Белоснежка и команда мечты (СИ) - Семенкова Даша - Страница 20

— Вообще-то я голосовала против, — с достоинством произнесла Дара, искоса посматривая на подруг.

— А я — за! — ухмыльнулся Жамьян.

— Предатель, — Удбал пихнул его локтем в бок, но тут же получил в ответ.

— Я тоже за, — сказал Анпил, и в ответ на возмущенные восклицания своих товарищей пояснил: — Лучше, если они будут под присмотром. Спокойнее.

Аюна презрительно фыркнула, но спорить не стала. В конце концов, она-то была согласна с Номин с самого начала, пусть и по иным мотивам. Дара задумчиво огляделась, кивнула каким-то своим мыслям и сказала:

— Если большинство из вас считает затею удачной, хорошо. Пусть будет так. Но только до горы Дунсгар, за ней разделимся и пойдем по своим маршрутам.

Казалось, они снова начнут спорить, ведь так и не выяснили, нет ли на тех маршрутах общих территорий, но оба решили отложить этот разговор на потом. А пока Дара, Анпил и обе охотницы отошли в сторонку, сели на поваленное дерево и принялись обсуждать планы на ближайшие дни.

Удивительно, как быстро гномы умели отрешиться от всего, что могло помешать делу! Несколько минут назад казалось, что соперники готовы были глотки друг другу перегрызть, а теперь сидели рядком и мило беседовали.

Тем временем другие девчонки присматривались к новым спутникам, будто прикидывали, как с ними себя вести. Кроме Балсан — та заметно оживилась, шутила и стреляла глазками, словно соскучилась по вниманию за несколько дней, проведенных в лесу. Номин взирала на происходящее с обычным своим равнодушием и вступала в разговор, только если обращались к ней напрямую.

Стеснительная Юмсун пряталась за спиной Идамы, мрачной, как туча. Лиза подумала, что именно она была второй из их команды, кто проголосовал против, но напрямую спросить не решилась.

5.3

Первый день, проведенный двумя командами сообща, прошел под знаком соперничества. Казалось, они пытались превзойти друг друга во всем — скажи кто-нибудь, что солнце всем светит одинаково, гномы и с этим не согласились бы, бросившись доказывать обратное.

Выдвинулись заполдень, и, шагу не успев ступить, немедленно поссорились. На узкой тропе не умещались по двое, а кто пойдет первым? В конце концов, бросили жребий. Повезло Даре, чему Лиза несказанно обрадовалась, догадываясь, что за Анпилом ей было бы не угнаться.

И началась борьба характеров. Затихла легкомысленная болтовня — соперники презрительно высмеивали все, что считали глупостями. Нога Лизы скоро начала ныть, но о привале страшно было заикнуться, чтобы не вызвать новый спор о том, кто главный. Бедолага Жамьян забыл наполнить свою фляжку и маялся, клянча воду у соседей, потому что мстительные девчонки отказались сворачивать с дороги к ручью.

К вечеру эта война перестала казаться смешной. Лиза устала едва ли не сильнее, чем в первый день, и злилась на упрямцев, превративших поход в сплошное страдание. Натирая ногу своей чудо-мазью, она хмуро наблюдала, как гномы ставят шатры, стараясь и в этом обогнать друг друга.

Единственным плюсом оказалось то, что Аяна, дежурившая по кухне, решила превзойти повара конкурентов и приготовила такое ароматное рагу из дичи, приправленное кореньями, что парни украдкой глотали слюну и принюхивались, не в силах скрыть зависти. У них кашеварил рыжебородый, высокий и тощий для своего племени гном по имени Ган. В его котелке плескалось мутное варево, слишком густое для супа и жидкое для второго блюда. Пахло оно далеко не так соблазнительно.

— Так и будете всю дорогу собачиться? — поинтересовалась Лиза, когда все наелись, уютно устроились вокруг костра и поутихли. — Это невыносимо ведь!

— Согласен, — отозвался Тагар, пятый участник экспедиции конкурентов, и с видимым удовольствием облизал ложку. — Я из-за постоянной ругани мыслей своих не слышу.

Он казался самым сдержанным из всех, к тому же обладал особым типом внешности, какой иногда встречался и в родном миры Лизы — совершенно не примечательным. Попробуй описать такого, и на все вопросы ответишь “среднее” или “обычное”. Средне-русые волосы, средний рост, обычное телосложение, никаких особых примет.

Но, похоже, он отличался хитростью и умением договориться: каким-то образом в его тарелке оказалась не подозрительная похлебка, а рагу Аяны. Сидевший рядом Жамьян бросил на удачливого товарища очередной завистливый взгляд и подтвердил:

— Да уж, вы, девчонки, как сороки. Толка мало, трескотни много.

— Ой, кто бы говорил! — фыркнула Идама. — От тебя одного шуму больше, чем от остальной группы, вместе взятой.

— От остальных групп, — поправил ее зануда Удбал. Рядом с Анпилом он потерял все шансы на расположение красавицы Балсан и злился, вымещая обиду на ее подругах. — Мы не с вами, хоть и одной дорогой идем.

Балсан, все это время со скромным видом сидевшая на месте, лучше всего освещаемом костром, сверкнула глазами в его сторону и опустила длинные ресницы. По ее губам скользнула усмешка. Лиза отметила, что сейчас она оделась наряднее, почти по-городскому. Из-под походной куртки выглядывал вышитый жилет, коса была не скручена в простой узел на затылке, как раньше, а кокетливо переброшена через плечо, в ухе поблескивала гранями темного камушка маленькая золотая серьга.

— В самом деле, пора прекратить ссоры на пустом месте, — вмешался Анпил. — Большинство из нас сами проголосовали за то, чтобы идти вместе, значит, мы должны научиться как-то договариваться.

— Я-то против голосовала, с чего мне под кого-то подстраиваться? — пробурчала Идама и насупилась.

— Я вообще-то тоже, — отозвался Удбал.

— А я за, — сказал Тагар, с любопытством наблюдая за реакцией товарищей.

— Вообще-то это было закрытое голосование. То есть тайное, — сказала Лиза немного обиженно. — И если вы надумали спорить, кто первым спать отправится, то я пас.

Она поднялась, искренне поблагодарила Аяну за ужин и полезла в палатку. Ночью ее постоянно будили — то возмущенные голоса снова что-то не поделивших соперников, то шепот девушек, решивших посекретничать перед сном, то чье-то хихиканье и шорохи неподалеку.

Утро выдалось пасмурным и зябким. Небо затянуло низкими тучами без единого просвета, кроны деревьев то и дело тревожно шелестели от налетавших порывов ветра. Смолкли птицы, и даже лошади вели себя неспокойно, переступали с ноги на ногу, всхрапывали, прислушиваясь.

— Будет дождь, — предупредила Аяна. — Не с утра, но к вечеру наверняка прольет. Затяжной. Надо бы перейти реку, пока брод не затопило, а то времени потеряем уйму.

— Мы же ее на днях переходили, — Лиза поежилась и полезла в седельную суму за шапкой, радуясь, что Дара уговорила ее взять.

Когда выходили из города, солнце грело совсем по-весеннему. Даже ночи становились с каждым днем все теплее. А сегодня уши мерзли на холодном, пронизывающем ветру.

— То Зайл был, а нам надо перейти Скромницу. Она так-то неглубокая, узкая, не река — ручей, но в дождь разольется до ужаса.

— Какое забавное название для реки!

— А она и сама забавная, — Аяна бросила Лизе плащ и затянула ремни на сумке потуже, чтобы вещи не залило. — Весной быстрая, а летом течет едва-едва, зарастает камышом и ряской. А потом, ближе к концу сезона, когда жарко становится, и вовсе уходит под землю — только сухое русло остается.

Она проверила вторую сумку, накинула плащ и бросилась помогать Даре и Идаме укладывать тяжелую шкуру шатра.

Лагерь собрали в спешке, даже завтрак готовить не стали, сжевав хлеб и сыр всухомятку, едва не на ходу. Даже перепалки прекратились — всем стало не до того. Лизе передалась общая тревожность, и она шла быстро, наравне с остальными, забыв о недавно болевшей ноге и не жалуясь.

Дождь пошел довольно скоро. Сперва просыпался редкой моросью и прекратил, чуть намочив тропу и ветви деревьев. Лиза понадеялась было, что Аяна ошиблась, как вдруг хлынуло тяжелыми, крупными, холодными каплями, резко, будто кто-то небесный кран повернул.

Ведущая вниз тропа быстро превратилась в поток грязи вперемежку со скользкими камнями. Как Лиза ни надвигала капюшон, лицо и волосы стали мокрыми, и вода капала с них, затекая под плащ. Сапоги обросли комьями грязи и липли к земле, отчего идти было еще тяжелее. И конечно она начала отставать, хотя изо всех сил старалась угнаться за Юмсун, идущей впереди. Впрочем, той тоже пришлось нелегко: малышка Юмсун все же была слабее своих подруг.