Безвременье. Империя Невидимых (СИ) - Гущина Яна - Страница 105

— Что, Невский, твоих рук дело? — догадался Ланимер, поглядывая то на мостик, то на его творца. — Решил воспользоваться своей властью? Недурно, надо признать. Во время, к месту и с толком!

Он протянул руку. Саша взялся за неё и поднялся. Юноши подошли к покачивающимся висячим ступеням. Ник уже осторожно нажимал ногой на первую, проверяя её на прочность. Ступенька под его весом подалась вниз, и парень тут же отдёрнул ногу.

— Трусишь, когда страшно, — хохотнул Билл, беззлобно подколов друга.

— Ничего я не трушу, — огрызнулся Ник, не разделяя его веселья. Но соваться к висячим ступенькам больше не стал. — Если хочешь, можешь первым опробовать мост! Не буду тебе мешать!

Билл сделал вид, что не услышал Ника, так как показаться трусом не хотел. Но и рухнуть со ступенек на дно бездны тоже не мечтал. Так что победил инстинкт самосохранения, и Билл со скучающим видом отошёл в сторонку, подумав при этом: «Пусть его Ланимер исследует. В случае падения заодно и крылья разомнёт».

— Хорошая работа, Саша, — похвалил Товиус и, как бы невзначай, предложил: — Ну, тебе, как хозяину этой парадной лестницы предоставляется право триумфально пройтись по ней первым. Твоя Стихия удержит тебя на камнях, потому и не переживаю за тебя. Ты не упадёшь.

«Хозяин» не сильно оценил торжество момента, а потому не спешил исследовать своё творение. Но все ждали от него «подвига», поэтому пришлось изобразить на лице решимость и шагнуть вперёд.

Аж сердце в пятки упало, когда первая ступенька под ним просела на десять сантиметров. Саша неловко взмахнул руками, сохраняя равновесие. При этом он умудрился треснуть Билла. Тот отшатнулся, но огрызнуться было делом чести.

— Осторожнее клешнями маши!

— Извини, — бросил через плечо Саша и второй ногой потянулся к следующей ступеньке.

Та тоже мягко просела и легонечко закачалась над пропастью. Внизу ревел разбивающийся поток воды, и его брызги обильно увлажнили Сашу. Всё вокруг клокотало, вибрировало и шумело. А тут ещё, как назло, мостик шаткий. Ощущение было жуткое. Хоть бы перила какие были в придачу, или ещё что! А то хоть зубами за воздух держись! Но раз уж есть мостик, и раз уж он — Саша — стоит на второй ступеньке, то отступать было стыдно. Поэтому юноша, отчаянно размахивая руками, чтобы сохранять равновесие, пошёл дальше. Со стороны он смотрелся нелепо.

Стоящие на вершине скалы, с интересом наблюдали за столь комичным передвижением. Никто из них пока не отважился последовать примеру Гордевского. Уж больно шаткой была конструкция. Поэтому Саша добрался до Куба в гордом одиночестве. Оказавшись на террасе, опоясывающей Куб, он развернулся, и помахал друзьям, зазывая к себе.

— Мне страшно, — призналась Юля, не торопясь ступать на мостик. Она слегка попятилась и наткнулась спиной на Ника. Парень подпихнул её вперёд, мол: «только после вас, леди». Юля повернула голову и опалила его гневным взглядом. — Не пойду я, — упрямо заключила она.

Тогда Билл закричал Саше:

— Девчонки боятся идти. Говорят, что модель виадука хлипкая!

Этими словами он недурно спихнул на девушек свою нерешительность.

Саша вздохнул. Он закрыл глаза и представил себе этот же мостик более устойчивым. Заодно удивился сам себе, почему ему в голову не пришло это раньше. Сам, значит, корячился, смеша народ, а доработать конструкцию не догадался! Аж злость на самого себя появилась! Тут ещё и о возможном падении подумалось. Но почему только сейчас-то?

Ах, да! Совсем память отшибло! Ведь Товиус пытался его заверить, что Стихия Земли удержит его на камнях. Впрочем, от этого почему-то не было меньше страшно. Да и проверить утверждения Товиуса, к счастью, не пришлось.

Все эти мысли отвлекали от обращения к Стихии. Саша поджал губы. Пора браться за ум! Он тут же посерьёзнел и мысленно представил мост менее шатким. Открыв глаза, юноша налёг ногой на ступеньку моста. Она больше не проседала под его весом.

— Всё в порядке! — проорал он, перекрикивая шум водопада, и, на случай, если друзья его всё же не услышали, интенсивно замахал руками, подзывая их к себе. — Мост надёжен!

Первым ступил на мост Ланимер, протянув руку Диане. Вслед за Дианой пошла Лея, а потом и все остальные. Замыкал шествие Товиус. Почему-то на душе е него было тоскливо. Он понимал, что это последние минуты их нахождения в Гобелении. Как бы тут ни было сложно выживать им, и как бы ни стремились они вернуться в Безвременье, Гобеления всё же успела подарить им полгода прекрасной жизни! Товиус печально оглянулся и чуть не наступил мимо ступеньки. Отчаянно взмахнув руками, он восстановил равновесие. Это напрочь отбило у него желание оглядываться. Вперёд и только вперёд! Ещё несколько шагов и его ноги коснулись террасы, опоясывающей Куб.

Восемь Невидимых стояли на террасе и, прильнув к стеклу, заглядывали внутрь Куба. Там было пусто. Диана с дрожью в сердце вспомнила, как когда-то Домиан привёл их с Сашей в этот самый Куб, назвав его кабинетом, и приветливо рассказывал им о Безвременье, о Невидимости и о Купюре. Тогда всё это казалось немыслимой сказкой. Зато теперь это было загадочной реальностью.

— И как планируем попасть внутрь? — раздался оптимистичный голос Ланимера, как всегда, пытающийся поднять дух компании. — Возможно, кто-то из вас захватил с собой стеклорез?

— На счёт стеклореза ничего не обещаю, — бросила в ответ Лея, и, озорно поведя бровью, добавила: — но у меня есть один знакомый, который без хлопот проделает дырку в стекле одним только огненным взглядом.

Диана неуютно поёжилась, услышав о Домиане.

— Давай-ка временно забудем об этом горячем товарище, — попросила она подругу, боясь, что внутри Куба внезапно может появиться Домиан. Встречаться с ним не сильно хотелось. Уж действительно горячий! И в прямом и переносном смысле!

Саша, пользуясь моментом, что про него все забыли и перестали приставать с требованиями впустить в Куб, навалился на стекло. Оно, податливое, как сливочное масло, пропустило его внутрь. Парень от неожиданности влетел в Куб и замер, боясь пошевелиться. Почему-то именно сейчас ему подумалось, что стекло может оказаться «мягким» не только сбоку, но и снизу. Это и пугало. Саша опасливо уставился себе под ноги, где клокотал безумный водоворот. Беднягу аж передёрнуло.

Из оцепенения его вывел настойчивый стук. Он вскинул глаза и увидел друзей, колотящих ладонями и кулаками в стекло. Жестами каждый из них показывал, что не прочь напроситься «в гости». Саша озадаченно почесал подбородок. Он и сам толком не понял, как тут оказался. Надо бы ещё раз попробовать пройти сквозь стекло. Интересно, что же получится?

Впрочем, всё получилось! Причём наилучшим образом. Юноша скользнул сквозь стекло наружу.

— Копперфильд бы обзавидовался! — отметил Билл, тыкая в стекло пальцем. Видимо, проверял на прочность. Сомневаться не приходилось — оно было твёрдым. Мало этого, у стекла, судя по всему, отсутствовало желание кого-то куда-то пропускать. Убедившись в этом, Билл воззрился на Сашу, как на единственную возможность проникновения внутрь. А заодно завёл интересующую всех тему: — Ну что, Городевский, ты, конечно, молодец. Хорошо туда-сюда снуёшь. Убедительно действуешь. Только теперь пора и о нас подумать.

— А чего тут думать? — встрял в разговор Ланимер. — Тут пробовать надо. Так что, Саша, бери кого-то за руку и веди в Куб!

Предложение дельное. Чего бы не попробовать? Саша цапнул за руку Диану. Но Ланимер тут же потянул её на себя.

— Нет уж, Диану не отдам, — заявил Ланимер, видимо беспокоясь, что что-то может пойти не так. — Выбирай другую!

Лея сама сунула руку в ладонь Саши и, со словами: «Пошли», пхнула его к стеклу. Тот и пошёл. Причём очень даже неплохо пошёл, да ещё и Лею за собой протянул. Они вошли в Куб, будто и не было стеклянной преграды!

Все зааплодировали, а Ник даже радостно прокричал: «Ура!». Саша вернулся и стал одного за другим проводить друзей внутрь Куба.

Ланимер почему-то чувствовал, как жаркая тревожная волна поднимается со дна души. Какое-то непонятное предчувствие разлуки. Он ощущал её настолько сильно, будто она огненным клеймом жгла его сердце.