Право на жизнь (СИ) - Гущина Яна - Страница 3

Вместо телевизоров - яркие голографические изображения, возникающие в любом удобном для человека месте. Впрочем, в этом тоже были свои плюсы.

У нас дома было куда всё проще: обустройство в стиле начала двадцать первого века, и мне ещё предстояло привыкнуть к той холодной роскоши, в которою я окунулась.

- Поначалу будет всё не так, а потом привыкнешь, - сообщил Максим, заметив мой потерянный вид. - Такие, как мы, хуже адаптируются к новшествам. Но такова наша судьба. Радует лишь одно - ваши с Кириллом дети будут лишены чувства дискомфорта, страха перед неизвестностью. Им не будут ведомы раздражительность, сумасбродство, нелепые поступки.

- То есть они перестанут быть человечными, - понизив голос, вздохнула я, и печально посмотрела на Макса.

Он неопределённо повёл плечами и уселся в кресло, чтобы посмотреть очередное обращение правительства к народу. Я прислушалась. Как всегда, нам обещали светлое будущее, победу над вирусом зла, и распространение улучшенной версии человечества по всей земле.

К нам присоединился Кирилл.

- Ниши дети будут жить в лучшем мире, чем мы, - заметил он.

- А мне кажется, - возразила я, - что нет ничего ужаснее, чем освоение новых территорий, на которых свирепствовали катаклизмы, войны и болезни.

- Каждому поколению свой крест, - философски отозвался Макс. - Мы не сможем продолжать жить в изоляции от всего мира. Рано, или поздно, заслон падет, и мы окажемся один-на-один с новым миром.

Маргарита Станиславовна принесла вкусно сгенерированную еду. Вся семья собралась за столом. Мы поели, а заодно неплохо поболтали.

Родители Кирилла раньше казались мне чопорными снобами, но сейчас я изменила своё мнение о них. Маргарита Станиславовна - улыбчивая, приветливая, слегка полноватая женщина лет сорока пяти. Было видно, что она очень следит за собой. Интеллигентка до мозга костей.

Григорий Валерьянович - подтянутый и высокий, с квадратными очками на переносице. Некогда чёрные волосы подёрнулись инеем седины. Любая одежда, которую бы он не надел, сидела на нём с особым шиком, будь то строгий костюм, или свитер с простыми штанами.

Именно в этот вечер я перестала воспринимать родителей Кирилла как извергов -тиранов, обрекших младшего сына на тяжёлую жизнь обычно рождённого ради призрачного эксперимента, а как очень хороших и добрых людей, верящих в то, что матушка-природа сможет сама спасти человечество, без вмешательства науки. Но, если честно, то было очень странно слушать такие суждения их уст профессора в области генетических мутаций и ведущего врача-гинеколога.

В какой-то момент я до конца осознала, что только Кирилл является искусственником, а остальные - такие же, как я - обычно рождённые. Его родители появились на свет до апокалипсиса, так что смогли многое рассказать о прежнем мире. Мы с Максом были эмоциональными слушателями, а вот Кирилл лишь сдержанно улыбался и иногда кивал. Подумалось, что он больше похож на робота. А после пришла в голову устрашающая мысль, что наши с ним дети будут такими же, как он...

За разговорами день сменился ночью и мой муж, взяв меня за руку, повёл в спальню. Ну, наконец-то! Дождалась! Я уже изучила тему секса с помощью всех доступных источников информации и теперь с нетерпением ожидала, когда мой возлюбленный начнёт страстно срывать с меня одежду, покрывая тело горячими поцелуями. Аж дух перехватило!

Бегущая лестница подняла нас на третий уровень. Мы прошли по коридору. Одни из многочисленных стеклянных дверей разъехались, впустив нас в помещение, которое я с трудом назвала бы спальней. У нас дома спальня была по моде прошлых лет, и там было красиво: стояли кресла, горел камин, росли цветы, висели шторы. Здесь же ни о каком тепле и уюте речи не было. Любовь в этом доме к белому цвету меня уже достала до колик в печени! Всё, что не стеклянное, то обязательно белое! Тьфу ты!

Двери позади нас закрылись, и я ощутила себя рыбкой в аквариуме: во всю противоположную стену, выходящую на улицу, - окно от пола до потолка, двери в коридор стеклянные, да ещё и потолок прозрачный, чтобы звёзды видеть! Захотелось выругаться, как это делали люди в прежние времена, но пришлось сдержаться. Надо полюбить эту обстановку. Только как заниматься сексом, когда всё вокруг видно? Мимо окон летали аэромобили, над потолком завис какой-то дрон, а по коридору прошёлся Макс: видимо, его комната была дальше нашей.

- А нельзя ли уединиться? - не выдержала я, шумно выдохнув. - Мы всем видны!

- Разве нам есть что скрывать? - ошарашил своим ответом Кирилл.

Да уж... Повезло с мужем... Чувство недовольства вспыхнуло, но тут же затуманилось и на смену ему пришла эйфория и смирение. Видимо, капсулы принялись подавлять мой бунт. Ну что ж, вовремя! А то характер у меня вспыльчивый!

Я огляделась. Придётся первую брачную ночь скоротать наедине со всеми. Жена не должна перечить мужу, и если ему так угодно, то это должно быть угодно и мне. Чёрт! Откуда такие дурацкие мысли? В жизни бы не согласилась с идиотской затеей заняться сексом на глазах у всего города и родни мужа. Но капсула продолжала подавлять мой норов, веля покорно раздеться и лечь.

Мечты о страстных поцелуях и нетерпеливо сброшенной одежде остались неосуществимыми. Мы с Кириллом не спеша разделись, аккуратно сложив одежду, и легли в постель.

- Наконец-то мы вместе! - дождалась я от Кирилла хоть что-то погорячее, чем ледяное молчание. - Я так долго мечтал об этом!

О! Оказывается, он может о чём-то мечтать! А я уже думала, что только я одна мечтаю о сексе.

Кирилл с жаром приник к моим губам. Он казался ненасытным и пламенным любовником, который испепелит моё тело за одну ночь! От его поцелуев кружилась голова, а от интимных ласк я возбудилась так, что готова была сама запрыгнуть на мужа и бессовестно овладеть им!

Нельзя было не заметить, что он и сам готов был покорять неизведанные глубины, но почему-то не спешил с этим.

- Что-то не так? - наконец спросила я, утомлённая своим возбуждением. - Мне бы хотелось принадлежать тебе полностью.

Уж не знаю, что ему ещё такого сказать, чтобы он наконец-то догадался приступить к более детальному изучению моего трепещущего тела.

Но вместо соития, Кирилл откинулся на спину с твёрдым, как гранит членом, и застонал. Я обалдела.

- Что случилось? - закричала в панике. Неужели довела мужика до инфаркта одними только ласками?

Подскочила, кинувшись к двери, но Кирилл поймал меня за запястье.

- Ты куда? - не понял он.

- За помощью! - выкрикнула я, пытаясь вырваться.

- Думаешь, что мне нужна помощь, чтобы переспать с тобой? - без тени улыбки сказал он, хоть я расценила бы это как шутку.

- Эээ... - неопределённо протянула я, не зная, что и ответить. - Ты отказался от секса и упал на спину, я подумала, что тебе плохо.

Кирилл возбуждённо засопел, глядя на меня, причём он не просто смотрел, а лапал глазами.

- Да, мне плохо, - признался он. - Я так же хочу секса, как и ты, а то и больше. Но нам не стоит заниматься этим до зачатия.

- Что? - вконец обалдела я, плюхнувшись на кровать. - Ты в воём уме? Какое зачатие без первой брачной ночи? Я ещё девственна! Неужели ты не хочешь лишить меня невинности?

Кирилл помолчал, тяжело дыша, сел по-турецки, отчего его инструмент страсти вздыбился, нацелившись на меня.

- Зачем мне пачкаться в крови, когда завтра специалисты проведут процесс дефлорации и сразу же введут в тебя моё семя, обогащённое новыми генами.

Я аж задохнулась от негодования! Вот ещё эстет! Что за извращённый подход к зачатию? Видите ли, в крови ему член пачкать не хочется! Да я ему сейчас.

И тут мой гнев пошёл на убыль. Опять капсула подавила моё сознание. Раз так хочет муж, то будет так, как он скажет.

- Хорошо, дорогой, - почему-то я улыбнулась, да и голос прозвучал мило, хотя мне хотелось орать, истерить и пинать муженька ногами. - Только откуда специалисты возьмут биоматериал для оплодотворения, если он пока что в тебе? Или ты уже пополнил банк спермы?