Двойной подарок и дракон в комплекте (СИ) - Белых Анна - Страница 58

- Угу, - согласилась Мила, на большее просто не осталось сил.

Прижавшись щекой к мужской груди, она умиротворенно зевнула.

- Сейчас отдохнешь, - с улыбкой пообещал дракон. – Это один из моих охотничьих домиков. Здесь нас никто не побеспокоит. Прошу, - произнес он, переступив порог.

Раздался щелчок, и гостиную затопил неяркий свет магических светильников. Внутри оказалось довольно уютно. Но Милу мало волновало убранство дома, ее глаза закрывались сами собой. Противиться этому желанию она не стала: в руках мужа она чувствовала себя на удивление безмятежно, а размеренный стук его сердца, что билось под ее щекой, изгонял все страхи  прочь. Когда Повелитель, поднявшись на второй этаж, осторожно положил свою драгоценную ношу на постель, то она уже практически спала.

- Сладких снов, - целуя ее волосы, пожелал он.

Мила, улыбнувшись во сне, заворочалась, устраиваясь поудобнее. Забывшись таким необходимым для ее несчастного организма сном, она не слышала, как дракон бесшумно покинул комнату.

***

«Дима, да я с ума сойду, - чуть не плача, шептала девочка. – Я не могу так, надо хоть что-то сделать!»

«Да успокойся ты! - шепотом умудрился прикрикнуть на сестру Дима, и, смягчившись, продолжил, - Мия, пока мы здесь, мы ничем помочь не сможем. Дай маме еще немного отдохнуть».

«Да знаю я. Знаю! Но…», - бесцветным голосом прошелестела малышка.

Мальчик, утешая, что-то ласково зашептал своей маленькой сестренке. Вот только его голос, пусть и едва различимый в ночной тиши, все же разбудил  Милу. Открыв глаза, она увидела лишь темноту вокруг себя.

«Давненько Вы меня так не будили, - выдала свое пробуждение эльфийка, улыбнувшись своим воспоминаниям о первых днях в этом мире. -Что за шум, а драки нет? И который час, не подскажите?»

«Ну вот, разбудили, – с сожалением вздохнул Дима. – Ночь еще, мама. Ты поспала от силы пару часов».

«Странно, я чувствую себя полной сил», - недоуменно произнесла эльфийка, сев на постели и сладко потянувшись.

«Конечно, - фыркнул насмешливо Дима. – Мы тебя немного своей магией подзарядили. Можешь не благодарить».

«Ага, - переваривая информацию, пробормотала Мила. – Спасибо, конечно. А зачем?»

«Нам надо серьезно поговорить», - вмиг утратив наигранную веселость, ответил малыш.

«А до утра это подождать не могло?», - улыбнулась такой срочности Мила.

«Нет, нам надо успеть до возвращения отца», - непривычно серьезно ответила Мия.

«Даже так, - удивилась необычному поведению дочки Мила, и тут же осознав слова малышки, потрясенно выдохнуть, - возвращения?!»

«Да, отец сейчас во дворце», - подтвердил слова Мии ее брат.

«Что? И бросил нас неизвестно где?» - возмутилась эльфийка.

«Мама, не волнуйся, - успокаивающе произнесла девочка. – Я уверена, что папа планировал вернуться до твоего пробуждения. У него там расследование. Лорд Бьярнел».

Голос малышки при упоминании советника дрогнул, заставив Милу устыдиться: она жива и в безопасности (не зря же Повелитель отнес ее сюда), а там во дворце идет борьба за жизнь мужчины, спасшего ее саму и еще нерожденных детей.

 «Хм, я об этом как-то не подумала, - признала свою поспешность в выводах эльфийка. – Тогда не будем терять времени, раз скоро наш папочка будет здесь. Вот только свет включу, и поговорим».

«Готово», - произнес Дима, и рядом с кроватью зажегся небольшой светильник.

«Умница ты моя, - похвалила Мила. – Что бы я без Вас делала?!»

«В темноте бы сидела», - со смехом ответил ее сын.

 «Ага, учитывая, что магия мне недоступна», - фыркнула она.

«Может, уже поговорим?» - раздраженно спросила Мия.

«Конечно, милая, - ласково ответила Мила, поднимаясь и направляясь на поиски ванной комнаты. – Я тебя внимательно слушаю».

«Мама, тут такое дело, что…», - неуверенно начала Мия.

«Да?» - заинтересовано произнесла эльфийка, открывая ближайшую к ней дверь, за которой оказалась вожделенная комната.

«Как думаешь, с лордом Бьярнелом все будет в порядке?» - неожиданно спросила малышка.

 «Ох, не знаю, милая», - честно призналась Мила, с содроганием вспоминая бледное, застывшее словно маска лицо мужчины. Закрывшись в ванной, она огляделась в поисках полотенца.

«Мама, он мой единственный», - выпалила девочка.

Мила шокировано замерла на месте.

«Ты уверена?» - переспросила она.

 «Мама, дракону сложно ошибиться», - горько усмехнувшись, ответил за сестру Дима.

«А если советник…», - но задать свой вопрос о том, что будет с ее малюткой, если пара той погибнет, она не смогла.

«Нет, он будет жив!», - закричала Мия, догадавшись, о чем умолчала ее мать.

«Конечно. Ведь его ждет такая замечательная малышка», - присев на край ванны, согласилась Мила, утешая дочь.

 «Ты не понимаешь. Я могу его спасти, - убежденно произнесла девочка, и торопливо добавила, - я не знаю, как объяснить, но наша связь сделает все сама. Мне просто надо быть рядом».

«Дима, это правда? Шанс есть?» - спросила эльфийка у сына.

«Да, я тоже должен быть там», - твердо ответил мальчик.

«Только не говори, что леди Бьярнел – твоя единственная?!» - нервно рассмеявшись, пошутила Мила.

«Хорошо, не буду. Подожду, когда ты будешь готова», - покладисто согласился с матерью малыш.

«Ох, и за что мне это все? – вскинув голову, обратилась она к Богам. – Я с вами поседею раньше времени. Подожди, но ты же сам предлагал ей сыпь наслать».

«Как наслал бы, так и забрал. А вот нечего на других засматриваться», - обиженно буркнул Дима.

«Да, ревнивец почище отца растет, - вздохнула Мила, уже где-то в глубине души заранее сочувствуя своей фрейлине. – И как нам во дворец попасть?»

Дети, перебивая друг друга, закидывали Милу идеями, но она с грустной улыбкой отвергала их, прекрасно понимая, что убедить ее дракона будет крайне непросто, если, вообще, ни невозможно. Для Повелителя безопасность матери его детей была в приоритете. И это подтверждал тот факт, что невзирая на непроглядную тьму он, бросив все, помчался прочь из дворца, чтобы, спрятав ее, уберечь от нависшей угрозы, оградить от неизбежных переживаний, останься она в своих покоях.

Дабы не терять даром времени, Мила решила искупаться, чтобы смыть с себя тяжелые воспоминания, да и оставаться в платье было невыносимо. Она была согласна надеть что угодно (да хоть в простыню завернуться), но снять его. Отыскав в одном из шкафчиков полотенце, она, скинув ненавистное платье, наскоро помылась. Облачившись в огромный темно-синий халат, к ее радости лежавший рядом с чистыми полотенцами (Мила подозревала, что другой одежды тут просто может не оказаться), она отправилась изучать вверенное ей жилище.

Помимо дверей в ее спальню в коридоре оказалась еще одна, расположенная напротив. Открыв ее, женщина увидела комнату идентичную той, что занимала сама. Захлопнув дверь, она спустилась по лестнице, ведущей на первый этаж, где оказались уютная гостиная и вожделенная кухня. Нет, аппетита у Милы не было, но выпить чего-нибудь горячего она не отказалась бы. К ее удивлению, она обнаруживала чайник с дымящимся отваром и ароматные булочки.

«Откуда такое богатство?» - спросила эльфийка, потянувшись к чайнику.

«Магия, мама, магия, - ответил ей Дима. – Дом был погружен в стазис, а когда вы с отцом переступили порог, то чары развеялись».

«Удобно, - одобрительно покачала она головой, наливая отвар в чашку, - нашим дачникам о таком можно только мечтать».

«Тут еще и камин есть», - как бы невзначай упомянул мальчик.

«Да-а?!» - заинтересовано протянула Мила и вернулась в гостиную, взяв с собой чашку, согревающую ладони своим теплом.

Устроившись с ногами в кресле, она, отпивая маленькими глоточками отвар, заворожено смотрела на пляшущий в камине огонь, пытаясь решить непростую задачу, что подкинули ей малыши. Задумавшись, она пропустила возвращение супруга, беззвучно вошедшего в дом.

Сам же Повелитель менее всего ожидал увидеть свою единственную, встречающей его. Он был свято убежден, что она мирно спит наверху, в его постели (где ей, по его мнению, самое место, особенно если учесть столь ранний час). Такая расслабленно домашняя, в его халате и с распущенными волосами, она заставляла его сердце то замирать от нахлынувшей нежности, то пускаться вскачь в бешеном ритме. И все же, вместе с тем в его душе, наконец-то, за последние часы воцарился долгожданный покой, отодвигая на задний план все гнусности, с которыми ему невольно пришлось столкнуться за эту ночью.