Чувствующая (СИ) - Мохова Анна - Страница 9

***

Это был их второй Новый год вместе, но первый — только вдвоем. В первый раз Ариана уезжала на праздники домой и провела всю неделю, не отрываясь от телефона. Миллион сообщений и ночных звонков, полушепотом, чтобы не разбудить родителей, мечты, планы, предвкушение встречи — как больно было потом вытравливать все из памяти. Да так и не суметь.

На следующий год праздник совпадал с первой годовщиной их отношений. Ариана тогда очень волновалась: начала искать платье еще в ноябре; примерно тогда же составлять меню и подбирать музыку. К новогоднему плейлисту она подошла особенно основательно: чтобы был романтичным, но не слишком слащавым, включал «их» песни и какие-то новинки.

«Какая я была глупая! — схватилась за голову Ариана. — Думала о такой ерунде! Лучше бы в спа-салон сходила, на какое-нибудь «Королевское наслаждение», а не просиживала часами перед монитором в поисках песен со смыслом».

Но тогда это казалось важным, и хотелось, чтобы праздник прошел безупречно. Он пришел ближе к вечеру, с большим букетом роз, одетый в белый свитер с высоким воротником и голубые джинсы. «Самый красивый на свете, мой собственный человек», — вспомнились ей слова Даши из «Хождения по мукам».

— Ты потрясающе выглядишь, — сказал он, восхищенно глядя на Ариану. Она и правда была хороша: летящее платье из лилового шифона, бежевые лодочки на тонкой шпильке, собранные в пучок волосы с небрежно выбивающимися прядями и ненавязчивый цветочный шлейф Miss Dior — все это делало Ариану похожей на фею. Они зажгли свечи, включили музыку, уселись на ковер в ее комнате, и она вручила ему подарок в честь годовщины. В серебристом мешке лежали открыточки, где она отразила самые приятные моменты их отношений. Читая написанные там слова, он угадывал, о каком моменте шла речь, и они с удовольствием вспоминали детали. Прочитав очередную записку, он внезапно наклонился к Ариане и прошептал в полураскрытые губы: «Я люблю тебя». Ариане казалось, что она не сможет быть счастливее, чем тогда. Его чувственный шепот заставлял сердце мчаться в сумасшедшем галопе, а мурашки — курсировать по всему телу, от макушки до кончиков пальцев.

А потом они долго целовались, позабыв о времени, и чуть не пропустили бой курантов. Открывая шампанское в дикой спешке, они половину пролили на пол и встретили первые секунды нового года, сгибаясь пополам от хохота.

— Как Новый год встретишь, так его и проведешь, — отсмеявшись, сказала Ариана.

— Я согласен весь год смеяться с тобой. А теперь моя очередь дарить подарки.

В бархатной коробочке лежала изящная подвеска из белого золота в виде пастушка. Он сидел на месяце и играл на дудочке. Ариане сразу захотелось ее примерить, и она сняла свою жемчужинку, чтобы не мешалась. Однако стоило ей надеть новое украшение, как оно обожгло грудь ледяным холодом.

— Спасибо, очень красивое! — поблагодарила она, торопливо снимая подвеску.

— Тебе не понравилось? — забеспокоился он. — Мы можем вернуть ее и выбрать что-то другое.

— Нет, что ты, оно чудесное. Просто я хочу получше его рассмотреть.

Ариана не хотела рассказывать про болезненный эффект подарка. Это бы обидело его, да и звучало странно. Украшение ей очень нравилось, но привыкнуть к нему так и не удалось. Металл оставлял на коже красные следы, как от ожога, и они долго не проходили. Из-за этого она надевала подвеску редко, только на встречи с ним, и всегда поверх водолазки или джемпера.

***

Ариана сидела на полу и смотрела в потолок. Плед валялся рядом с креслом, мороженое в банке заканчивалось, из колонок звучала одна из «их» песен: You and I группы Scorpions. Все-таки не справилась. Часы показывали одиннадцать. Она надеялась, что на сегодня воспоминаний достаточно, и у нее есть час, чтобы успокоиться, вылезти из пижамы и встретить Новый год как человек, а не расплывшаяся клякса с опухшим от слез лицом. Она до сих пор верила в поговорку про «как встретишь — так и проведешь», поэтому решительно направлялась в душ, как вдруг зазвонил телефон.

Звонила Лика, и она решила не отвечать. Но та была настойчива и позвонила еще. На этот раз Ариана все же взяла трубку.

— Здравствуй, Ариана!

Она чуть не споткнулась, услышав вместо звонкого голоса соседки бархатный обволакивающий баритон.

Стас.

— Привет!

— Я не смог дозвониться до тебя раньше, поэтому попросил Лику дать свой телефон.

— Или внушил? — вырвалось у Арианы, и она тут же пожалела о своих словах. Вот кто ее за язык тянул?

— Нет, просто попросил, — казалось, Стаса не сильно задела ее подколка. — Прости, что отвлекаю тебя от празднования, но мне нужно знать, что ты решила.

— Я… еще не знаю, — Стас застал ее врасплох, и она судорожно пыталась придумать, что сказать. — Обещаю, что после праздников вернусь к тебе с ответом.

— Хорошо. С наступающим, Ариана! Надеюсь, ты начнешь год с правильных решений.

На том конце провода хлопнула дверь и раздалось сразу несколько голосов:

— Ты не могла прятаться вечно! И зря не поехала, тут весело! — это предательница Лика.

— Стас, с кем ты там говоришь? Иди сюда, мы уже начинаем!

А это Лера? Лика не говорила, что они со Стасом тоже приглашены. Если там все парами, то, получается, они тоже встречаются? Ну и прекрасно. Мисс Надменность и Мистер Я-Все-Знаю-Лучше-Всех отлично подходят друг к другу.

— Спасибо, и тебя тоже, — ответила Ариана, но Стас успел положить трубку.

И что сейчас было? Мало ей неприятностей за вечер, так еще и этот звонок. По крайней мере, от хандры не осталось и следа, только дикая усталость. Ариана приняла душ и поняла, что совсем не хочет наряжаться и ждать наступления Нового года, чтобы звонить родным и друзьям, изображая фальшивую радость. Пижама приняла ее обратно в свои плюшевые объятия, и Ариана уснула, не дожидаясь полуночи.

***

А ночью ей приснился кошмар.

Ариана бежала. Ледяной ветер как плеть хлестал ее по щекам. Колючие ветки кустарника оставляли глубокие царапины на руках и ногах. Дыхание сбилось, тело одеревенело от усталости, но она из последних сил заставляла себя переставлять ноги. Тяжелая книга в кожаном переплете в руках еще больше усложняла задачу.

«Надо бежать, — уговаривала себя Ариана. — Еще чуть-чуть».

Когда сил почти не осталось, впереди показался особняк. Откуда-то она знала, что книгу нужно доставить туда и это очень важно. Ариана уже почти добежала до своей цели, как вдруг увидела его. Он стоял у калитки, смотря на дом. Услышав шаги, он обернулся, и лицо озарила до боли знакомая улыбка. — Здравствуй, любимая! — сказал он. — Наконец-то я нашел тебя. Я так скучал.

— Нашел меня? — ошарашено переспросила Ариана. — Ты же сам ушел. Резко, без объяснений. Я думала, что не переживу этого. Почему ты не пришел раньше? Где ты был все эти годы?!

Она не могла найти слов, чтобы передать, как больно ей было после их расставания. Как она собирала себя по кусочкам, пытаясь найти хоть один, которого он не коснулся. Хоть какую-то опору. Надежду. Смысл.

Как она сидела ночью на полу, одетая в его рубашку, и вдыхала почти выветрившийся аромат его парфюма. Выбрасывая его вещи и подарки, Ариана так и не смогла с ней расстаться: убрала в пакет и засунула в самый дальний угол шкафа.

Как первое время она не могла слушать любимую музыку, потому что все песни были так или иначе связаны с ним. А музыка была нужна ей как воздух.

Как однажды ночью она проснулась от невыносимой боли. Ни душ, ни дыхательные практики — ничего не помогало. И тогда, поддавшись странному порыву, она схватила валявшуюся на столе тетрадь и стала выплескивать свои чувства в неуклюжих, плохо срифмованных строках: Люблю тебя.

Люблю до дрожи в коленках.

Люблю до бессильной злобы, сдирающей обои на стенках.

Люблю до разряженной батареи плеера

И ночью стихи пишу всему наперекор.

Я вот так, отчаянно,