Хамелеон и Бабочка (СИ) - Грачева Татьяна Александровна - Страница 5

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Зоя составила для него план тренировок, но уже с первого занятия поняла, что проблема глубже, гораздо глубже и одними тренажёрами тут, конечно, не обойтись. Мама только усугубляла его неуверенность, постоянно одёргивая, отвечая вместо него даже на вопросы о школе.

— Ирина, у вас сегодня кардио, а Серёжу пока буду обучать становой тяге.

Зоя не случайно отправила старшую Кулискину на беговую дорожку и приготовила для неё упражнения в другой части зала. Она задумала вывести и без того неуверенного парня из зоны материнской заботы. В идеале маму вообще не следовало сюда пускать.

К середине тренировки Сергей уже не выглядел как улитка, внезапно лишившаяся панциря, перестал вжимать голову в плечи и отвечать на вопросы шепотом. Как и любая представительница женского пола, Зоя его смущала. Он изо всех сил делал вид, что её чисто рабочие прикосновения ему безразличны, но при этом очень красноречиво заливался румянцем. Изучение становой тяги превратилось в муку для них обоих. Зоя в который раз убедилась, что в таком возрасте тренер-женщина не самый лучший вариант. Сергей реагировал на каждое прикосновение, а заметив, что его реакция не секрет для Зои, окончательно оробел и впал в ступор. Зоя тоже чувствовала себя неловко, переживала, что он решит, будто она нарочно к нему прикасается и увидит в этом флирт. К сожалению, такое случалось.

Сразу после Кулискиных пришли новые клиенты. До обеда Зоя поработала с двумя женщинами. Внезапно её услугами заинтересовался один из «гантельных атлетов». Зоя недоверчиво сощурилась, но согласилась. Если начнёт приставать, она просто откажется его тренировать, или же позовёт Олега.

К счастью, приставаний не случилось. Правда и тренировка вышла слабой: Стас успел себя замучить ещё час назад без Зоиного участия, когда франтил перед посетительницами, а потом попался на глаза свободному и скучающему Кириллу.

Домой Зоя не торопилась, купила новое покрывало и выпила капучино в кофейне, в той самой, где вчера столкнулась с мужчиной очень похожим на Максима. Ей и хотелось, что бы это был он, и одновременно она боялась, что это на самом деле так. Лучше бы ему остаться ярким эпизодом из прошлого и не возвращаться в её жизнь.

[1] Дуэйн Джонсон — актер, американский рестлер, известный также под псевдонимом Скала.

2.3. Открытка "Вокзал"

До того вечера и после они не встречались. Осталось только жаркое воспоминание, чуть приправленное тоской о несостоявшейся любви. Это могло быть любовью. Где-то в глубине души, Зоя понимала, что ничего у них не получится, не рассчитывала на продолжение, а потому совершенно отпустила тормоза.

А ведь Антон тоже был на этой вечеринке. Они топтались под медленную мелодию несколько минут, что оставило в памяти туманный и размытый след. Как и другие танцы в объятиях однокурсников. А вот всё, что произошло позже с Максимом засело в голове повторяющимся вирусным роликом, слишком ярким, очень терпким. Иногда Зоя распаковывала это воспоминание и смущённо замирала.

Когда Антон рассказывал про студенческие годы, Зоя каждый раз поражалась, как часто он оказывался рядом и оставался ею незамеченным. Если бы он не написал ей в социальных сетях, не было бы ни отношений, ни переезда в Краснодар, ни планов на будущее.

Зоя вела свою рабочую страницу, активно выкладывала фотографии из тренажёрного зала. Её профиль пользовался популярностью не только у будущих клиентов, но и у извращенцев, перебравшихся из тенистых парков в закоулки интернета. Психов и эксгибиционистов не стало меньше, но теперь их ареал не ограничивался местом проживания.

Она регулярно получала сообщения с предложениями познакомиться и фотографиями не самого приличного содержания. Раньше она только слышала о снимках того самого органа, а теперь могла похвастаться целой коллекцией. Правда, почти сразу любители частей тела попадали в чёрный список, не успев дождаться ответной реакции.

А ведь поначалу она пыталась их вразумить или пристыдить. Последней каплей стало мрачное монохромное фото, чуть ли не в чёрной рамке. Выглядело это как реквием по утерянному органу. Для полноты картины не хватало только похоронного марша Шопена и двух увядших гвоздик. Зоя не выдержала и написала хозяину трагичного снимка:

Я вам сочувствую, но помочь не могу. Не видела драгоценную пропажу, хотя недавно соседский пёс таскал по двору что-то похожее на предмет вашей гордости.

И сразу же заблокировала нескромного любителя чёрно-белых фильтров.

Через несколько минут пришло новое сообщение с предложением познакомиться. Зоя ещё кипела, в ней клокотал язвительный гнев, и она грубо отшила неудачливого поклонника. А это и был Антон. Такая резкая отповедь его порядком удивила и… напугала. Он растерялся на целую неделю, а потом предпринял ещё одну попытку. Зоя нравилась ему ещё во времена студенчества, но как обычно бывает, не догадывалась об этом. Слишком разные у них были интересы и увлечения. Неугомонную Зою всегда окружали друзья, временные поклонники и суета, он же отдавал все силы учёбе, а девушек побаивался. Любил Зою молча, на расстоянии, как настоящий терпеливый рыцарь.

От общего знакомого Антон случайно узнал, что Зоя живёт с ним в одном городе, и рискнул написать. Три дня от волнения грыз ногти и прокручивал в голове сценарий беседы, выпил для храбрости, отрепетировал речь… а в ответ получил грубый категоричный отказ.

Из шкуры ботаника он давно вырос, а потому повторил попытку. За настойчивость и верность был награждён кусочком счастья. До сих пор не мог поверить, что Зоя с ним, позволяет себя целовать и наблюдать в самом трогательном беззащитном виде — ещё сонную по утрам.

Их отношения развивались быстро. Оба давно избавились от иллюзий и комплексов, ценили комфорт и личное пространство. Им было удобно и уютно, а временами и нежно. Полгода они встречались то на съёмной квартире Антона, то у Зои, а так как та жила с родителями, чаще конечно у него. Подъездной романтики уже не хотелось, хотелось комфорта и стабильности.

Зоя не лукавила и не притворялась: Антон ей действительно нравился. Немногословный и очень привлекательный. Он ухаживал за густыми волосами и знал, что такое маникюр. Ученики его уважали, а ученицы регулярно влюблялись. Для Зои так и осталось загадкой, почему в студенчестве у них ничего не сложилось. Сейчас они могли бы уже праздновать деревянную свадьбу, и может даже воспитывать детей.

Тамара Тимуровна стала катализатором их отношений. Теперь всё стало по-настоящему серьёзно. Зоя побаивалась этой основательности, несмотря на проверенные обоюдные чувства, замуж пока не собиралась. Будущая свекровь её отпугивала навязчивостью и матримониальными планами.

Антон пришёл домой уставший, опустился на диван, приподняв ноги Зои, уложил их на свои колени.

— Через час придёт Игорь с девушкой, хорошо, что мама всё приготовила, сил реально нет. Такое ощущение, что я не обучал детей, а воевал с ними. Какой всё-таки сложный возраст у старшеклассников.

Зоя отвлеклась от телефона.

— Я помню только, как было весело в старших классах и так… беззаботно.

Антон хмыкнул, его собственный опыт взросления горчил и кололся.

— У нас с тобой был разный пубертат. Большинство его проходит болезненно. Некоторые ученики похожи на зверёнышей. Я их побаиваюсь. И ведь нельзя с урока выгнать и повысить голос. Скучаю по старым добрым средневековым пыткам.

Зоя на секунду задумалась: вспомнился робкий Сергей с утренней тренировки. Да уж, Антон прав. Не у всех остаются тёплые воспоминания о старшей школе.

Она тряхнула головой, возвращаясь к мыслям о гостях.

— А девушка Игоря кто? Тоже бывшая волейболистка, как он?

— Нет вроде, — задумчиво протянул Антон, — если честно, не знаю. Сегодня как раз и спрошу. О, ты плед новый купила. Симпатичный.

— Пледом конечно комнату не спасти. Боюсь, телевизор всё равно придётся купить. А то у нас из развлечений только секс.