Ундервельт. Западня (СИ) - Бард Олег - Страница 17

Он все еще ходил вокруг да около. По сути эта медсестра не опровергла и не подтвердила версию о том, что Тарасов использовал «Панацею» в качестве убежища. Нужно было думать о том, как просочиться внутрь и осмотреть отделения своими глазами. И прорваться в эти закрытые лаборатории, пусть даже в роли подопытного.

Застряв в пробке, он написад об этом Яне и решил не терять времени даром, набрал Карину.

— Как продвигается расследование? — поинтересовалась супруга исчезнувшего бизнесмена.

— Продвигается, — заверил ее детектив. — У меня есть просьба.

— Я слушаю вас внимательно…

— Поскольку вы мне предоставили распорядок дня вашего мужа на девятое, на день исчезновения, не могли бы вы сбросить мне, что было у него в планах на предыдущие дней десять.

Карина задумалась.

— Вы должны понимать, что информация, связанная с перемещениями и встречами Виктора, может быть коммерческой тайной… — произнесла она нехотя. — Если вы пообещаете, что не предоставите эти сведения третьим лицам…

— Когда мы подписывали контракт, это подразумевалось.

— Я посмотрю, что можно сделать, и свяжусь с вами вечером или завтра утром.

— Тогда до связи!

До агентства Наган добрался в начале восьмого, измотанный жарой и злой. Оглядел окрестности, хоть Яна и заверяла, что слежки нет, забрал ее, в дороге кратко рассказал, что сделал за день.

— И? — зевая спросила Яна.

— Тарасов знал, что в скором времени ему доведется исчезнуть, — сказал он. — Мужик составил огромный список распоряжений, обсудил планы «Проксимы» до конца года и наметки на следующий. Тарасов вкалывал, чтобы не оставить незавершенных дел. Его кабинет пуст; только мебель, картинка на стене и немного мусора. Думаю, это неспроста. Заместитель Тарасова — болван, он не понял, почему ни менты, ни я не нашли в кабинете босса ни одной зацепки. Их уничтожили заранее… да, скорее всего, Тарасов и приказал, чтоб из его кабинета убрали все, что дало бы маломальскую подсказку.

— Версии, Шерлок?

— Либо Тарасова убрал его подрядчик, который задумал подлую аферу, либо наша пропажа втихаря легла на лечение в какую-то больницу, ибо припекло. Я думаю, что сумма, на которую кинул «Проксиму» подрядчик, велика для рядового жителя Средней полосы, однако не настолько, чтобы из-за нее кто-нибудь взял на себя убийство вип-персоны. И Гошкодеря из госдумы звонил, я так понял, чтобы обозначить, кто танцует подрядчика.

— Но если Тарасов тайком лег на лечение или на профилактику, — подхватила Яна, — и там его укокошили? Ведь Тарасов сам спрятал концы в воду. А деньги лишними не бывают. И ведь необязательно его подрядчик убрал. Нужно понять, от кого Тарасов прятался, я уже говорила, тогда станет ясно, кто виноват.

— Ты понимаешь, — улыбнулся Наган, объехал двор в поисках парковочных мест, а заодно проверил его на предмет наличия слежки.

Подозрительных типов было слишком много: и мужики у машины, и таскающие мебель грузчики, и вон та компания на скамейке, и четверка, якобы выгуливающая собачку. Надо быть настороже.

Яна и Ростислав Нагорные жили на втором этаже, само собой, лифтом они не пользовались. Лестница была чисто выметенной и даже вымытой, пахло дорогим мужским парфюмом.

— Ой, — воскликнула Яна, — Телефон забыла в машине.

Наган улыбнулся, сжимая ее ладонь. Если раньше рассеянность жены вызывала раздражение, то теперь ее удобно было списывать на особое положение Яны.

Они вышли из сумрачного подъезда и зажмурились, на миг ослепленные августовским солнцем. И в этот миг на них напали.

Глава 9. Шимон

— Меня?! Ищут сумеречные?! — Брови Шимона поползли вверх.

Если он и играл, надо отдать должное, делал это весьма убедительно.

— Вроде бы тебя, — продолжил гнуть свою линию Тарвит. — Говорят, ты очень для них опасен, потому что можешь уничтожить мир.

Шимон уставился на Тарвита, как на придурка. Помолчал, а потом изрек:

— Я — опасен? — Он усмехнулся. — Да я никто и зовут меня никак. Я почти голый сюда попал. Потом безумный чувак в балахоне пытался меня куда-то вывести…

— Арон, что ли?

— И тебе он попадался? Заманивал? — Тарвит не стал вдаваться в подробности, кивнул, Шимон продолжил: — Что я могу сделать тем сумеречным? Ни-че-го. Ты их уровни видел?

«Как убедительно врет», — подумал Тарвит. Но решил подыграть, рассчитывая, что Шимон рано или поздно проколется. Не похож он на простого новичка: уж слишком спокоен, не задает лишних вопросов. В нем чувствуется фальшь.

При мысли о Замке накатила тоска, он каждой клеткой ощутил, что и ему туда нужно. Не просто нужно — жизненно необходимо, но он пока не понимал зачем.

— Значит, потом собираешься к Замку? — спросил Тарвит, с сожалением отмечая, что у вожака псов вместо хвоста обрубок. — Зачем тебе туда? Говорят, там опасно, живым не добраться.

Шимон пожал плечами:

— В самую первую ночь здесь я прибился к бывалым, там вперемешку люди, гномы, эльфы и даже орк затесался. Все они пробирались к какому-то складу на востоке, возле терриконов, где проклятое гномье поселение, чтоб добыть какой-то ключ. Если этим ключом открыть дверь в замке Госа, можно выбраться в Большой мир. Правда, никто не знал, как именно выглядит ключ, и где находится дверь.

При мысли о Замке на Тарвита накатила тоска, он каждой клеткой ощутил, что ему нужно ну просто край, но он не понимал зачем.

Тарвит развернул карту, жестом подозвал Шимона, он ткнул пальцем юго-восточную область, границу гномьих владений и серой зоны сумеречных. Локация была накрыта черепом.

— Это здесь. Да, там опасно. Но даже если не проберусь туда, оттуда и до тумана рукой подать. Хочу проверить, настолько ли он непроходим.

— Полностью с тобой солидарен, — сказал Тарвит, Шимон качнул головой. — Не возражаешь, если составлю тебе компанию?

Некоторое время шли молча. Наконец красавчик не выдержал и озвучил мысли:

— Ты говорил, что меня ищут сумеречные. Они называли мое имя?

— Нет. Просто забирают и пытают всех новых, ищут того, у кого сохранена память. Говорят, что он опасен и для них, и для мира в целом.

— С чего ты решил, что он — это я? — спросил Шимон, останавливаясь.

Тарвит упустил момент, как он скользнул за спину. В шею уперлось лезвие.

— Хочешь меня сдать? — пробормотал Шимон бесстрастно. — Но ты ошибаешься. Я ничего не знаю и не помню. Просто настолько не хочу становиться куклой, что согласен перерезать тебе глотку.

Тарвит ухмыльнулся. Удивительно, но смерть не пугала его — от пережитого он словно отупел.

— Во-первых, я такой же новенький, как и ты. Во-вторых, у меня другой интерес, — признался он. — Я хочу назад. Не помню подробностей, но предчувствую, что там нормально, нет уродов и всего этого дурдома. Если ты — избранный, то поможешь мне. Сейчас же я могу быть тебе полезен как напарник.

— Логично. Принимаю твое предложение. Только одно «но» — никакой я не избранный. — Шимон отступил назад. — С условиями твоими соглашаюсь только потому, что одному выживать сложно.

Тарвит сделал вид, что поверил ему.

— Пошли. Нам нельзя привлекать внимание людей… и прочей человекообразной братии.

Шимон и Тарвит медленно шли на юг друг за другом, для обнаружения ловушек использовали кристалл Шимона, надеясь, что второй подольше сохранит заряд, ведь показываться на глаза бывалым было рискованно.

Небо снова затянуло тучами. Тишина стояла, как перед дождем, и мир был соткан из комариного звона. Кровопийцы носились тучей, облепляли лицо и пробивали даже через штаны. Изредка ветер доносил далекий вой псов.

— Есть кое-что интересное, — решил поделиться наблюдениями Тарвит. — Я только сюда попал — и сразу встретил Арона, он вывел меня, накормил, обогрел и вооружил. Потом мне помог полудворф Толл, задание дал бестолковое, словно, кроме меня, некому псов пострелять. И так оно все складывается, будто местные сидят на своих местах и ждут, что мы придем, а не своими делами занимаются.