Право на жизнь (СИ) - Гущина Яна - Страница 28

Было страшно слушать сводки из журнала, а ещё страшнее было осознавать, что стоишь в центре зоны отчуждения, и радиация медленно попадает в твой организм, приводя к необратимым последствиям.

- Потому такие джунгли густые вокруг, - отметил один из присутствующих парней. -Радиация приводит к гигантизму растений.

- .и смерти людей, - продолжил за него другой голос незнакомого парня.

Я поёжилась и спросила.

- Но почему здесь только здоровенный ангар, заставленный контейнерами и военными машинами? Это место совсем не похоже на атомную станцию. Вот ни капли не похоже.

- Может, атомная станция так и должна выглядеть? - с сомнением спросил Вадим.

- Ага, как же! - я не могла выносить его наивность! - Хоть я ни разу не была на атомной станции, но знаю, что вместо ангара должны быть турбины, насосы, трубы, да и сам реактор. Понятия не имею, как он должен выглядеть, но точно не так, как выглядит ангар!

- Может, этот пункт управления был дистанционным, и построен отдельно от самой станции? - предположил Вадим.

Я фыркнула. Где он такое видел?

Больше никто ничего не говорил. Мы сгрудились в центре жуткого помещения и затихли. Один фонарик выключили, чтобы не тратить аккумуляторы. Я кожей ощущала угрозу, исходящую от этого места. Будто оно расчётливо и коварно убивало нас своей невидимой рукой.

- Может, поищем другой выход? - предложил Алекс.

- Думаю, что единственный выход - это тот вход, через который нас сюда затолкали, -сказал один из парней. - Искать смысла нет, а вот познакомиться надо, - тут же предложил он. - Я - Лёвик. Искусственно рождённый. Работал менеджером в компании по трансплантации искусственно созданных органов.

- Лучше бы ты работал там врачом, - мрачно заметил другой парень. - Больше пригодился бы сейчас. А то менеджеры только и умеют, что цифрами оперировать, да с клиентурой трепаться.

- Ну, извини, - саркастически ляпнул Лёвик. - А ты-то кем работал? Так наехал на меня, будто сам - профессор всезнайских наук.

- Тоже искусственно рождённый. Проходил подготовку в центре по освоению инопланетных пространств.

- Готовился в космос? - уточнил Лёвик.

- Да, - кивнул тот.

- От тебя ещё меньше проку, чем от меня, - злорадно заявил Лёвик. - Тоже мне, профессор всезнайских наук!

- Меня зовут Владимиром, но называть меня лучше Владом, - совсем не обиделся тот. - А насчёт прока я бы на твоём месте помолчал. У меня физическая подготовка такая, что тебе и не снилось.

Да, оно и заметно: высокий рост, крупный торс, мощные руки, ноги, как колонны, могучая шея, решительное лицо. Короткая стрижка чёрных волос. Фигурой он мне чем-то напомнил моего Кирилла. Я сглотнула застрявший в горле ком: вспоминать о нём было больно.

Перепалка между Лёвиком и Владом грозила затянуться. Я глянула на Лёвика. Это был коренастый парень с ёршиком чёрных волос. Лицо крупное, волевое. Мощная нижняя челюсть, крупный нос, отчего глаза казались небольшими.

Лёвик уже открыл, было, рот, чтобы вновь вступить в перепалку, но его опередил Вадим, тот самый, который ни на шаг не отходил от меня, как только узнал, что я девушка.

- Господа, ссориться будете позже, - заявил он и, глянув на меня, пояснил: - А то среди нас леди, а вы готовы перейти на личности.

- Что? - Лёвик выпучил глаза. - Девчонка? Где?

Он перехватил фонарик из рук Алексея и забегал лучом по нашим лицам. Но как ни вглядывался, так и не выявил меня. Я усмехнулась.

- Вот видишь, даже распознать не можешь, деятель! - хмыкнул Вадим. - Ну, приглядись!

Лёвик сосредоточенно повторил обследование. На сей раз он оказался внимательнее и уставился на меня.

- А ты чего здесь забыла? Не место девчонке среди мужичков.

- Да? - я рассвирепела, засопев, как паровоз. Во мне даже ненависть зародилась к этому женоненавистнику. - Может, ты ещё скажешь, что мне стоит постучать в двери и заявить бандитам, что готова присоединиться к тем двум бедолагам, которых забрали на потеху солдатни?

Лёвик стушевался и, хоть я не видела его из-за света фонарика, лупившего мне в лицо, мне показалось, что у него сейчас был виноватый вид.

- Прости, - промямлил он. - Не подумал. Но ты хорошо замаскировалась. Только голос выдаёт, да и если приглядеться, то тоже видно. Рост маловат, да и щетины на лице нет. Главное - не умывайся и оставайся с запачканным лицом, а то не сойдёшь за мужика. Звать-то тебя как?

- Лена, - без тени дружелюбия заявила я, и всем своим видом показала, что не намерена больше общаться. Думала, что меня от парня и не отличить, а, оказывается, и это не так, и то не эдак.

Парни продолжили знакомиться, но мне было всё равно кого как зовут, да кем работал прежде. Если для них это важно, то пусть узнают друг о друге побольше. Прямо светский раут какой-то, а не заточение в немыслимо опасном месте!

Даже двигаться было страшно. И зачем нас сюда затолкали? Чтобы напугать? Но мы и так запуганы, дальше некуда. Хотя, по парням и не скажешь. А вот у меня аж поджилки тряслись. Может, нас заперли, чтобы мы здесь померли? Ну а что? Наказание такое за побег. Но зачем тогда они потянули раненных в санчасть? Если хотели бы убить, то всех здесь и замкнули бы.

Пазл в голове не складывался. Я всё ближе жалась к Алексу, ощущая себя в большей безопасности рядом с ним.

- Сильно страшно? - догадался он.

- Ага, - кивнула я, чуть ли не прижимаясь к нему.

Казалось, что из любого угла на нас выпрыгнет нечто опасное и обезображенное. Мутанты и зомби виделись в каждой тени. Я вздрагивала от каждого шороха и готова была завопить. Но пока держалась. Не в моих правилах выдавать слабость.

- Я читала, что в подобных местах водятся кровожадные мутанты, - прошептала Алексу на ухо.

Он удивлённо воззрился на меня и хмыкнул.

- Ещё одна жертва фильмов-ужастиков, да книг-страшилок. Ты что, думаешь, что всё, чем пугают в фильмах - правда? На то он ужастик, чтобы напугать. А на самом деле кто их видел-то, мутантов этих? Было несколько аварий за пределами России, но радиация не породила монстров. Она лишь медленно убила всех, до кого дотянулась. Но я тебе скажу больше: люди, оставшиеся жить в зонах отчуждения, умерли от старости, а не от зубов зомби. Да и дикие звери жили весьма спокойно. И только растения вымахали до гигантских размеров.

- Ты хочешь сказать, что радиация безвредна? - у меня аж глаза полезли от его невежества.

- Нет, конечно, - вздохнул он. - Она смертельна, но не для нас. Ведь прошло уже пятьдесят лет с момента аварии.

- Но мы не просто в зоне отчуждения, а в эпицентре трагедии, - заметила я, разводя руками.

- Неужто неясно, что это - пункт управления, а раз так, то разрушенный реактор где-то рядом?

- Ага! - скептически откликнулся Алексей. - Прям вот за той стенкой. Перестань дрожать. Живут же здесь люди, да и немало их тут, судя по количеству охраны, которая была здесь до того, как мы сбежали. Это теперь охранников стало меньше - половину мы побили, остальные пока бродят в дебрях, выискивая наших.

- Хоть бы не нашли, - обеспокоилась я.

- Первую партию вряд ли сыщут, - Алексей сказал это так, будто тем беглецам ничего уже не грозило. - А вот вторая партия под вопросом. Если догадаются капсулы идентификации вынуть, то убегут, а если нет, то их по капсулам сыщут.

Я поправила привязанный под рубахой валик-живот, и, подумав о сбежавших, пришла к выводу, что они всё же должны спастись.

- Они же не просто так бежали, а с теми парнями, кто был из первой партии. Так что все дружно справятся с этой проблемой.

Подумав так, ощутила облегчение. Если даже нас схватили, то остальные свободны! А ведь народу в поезде было очень много. Состав длинный, вагоны забиты под завязку. Беглых было не менее тысячи, а то и двух. Точнее определиться я не могла.

Пока мы рассуждали на тему опасности, остальные разбрелись по сумрачному помещению. Вдруг раздался щелчок тумблера и включился свет! Я аж подпрыгнула от неожиданности.