разбитые носы и руки и покрасневшие глаза драчунов, — Японимаю, что Нерит и Сатия рады бы взять малышку, но вынужден огорчить тебя, Террин. Если родственники девочки не объявятся, она останется у нас. Нечего ее пугать. Она только-только привыкла к нам всем. И ты, Верт, мог бы и подумать об этом сам.

Мужчина стряхнул мальчишек на песок и, прищурив глаза, добавил:

— Драться вы умеете, что и говорить. Но важнее уметь сдерживаться. При Храме Бога Отца-Огня служит мой брат, давно ты к нему не ходил, Верт. И тебе это тоже полезно, Террин. Я поговорю об этом с твоим отцом.

Тем же вечером он общался с Неритом и Сатией. И вовсе не из-за драки и разбитого лица сыновей. Сатия спросила о найденке.

— Отдай нам ее, Хаид. У вас есть дочь, — сказала она с надеждой в голосе. Нерит стоял рядом, обнимая ее за плечи и молчаливо поддерживая. Так было принято. Если находились сироты, то за ними приходили оба супруга, желавшие забрать к себе домой малыша.

— У вас пятеро детей, Сатия. Это — нелегкое бремя, — ответил Хаид весомо.

Она согласно кивнула. Дочь она очень хотела, но им уже предстояло поднять, выучить и женить пять сыновей. Даже если мальчики трудолюбием пойдут в отца, все равно это будет тяжко.

Видя волнение жены, Хаид тепло улыбнулся.

— Наш старший сын уже в драке отстаивал права семьи на малышку, — сказал он, — Конечно, она останется у нас. Я же вижу, как вы все к ней относитесь.

Ялма прерывисто вздохнула и порывисто обняла мужа. Затем украдкой смахнула слезы, спрятав лицо в складках мужниной рубашки. Медленно отстранилась, положив ему ладони на плечи. Муж отведя свои испачканные руки в стороны, молча, смотрел на нее.

— А ты? — тихо спросила она, — Как ты относишься к малышке?

— Как к маленькой сестре наших сыновей и дочери, — улыбнулся он, — я давно заметил, что она очень похожа на Кару в ее возрасте. Море нам подкинуло дочку, и мы от нее не откажемся. И не потому, что она — дар Богов. Видят Боги, она будет нам не менее родной, чем другие наши дети.

Ялма заплакала, ее лицо сморщилось. Она снова прижалась к мужу, согнувшись. Хаид осторожно, чистой тыльной локтевой стороной руки подтолкнул жену на свои расставленные колени. Дождавшись, когда она присядет на правую ногу, он слегка прижал ее к себе, все также боясь перепачкать ее. Затем он бросил рыбу, которую держал в левой руке, не глядя, в одну из корзин.

— Ей надо дать имя, моя птичка, — сказал он, потеревшись щекой о макушку жены, — она не может быть и дальше безымянной. Это нехорошо.

Он укоризненно покачал головой, даже не зная, какое имя можно дать маленькой, худенькой девчушке лет пяти на вид, что появилась так неожиданно у них в доме. Птичка? Пичужка? Хаид усмехнулся. Девочка и впрямь была похожа на Кару, которая— маленькой копией матери.

Ялма отстранилась, вытерла слезы, в очередной раз размазав чешую теперь уже по лицу. Поморщилась, ощутив это, и наконец разглядев, что ее правая рука испачкана, ответила:

— Кастия. Когда я нашла ее, она лежала частично в воде и вся в морской пене. И ей тоже нравится это имя.

Ялма смущенно улыбнулась мужу. Хаид засмеялся.

— И давно ты дала ей имя?

— Декаду назад, — Ялма передернула плечами, — но говорили мы об этом вчера, когда я укладывала малышей спать. Само как-то вырвалось. А Кастия улыбнулась и сказала, что это очень красивое имя, и ей очень нравится.

— Ох, и заговорщица же ты, моя любимая, — Хаид прижался лбом ко лбу жены, — А я-то все думал, как долго ты выдержишь?

Потом он тоже решил признаться. Откровенность важна в семье.

— Сатия и Нерит приходили пару дней назад. За Кастией, — смеясь над самим собой, сказал он, — но я уже оговорил все со старостой, поэтому не отдал ее.

Ялма тут же успокоилась и возмущенно отстранилась. Затем снова расслабилась, прильнула к мужу и тихонько засмеялась.

— А я-то думаю, с чего бы это Верт и Террин в синяках ходят. Пришлось поймать мальчишек и синяки свести, — ответила она и тут же начала оправдываться, заметив возмущение мужа, — я не могла смотреть на этот ужас. Понимаю, что боль лечит голову и проясняет многое в их возрасте, но смотреть на это невыносимо…И больно…. жалко…

Она тихонько вздохнула, виновато смотря на мужа. Хаид поморщился.

— Это было им уроком, любимая, — сказал он.

— Я знаю и больше не буду вмешиваться, — пообещала Ялма, — но сейчас не сдержалась. Они взрослеют, на них уже скоро девочки будут заглядываться, а тут синева во все лицо, — тихонько добавила она, — Глупо и некрасиво. Хотя повод для драки неплохой был, признаю.

— Старший брат — драчун, — хмыкнул Хаид, — В хорошую семью попала наша девочка.

— Она сказала, что в хорошую, — тепло улыбнулась Ялма, — мы будем любить ее, не обидим сами и не позволим никому этого делать. И это главное, милый.

Она прижалась к его губам своими, крепко обхватив руками шею. Какое же счастье, когда тебя понимают, любят и поддерживают, мелькнуло у нее в голове.

Глава 8 Мир людей. Много лет назад

Глава 8

Мир людей

Кастия. Это имя родилось в результате игры моря и ветра. Маленькая девочка, получившая с легкой руки Ялмы его, явно была любимицей Богов.

Иначе, как она могла выжить в открытом море столько времени? На соседних островах, Ялма и Хаид узнавали, никто не терял детей. Не было известно и о гибели кораблей. Если же пострадал неизвестный корабль, то в любом случае должны были остаться обломки и, возможно, еще пассажиры.

Девочка возникла, как будто, из ниоткуда. Воды и шаловливые их обитательницы — русалки и серены — не утащили на дно, чтобы она стала одной из них. Ветра не унесли по волнам ее подальше от островов, а напротив направили по течению к Синтери. Особенно, к тому, обычно пустынному пляжу, где каждый день в первых лучах солнца вдоль песчаной косы ходила Ялма в поисках моллюсков, ракушек и вынесенных морем лекарственных и съедобных водорослей.

Безжалостное солнце, отражавшееся от водяной глади, что продубило кожу моряков и рыбаков до коричневого цвета, не сожгло нежной кожи малышки, а лишь слегка позолотило ее, разбежавшись также веселыми лучиками по темным, почти шоколадным прядям длинных волос. И островная земля приняла ее, не давая увлечь обратно в море, и держала на одном месте, чтобы любопытный Вито ее нашел, а Ялма успела забрать малышку домой.

Женщина посчитала это знаком Судьбы. Она не хотела отказываться от ребенка. К счастью, муж решил вопрос с удочерением. Если бы ей не отдали девочку, она собиралась за нее бороться. Она не знала как, но все равно собиралась.

Спустя несколько недель с того дня, она неоднократно убеждалась в правильности решения. Кастия стала своей настолько скоро, что в их семье уже и не мыслили жизни без нее.