Тень ускользающего счастья (СИ) - Гущина Яна - Страница 20

Вытащив очередной документ, Лила испуганно уставилась на Сонию. Сония выхватила у неё из рук бумагу и с ужасом уставилась на написанное. Не веря своим глазам, девушка перечитывала вновь и вновь сухие строки канцелярской писанины. Буквы расплывались и прыгали, складываясь в невероятные факты прошлой жизни Сонии. Девушке страшно было осознавать, что здесь и сейчас она держит в руках свидетельство о рождение её дочери Джиты, отцом которой являлся Раджа.

- Этого не может быть! – застонала Сония в приступе паники. – Это неправда! Это просто не может быть правдой!

Она часто задышала, но этого, видимо, оказалось мало для того, чтобы остаться в сознании, и девушка безвольно повалилась на пол.

Тихий шум прибоя и суетливый крик чаек наполнял душу Сонии умиротворением. Она лежала на песке, а нежное солнце ласкало её кожу.

- Сония! – услышала она. – Сония, ты меня слышишь?

«Да», - хотела ответить Сония, но не смогла.

Вдруг кто-то ударил её по щеке и в ту же секунду солнце, море и песок пропали, а вместо них появились стены спальни и испуганное лицо Лилы.

- Сония, очнись! – лепетала не на шутку перепуганная Лила. – Сейчас я позову Према. Или нет, лучше позову Манну – он доктор.

Сония пару раз моргнула и ухватила Лилу за руку.

- Постой, - непослушными губами прошептала она. – Не надо никого звать. Мне уже лучше.

- Да на тебе лица нет, - запричитала Лила.

- Ничего, это сейчас пройдёт…

Сония попыталась сесть на полу. Лила помогла ей опереться спиной о кровать и сама расположилась рядом, дружески держа руку Сонии в своих горячих ладонях.

- Я ничего этого не помню о той жизни, которая у меня была, - выдохнула Сония и вдруг почувствовала невероятную резь в животе. Казалось, что раскалённое железо плавило её внутренности, заставив скорчиться от невыносимой боли.

Сония громко закричала, продолжая корчиться и плакать. Лила в ужасе отшатнулась от неё –  она поняла, что шок вызвал у Сонии выкидыш. Лила не ожидала такого исхода и остолбенела, не зная, что и делать. Она испуганно глядела, как вокруг Сонии образовывается кровавое пятно, заливая бумаги. Лила инстинктивно сгребла драгоценные документы в охапку и прижала к себе.

В это время дверь спальни распахнулась, и в неё ворвался Прем. Он бросился к жене и на мгновение остолбенел от увиденного. Уже в следующее мгновение он подхватил её на руки и переложил на постель.

- Манну!!! – заорал он, даже не замечая, что у него по щекам текут слёзы. – Манну!!!

Дальше было сложно понять что происходит, кто куда бежит, кого зовёт, и что делает. В спальню вбежали все: бабушка, тетя и дядя, слуги, и, собственно, сам Манну, которого так истошно звал Прем. Лила попятилась и наткнулась спиной на комод. Только сейчас она осознала, что произошло, и глянула на бумаги, которые до сих пор прижимала к груди. Она оглянулась, чтобы быстро решить, что с ними делать, и ей не пришло в голову ничего иного, кроме как выдвинуть нижний ящик комода и свалить туда все бумаги, торопливо прикрыв их лежащей в ящике одеждой.

Манну, оказавшись у постели Сонии, почернел и печально покачал головой. Он перевёл взгляд с мучавшейся Сонии на Према и еле слышно произнёс:

- Мне очень жаль, друг, но твоего ребёнка не удастся спасти.

- Ребёнка? – взревел Прем. – Манну, да о чём ты? Помоги Сонии, спаси её!

Манну слабо покачал головой, выражая сомнение, смешанное с сожалением. Транспортировать девушку в больницу в таком состоянии было невозможно, а до приезда машины «скорой помощи» она не доживёт – кровь продолжала литься, и спасти девушку могло только чудо.

Приступ первой паники миновал, и Манну смог трезво оценить ситуацию. Надо было действовать быстро, иначе беды не избежать.

- Мне нужен лёд, полотенца, таз с водой и мой саквояж с инструментами и препаратами, - отдал он четкое распоряжение и добавил тихим голосом: - Я сделаю всё возможное, чтобы спасти её.

Присутствующие кинулись кто куда, чтобы принести необходимые Манну предметы. Лила посторонилась, чтобы её не затоптали. Она, конечно, очень хотела насолить Сонии, но она никак не думала, что последствия её поступка могут оказаться столь трагичными. Она испуганно глядела на мечущуюся Сонию, возле которой хлопотали бабушка и Манну, потом, будто сквозь сон, Лила увидела, как мимо пробежал Прем, неся медицинский саквояж, слуги несли тазы, полотенца… Перед глазами все слилось в пёструю мешанину и расплылось вместе со слезами.

- Прости, - прошептала Лила. – Прости меня, Сония.

Манну велел всем выйти и остался у постели Сонии вместе с бабушкой. Оказавшись за дверью собственной спальни, Прем взвыл, как раненный зверь, и привалился спиной к стене. Ноги отказывались держать его, и парень заскользил вниз по стене. Оказавшись на корточках, он пропустил пальцы сквозь волосы и обхватил голову руками. Остекленевший взгляд упёрся в пол, а по щекам заскользили слёзы.

Раджа, услышавший весь этот переполох, в ужасе смотрел наверх, куда ему было просто не добраться в его инвалидной коляске. Его сердце разрывалось на части от переживания за Сонию. Как бы он не стремился забыть её, он до сих пор любил эту девушку, несмотря ни на что.

Он не мог безучастно сидеть внизу. Его беспомощность невероятно выводила его из себя. Подъехав вплотную к лестнице, он наклонил тело и вывалился из коляски. Оказавшись на полу, он подтянулся на руках и сел на первой ступеньке. Ноги не слушались, и Раджа в исступлении ударил кулаком по колену. Неожиданно для себя, Раджа ощутил то, чего он не испытывал раньше – он почувствовал боль! Он ещё раз ударил себя по ноге, и новый приступ боли разлился по телу. Раджа сидел в отупении, понимая, что никакие врачи мира не смогли сделать то, что сделал стресс: желание оказаться рядом с любимой, заставило его тело очнуться от паралича.

Придя в себя от неожиданного открытия, Раджа подтянулся за перила и встал. Он сильно качался на ослабленных ногах, но он стоял!!! Следующее желание свелось к тому, чтобы подняться наверх, и он сделал первый шаг. Однако его тело было не готово к подобным экспериментам, и парень грузно свалился вниз, ударившись при этом головой о перила. Удар оказался довольно сильным и Раджа так и остался лежать у подножия лестницы, возле инвалидной коляски.

К тому моменту, как приехали врачи, Манну помог Сонии разрешиться от бремени. Ребёнок был мертворожденный, но это уже мало волновало юного доктора, которому предстояла борьба за жизнь роженицы. Приехавшие врачи забрали тело ребёнка и погрузили его в машину «скорой помощи» вместе с обессиленной девушкой, оставшейся в живых только лишь благодаря врачебному мастерству Манну.

Прем поехал в больницу вместе с женой, не выпуская её руку из своей. Он не мог поверить, в происшедшее. Сегодня он осознал, насколько хрупко его счастье. Если бы Манну не спас Сонию, Прем не пережил бы такой потери. Жизнь без любимой была ему не нужна. Именно сейчас Прем понял, что всё его существование зиждется на его безумной любви к жене. Она и только она – смысл его бытия. Если её не станет в его жизни, то весь мир рухнет и погребёт под своими обломками тело несчастного влюблённого.

Сонию поместили в одну из лучших клиник Мумбаи. Врачи несколько дней боролись за её жизнь, но девушка, похоже, сама не желала возвращаться к жизни. Её взгляд потух, и невыносимая печаль легла на её лицо маской боли.

Она отрешилась от мира, уйдя в себя. Она почти не реагировала ни на врачей, ни на родных, которые буквально не отходили от её постели. И только склонённое над ней лицо Према с густой щетиной и впалыми глазами иногда удостаивалось её внимания. Взгляд Сонии ненадолго задерживался на лице любимого мужчины, но тут же слёзы застили глаза. Воспоминания о случившемся, говорили девушке, что её жизнь окончилась в тот момент, когда она открыла злополучный конверт. Она не помнила всего того, что должна была помнить о своей прежней жизни и все бумаги из конверта были для неё чем-то чужеродным, что было непостижимо её сознанию. Даже познав всю правду о себе и Радже, она так ничего и не вспомнила. И теперь, зная об этих документах, она понимала, что отныне у неё нет ни только прошлого, но и будущего.