Самая добрая сказка: за часами этого мира (СИ) - Назойливая Лана - Страница 21

На мгновение Эд замолчал, опустив голову ещё ниже.

— Она напомнила мне об отце. Я… Хочу попробовать вернуть трон, — голос Хоума стал хриплым и тихим. — Страна катится в бездну и всему веной эта… Ведьма. Я хочу стать истинным королём.

— А не рано ещё? — усмехнулся Эд. — Тебе ещё нет восемнадцати. На престол ты так просто не взойдешь. Просто привлечешь к себе лишнее внимание и…

— Сейчас я и не собираюсь восходить на престол, — перебил его чародей, гордо задрав голову. — Я хочу скрыться ненадолго. Хочу пожить нормально. Я… Хочу попросить отца отдать мне ключи Скрытого. И до моего совершеннолетия жить в человеческом мире.

— Ого, — удивился полуэльф, дернув правым ухом. — У нас появилась дичь!

Несколько мохнатых животных, чем-то похожих на крупных зайцев с рогами, выпрыгнули прям из под ног в темноту. Тут же оживился эльф, начав вытаскивать одну за одной стрелы из колчана. Стрелы выпадали, а те, которыми удавалось стрелять, попадали в разные стороны, но не в жертву. Принц и Эд недоуменно уставились на Трина, тяжело вздохнули и достали кинжалы, после чего разбежались в разные стороны. Прошло минут пять как вернулись добычики с убитым — по три "зайца" у каждого.

— Предлагаю разделать их прямо здесь, — сказал Трин, посмотрев за спину эльфа. — Боюсь девочки сильно впечатлительные.

— Надеюсь, — едко сказал Эд, вручив Трину один из ножей, — с этим ты точно справишься?

--

К моменту прихода охотников костёр уже горел, а Линдия что-то варила. Причём по запаху было не понятно, это "что-то" ещё живое или умерло несколько дней назад? Именно этот вопрос и застрял у принца в голове, поэтому он бесцеремонно подошёл к маленькому котелку, который Лина транспортировала в Лёлиной сумке, и заглянул туда.

— По виду это напоминает кишки гирков, которых мы только что распотрошили, — заключил он.

— Вообще-то это деликатес Лиефов, невоспитанная ты скотина, — напыхла эльфийка, сжав в куках ложку.

— Да? — пропустил мимо ушей оскорбление принц. — А я думал они травоядные.

— Это не мясо! Это — варёные корни северного каштана, который растёт именно здесь. Знаешь, как сложно было его отыскать!

— Угу. А вот этот червячок, как я понимаю, приправка? — натянул весёлую усмешку принц, посмотрев на выплывающий труп. — Надеюсь, ты это приготовила, чтобы запахом отпугивать мелких кровососов?

— Ах ты!..

— Да, да, знаю-знаю. Аморальный, папыщенный, самовлюбленный, эгоистичный и бла-бла-бла. Не интересно. Лучше огонь освобождай, гиргятину готовить будем.

Обиженная эльфийка ушла от костра и плюхнулась рядом с поникшим братом. Туда же сели и Лёля с Пумпусей. Принц и полукровка же принялись за готовку.

— Не повезло с охотой? — догадалась Линдия, посмотрев на брата.

Уши у Трина опустились ещё ниже.

— Хей, ты чего? — улыбнулась Лёля, приобняв друга.

У Трина заскрипело в груди, когда он посмотрел в лучезарные глаза девочки. Хотелось провалиться сквозь землю. Исчезнуть, лишь бы не испытывать это ужасное чувство стыда.

— Я… — запнулся эльф, тяжело вздохнув.

— Ты самый добрый эльф, которого я встречала! — выдрхнула Лёля сжав в объятиях Трина ещё сильнее, что у него и не нашлось слов в ответ.

— Эй, а как же я! — тут же наступилась Линдия, надув щеки и вновь посмотрев на брата, как на виновника всех своих бед.

Лёля засмеялась и обняла девочку.

— А ты самая красивая и умная эльфийка, которую я встречала! — улыбнулась сиротка.

— А я, а я! — запрыгал гном, полез тоже в объятия.

— А ты самый милый и очаровательный ребёнок, которого я знаю.

— Какая жалость, — хохотнул Хоум, — что ты знаешь только одного эльфа, одну эльфийку и одного гнома. У тебя просто не с чем сравнивать.

— Лучше идите сюда, уже почти все готово, — сказал Эд, раскапывая мясо из углей. Все принялись ужинать, после чего дежурство принял Хоум.

Утро выдалось тяжёлым, так как ребятам вставать пришлась задолго за светло и сразу же идти в путь. Лес в очередной раз сменился полем, а затем небольшими пригорками. И чем дальше уходили ребята, тем теплее становилось. Первой это почувствовала Лёля, которой пришлось снять куртку и отдать её на хранение Лине. А потом началась самая настоящая жара. Это, конечно, затруднял и без того тяжёлый путь, однако путешественники выпутались — парни обнажились по пояс, демонстрируя свои накаченные тела. Линдия тоже ушла не далеко — быстро забежала за высокую и густую траву, откуда уже вышла в коротеньком платье, узор и ткань которого напоминали зелёный лист.

— Я его к Лёле в сумку положила. Между прочем, я оказалась самой умной, ха, — хмыкнула она, отвечая на удивлённо-недовольные взгляды мужского пола.

Пумпуся же, как гном, мог переносить такие перепады температур, а вот Лёле пришлось не сладко. Лина только сочуствующе посмотрела на неё, после чего перевела обвиняющий взгляд на Трина.

— А вот если бы кое-кто не возникал по поводу моей сумки, Лёля бы сейчас тоже шла в лёгкой одежде!

— А если бы кто-то, — ответил эльф, сделав более глубокий акцент на слове "кто-то", — не набрал бы с собой кучу ненужного хлама…

— Дети, — семейную стычку закончил Эд, разделив эльфов одним только грозным взглядом красных глаз (волосы парень убрал в высокий хвост, чтобы не мешали), — прекрате. То, что становится жарко — хорошо. Это значит, что мы уже близко к Сыр-ер горе. Пумпуся, ты не узнаешь эти места?

Гном, как по указанию, начал крутить головой туда-сюда, сложив брови в одну темную полосочку. Но обширное поле, на заднем фоне которого зеленели высокие горы, не наталкивали мальчика на мысль. После недолгих попыток понять местоположение, Пумпуся тяжело вздохнул и потряс головой.

— Тогда выдвигаемся дальше, — сделал заключение мужчина и пошёл первым.

Жара стала совсем не выносимой для сиротки. И, что самое забавное, её попутчики к этому относились спокойней. Лёля старалась не замечать крупных капель пота, капающих с её лица на уже мокрую маечку. Вскоре девочка стала заметно отставать, а дорога становилась все сложнее и круче. Дышать было уже почти невозможно, кровь прилила к вискам, в ушах зазвенело. Мерзкий сухой ком во рту стал приобретать неприятный привкус. И среди этих неприятных ощущений Лёля, словно через толстое стекло, расслышала чей-то знакомый голос, после чего холодные и крепкие руки схватили девочку за запястья.

— Кажется, у неё тепловой удар, — встревоженно проговорил Эд, посмотрев на бледную девочку.

Ноги подкосились, дышать стало ещё тяжелее, земля куда-то пропала, а вместо неё пришло необыкновенное чувство полёта. "Интересно, — подумала сиротка, — а почему я никогда не хотела летать? Это же ведь так здорово! Х-ммм, а как это? Туда-сюда махать руками? О-о-о, а если бы у меня были бы крылья, то я бы взлетела высоко-высоко в небо. Тогда бы все люди казались бы маленькими точечками, похожими на муравьев. Уметь лета-ать… Как сейчас. Хорошо и уютно. Почему я не умею…"

Эд подхватил обмягшее тело девочки и прижал к своей холодной груди.

— Она вся горячая, — обеспокоился он, посмотрев на Хоума.

— Тогда нужно торопиться, — согласился принц, проводя жезлом по воздуху. Из неоткуда тут же появился кусочек льда, который мальчик тут же закатал

в собственную футболку и положил на голову девочки. — Я думал, человеки сильнее.

— Я узнаю это место! — тут же раздалось откуда-то из кустов, после чего прям под ноги Трину выкатился Пумпуся. — Недалеко мой дом!

Эта новость обрадовала всех, заставив ускорить шаг. Искоса Трин наблюдал за маленьким тельцем прижимающейся к холодному телу полуэльфа Лёли. Сам же Эд ловил себя на непонятном и новом ощущении. Что-то тёплое и непонятное творилось у него на душе, когда он осмотрел на длинные ресницы сиротки, её белое и круглое личико, к которому прилипло несколько мокрых волосинок. Грязнокровка откидывал самые грязные предположения, но и это необыкновенное тёплое чувство он не мог отвергнуть.