Прости, малышка... (СИ) - Ветер Полина - Страница 38

Мне хочется плакать.

И никуда не хочется выходить.

Даже в этом чудесном платье.

Ладно…

Я заслужила праздник.

Хотя бы раз в жизни побыть настоящей принцессой в самый чудесный вечер года.

И как бы то ни было, я проведу его с любимым человеком.

Первый раз в жизни.

С шести лет.

Глава 30

***

Почему-то мне захотелось забрать все кудряшки в прическу. Я с трудом справляюсь с этой задачей, пряди никак не хотят слушаться и это занятие отнимает у меня добрых сорок минут.

Гораздо меньше времени требуется на то, чтобы одеться и чуть тронуть бледные щеки румянами.

На столике в моей комнате есть любая косметика. Но я почти совсем ей не пользовалась. И сегодня не собираюсь накладывать тонну штукатурки. Только немного придать лицу живой вид.

Я надеваю самый сногсшибательный комплект белья из черного кружева, который настолько прозрачен и невесом, что практически его не ощущаю. Облачаюсь в платье мечты и сногсшибательные туфли, в прямом смысле, ведь на них мне даже стоять непривычно, не то, что ходить. Зато эффект фантастический. Я просто леди в таком обличии.

Невероятно красивая стройная девушка с большими синими глазами, которая смотрит уверенно на меня из зеркала, способна покорить мир.

По крайней мере, сегодня.

Только в половине двенадцатого спускаюсь вниз.

По обыкновению ноги немного дрожат, и пальцы немеют, но я упорно успокаиваю себя, стараясь дышать глубже.

Захожу в гостиную. По центру помещения накрыт небольшой стол.

Приборы на двоих.

Шампанское и мандарины, как символ праздника.

В углу огромная сверкающая ёлка. Правда выглядит она немного необычно.

Ну что ж… Я старалась.

По всему дереву в хаотичном порядке развешаны предметы моего гардероба. А точнее, белья.

Кружевные трусики разных расцветок очень даже гармонично сочетаются со сверкающими огоньками гирлянды.

Интересно, ему понравилось?..

Валентину Васильевну чуть инфаркт не хватил…

Я замираю у самого входа.

Максим здесь.

Он стоит ко мне спиной у окна, как раз рядом с чудо-деревом, засунув руки в карманы.

Он весь в чёрном.

Широкие плечи невероятно смотрятся в шелковой рубашке, которая так тесно обнимает загорелую кожу, что я сейчас ей завидую…

Невероятно красивый. Высокий. Статный. Хищный.

Мужчина поворачивается ко мне. Долго изучает взглядом из-под бровей. Делает несколько шагов навстречу. Останавливается.

— Выглядишь потрясающе.

Он произносит это на выдохе, как будто все это время задерживал дыхание.

Я тоже практически не дышу.

Максим первым прерывает наше тяжелое молчание и подходит к столу.

— Выпьем шампанского?

Я, наконец, отмираю и киваю в ответ.

Он откупоривает бутылку, наполняет бокалы, берет их в руки, протягивает один мне.

Все его движения выверенные, спокойные. Красивые длинные пальцы не дрожат, как мои, когда беру из них предложенный фужер.

Максим слегка прикасается своим бокалом моего с характерным звоном и кивает:

— За уходящий год. Наконец-то.

Я хочу что-то ответить, но не могу. Слова застряли в горле. Поэтому просто делаю глоток искрящегося напитка под пристальным взглядом моего сексуального Босса.

Меня бросает в жар. Понятия не имею, как он это делает, но чувствую предательскую влажность между ног от того, что просто стою с ним рядом.

— Я оценил твои старания. — Говорит он вдруг весело и отходит от меня к ёлке. — Признаться, не ожидал ничего подобного… Но мне нравится.

В его глазах зажигаются озорные огоньки. Такие, от которых я плавлюсь. Просто растекаюсь жидким воском под опасным взглядом.

«Корлеоне» подходит к горящему камину, берет с него пульт, что-то там нажимает. Включается музыка.

Я все также неподвижно за ним наблюдаю.

Он подходит ко мне вплотную, забирает из рук бокал и ставит на стол.

— Потанцуешь со мной?

У меня сейчас снова будет обморок.

Почему я не могу спокойно реагировать на обычные вещи? Это же просто танец…

Но с этим человеком, в этом доме все необычно.

Я принимаю приглашение, вложив свои заледеневшие пальцы в его мягкую теплую ладонь. Максим кладет вторую руку мне на спину и притягивает к себе мягко, ненавязчиво, и в то же время по-хозяйски, не оставив между нами и миллиметра расстояния.

— Почему ты молчишь? — Его дыхание обжигает мое ухо, и я судорожно выдыхаю через нос.

Мне так много хочется сказать ему…

Как безумно я его люблю. Как мне не хочется отпускать его ни на секунду. Что эти трусики на ёлке только ради того, чтобы обратить на себя его внимание. Что без его дыхания на шее просто не смогу жить…

Все это я должна сказать сейчас. Не сказать даже — прокричать. Так, чтобы наверняка услышал. Чтобы все услышали.

Как я его люблю.

Но я лишь пожимаю плечами и по-прежнему молчу.

Мы танцуем. Он гладит рукой мою спину. Молча. Вдыхает запах моих волос, я дышу им. Мне так спокойно и хорошо, что не хочу, чтобы это прекращалось. Но музыка так некстати останавливается, и мы тоже. Вынуждены разъединиться.

«Корлеоне» провожает меня к столу. Снова наполняет бокалы. Мы пробуем закуски.

Потом пьем под бой курантов.

Я загадываю, чтобы он был счастлив.

Впервые.

Не для себя.

У меня щемит в груди от того, что произношу про себя, выпивая шампанское.

А потом он целует меня.

Обжигает губами, прикасаясь нежно и чувственно, забирая вдох и выдох, лишая последнего самообладания.

Я готова на все.

Ради него умру или убью.

Продам душу или предам.

Кого угодно.

Только не его. Никогда.

Внезапно его губы меня бросают.

Так неожиданно и бесповоротно, что хочется кричать.

Темные глаза скользят по моему лицу, словно пытаются запомнить.

А потом все меняется.

— Время дарить подарки.

Тон холодный. Отстраненный.

От расслабленной веселости не осталось и следа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я… я… — Не могу выговорить ни слова.

— Присядь, Анастасия.

Липкое неприятное предчувствие сковывает меня. В какой-то прострации опускаюсь на стул, уставившись на садящегося напротив «Корлеоне».

— Для начала, я хочу поблагодарить тебя за отличную работу. Признаюсь, я не надеялся на положительный результат, но ты превзошла все ожидания.

— Какую… работу…

В моей голове вата, я вообще не соображаю, о чем он говорит.

— Итак… Я человек слова. Поэтому, отдаю тебе все причитающееся по нашему договору.

— Я не понимаю…

Он только что целовал меня, какие договоры?..

— Во-первых, это счет, на котором лежит определенная сумма. Знаю, мы её не обговаривали, но надеюсь, этого будет достаточно, чтобы не возникло вопросов.

У меня точно раздвоение личности.

Потому что, все что «Корлеоне» говорит дальше, слышит скорее мое подсознание, чем я сама.

— Во-вторых, Анастасия, это квартира. — Он показывает мне знакомую связку ключей. — Она теперь твоя. Вот документы. Там все на своих местах, в точности, как было в твоем присутствии.

Я не дышу.

— Твой паспорт.

Он кладет его поверх папки с документами, рядом с ключами.

— И наконец…

Я замираю, чувствуя как холод пробирает до костей. Только не это…

Максим вытягивает руки перед собой и вытаскивает из манжет рубашки те самые чертовы запонки. Медленно опускает их рядом с остальными «подарками».

Во мне застывает ужас, превращая кровь в колючую проволоку.

— Что это значит? — Беззвучно шепчу.

Несколько мгновений тишины. А потом, как выстрел в упор:

— Ты свободна, малышка.

Его взгляд — приговор.

Не слова.

Не размеренные спокойные движения.

Взгляд.

Холодный. Ровный. Прямой.

— Мой водитель отвезет тебя в твою квартиру, когда посчитаешь нужным. Можешь взять с собой любые вещи, какие захочешь. И…