Мир богов. Книга 2 (СИ) - Борисова Светлана Александровна - Страница 29

Следуя указаниям Ксиабо, юноша осторожными шагами перемещался по кругу. Поглотители магии оказались прозрачными шариками размером с перепелиное яйцо. Даже с ночным зрением их было сложно найти, но чутьё Лея, которое также передалось всем троим, вело их в нужном направлении.

Они успели собрать и сложить в полотняную сумку Ксиабо двадцать шариков, когда вернулся Зевс. При виде юных лазутчиков он рыкнул с такой силой, что пирамида тут же рухнула и мальчишки, вернувшись к нормальному росту, как мячики, покатились по дну пещеры.

В руке разъярённого Зевса засверкала молния. В ожидании неминуемой гибели Лей испуганно вскрикнул и зажмурился; Ксиабо, злобно оскалившись, попятился к постаменту, и только Фа Юн не потерял присутствия духа и, держа меч, приготовился воевать до последнего.

На счастье троицы, тут появился советник Гуань Чжун и с ходу напал на громовержца.

Поначалу Зевс не принял противника всерьёз: в китайских богах было слишком много человеческого и в поединках они всегда проигрывали олимпийцам. Но лёгкость, с которой Гуань Чжун парировал его удары и молниеносные ответы стёрли презрительную мину с лица Зевса. Ну а затем он начал замечать, что ему знакома манера ведения боя, ведь он сам учил сыновей и знал все их приёмы.

— Арес! — вскричал Зевс, догадавшись, кто перед ним. — Негодяй! Как смел ты поднять на меня руку?

— Вижу, ты мне не рад, — усмехнулся бог войны. — Впрочем, не удивительно, ведь ты всегда меня ненавидел.

— Да, ты был нелюбимым сыном, но я не испытывал к тебе ненависти, — ответил Зевс и, отбив коварный финт сына, добавил с искренним сожалением: — Жаль, что ты жив. Я надеялся, что больше не увижу тебя.

Ареса больно царапнули слова отца, но он не показал виду.

— Понимаю твоё огорчение, но ты не переживай. В продолжение нашей семейной традиции, я отправлю тебя в Тартар, и ты больше меня не увидишь.

После слов проблемного отпрыска Зевс взревел как бык и с такой яростью набросился на Ареса, что тот едва успевал уворачиваться от его молниеносных атак.

Пока отец и сын, как положено богам их уровня, с грохотом и молниями выясняли отношения, Ксиабо схватил сумку и бросился к постаменту. Он вытряхнул собранные поглотители, и шарики тут же растворились в полуразложившимся, но всё ещё живом теле властителя Фандоры. Постамент полыхнул невыносимо ярким светом и восставший Золотой император с такой лёгкостью разорвал цепи, будто они были бумажными. К несчастью, один из обрывков с такой силой ударил Ксиабо, что он отлетел к стене пещеры и, ударившись, бездыханный распластался на полу.

С отчаянным криком Лей подбежал к другу и упал на колени. При виде сгущающейся тени Мрачного Жнеца, глаза мальчика испуганно расширились, и он с мольбой посмотрел на старшего товарища.

— Господин Фа, спасите Ксиабо! Ну, пожалуйста!.. Если хотите, я стану вашей наложницей, только помогите ему! — сбивчиво проговорил Лей и по его щекам градом покатились слёзы.

— Что?! — вытаращился Фа Юн. — Я с мужчинами не сплю! — заявил он оскорблённым тоном.

— А я не мужчина, я — Ки, дочь советника Чжао Ли, — всхлипывая, признался мнимый мальчик.

Подойдя ближе, Фа Юн пристально посмотрел на залитое слезами личико и тихо выругался. Девушка нанесла чувствительный удар по его самолюбию, ведь он, как всякий умник, мнил себя крайне проницательным. Припомнив, как он вёл себя в её присутствии, думая, что это мальчик, Фа Юн внутренне застонал: «Проклятая девчонка! Убить тебя мало за твои проделки!.. Кстати, так оно и будет, когда наставник узнает, что Ки обманула его и прикинулась учеником».

Юноша глянул на Гуань Чжуна, ожесточённо сражающегося с Зевсом, затем на Золотого императора, сидящего с закрытыми глазами. Судя по мелькающим шарикам, то и дело липнущим к его телу, он уже самостоятельно собирал остатки поглотителей магии. Главное, он больше не походил на обгорелый полуразложившийся труп, и всё больше обретал свой прежний облик.

«Подожди, я сейчас!» — сказал Фа Юн девушке и бросился к постаменту с Золотым императором. «Ваше величество!.. — осмелился он позвать. — Только прикажите, и мы сделаем всё возможное, чтобы выполнить вашу волю». Сомкнутые ресницы дрогнули, и юноша упал на колени — глазами Золотого императора смотрела сама смерть, неотвратимая и беспощадная. «Вы сделали достаточно, теперь уходите», — раздался глухой голос.

«Слушаю и повинуюсь!» — поднявшись с колен, Фа Юн склонился в низком поклоне и попятился прочь от постамента. Вернувшись к спутникам, он на мгновение заколебался; ему страшно не хотелось тратить бесценное лекарство на того, кого он терпеть не мог, но он отдавал себе отчёт, что без помощи зловредного мальчишки они не спасли бы Золотого императора. К тому же он чувствовал, что Ки не уйдёт без своего друга.

Юноша присел на корточки и вложил в рот умирающего коричневый шарик, от которого исходил сильный коричный дух. Он буквально на мгновение опередил Мрачного Жнеца, который уже протянул руку, чтобы забрать душу Ксиабо, но тот, как только чудодейственное лекарство оказалось во рту, сразу же начал подавать признаки жизни.

Видя, что Мрачный Жнец исчез, девушка облегчённо перевела дух и благодарно посмотрела на Фан Юна, но тот не обратил на неё внимания. Озабоченно хмурясь, юноша подхватил Ксиабо на руки, который хоть и подавал признаки жизни, но в сознание не пришёл. «Не отставай!» — бросил он девушке через плечо и быстрым шагом направился к лазу, через который они пробрались в пыточную Зевса.

Остаточная эластичность тела, подаренная Ксиабо, позволила им без особых усилий протиснуться в тесное отверстие. Как только они оказались в пещере с голубыми светильниками, Ки без промедления создала портал, ведущий в Небесную школу Золотого города.

Прежде чем уйти, Фан Юн обернулся. Когда из лаза ударил ярчайший золотой свет и донёсся нарастающий грозный гул, его губы тронула улыбка. «Давайте, ваше величество! Вдарьте олимпийцам так, чтобы впредь они даже думать не смели о нападении на наше царство», — напутствовал он Золотого императора. Оглушительный взрыв и град каменных осколков заставили его поспешить.

Стоило порталу схлопнуться, и пещера с голубыми светильниками взлетела на воздух. Так что Минотавру, который наконец-то взял след юных шпионов, крупно не повезло; умереть он не умер, но собирать свои клочки по закоулочкам ему пришлось несколько столетий.

Естественно, после общения с Зевсом Золотой император был сильно не в духе, поэтому локальным погромом дело не ограничилось. Громадный золотой дракон, увенчанный короной из огненных самоцветов, буйствовал до тех пор, пока не снёс святилище олимпийцев до основания.

Портал привёл освободителей Золотого императора на то же место в школьном дворе, с которого началось их путешествие на Олимп. Поскольку Ксиабо по-прежнему был без сознания, Фа Юн понёс его к лекарю. Девушка помедлила, а затем пошла следом за ними.

— Большое спасибо, господин Фа, что спасли Ксиабо, — сказала она.

— И это всё? Насколько помнится, ты обещала стать моей наложницей, — усмехнулся Фа Юн. — Я спас твоего поганого дружка, так в чём дело?

Взгляд Ки скользнул по спине юноши, по его широким плечам и узкой талии, и она поспешно отвела глаза.

— Я не выйду за вас замуж, — сказала она и неслышно вздохнула.

— Разве речь шла о замужестве? — последовал едкий ответ.

— Знаю-знаю! Дочь скромного архивариуса никогда не войдёт в вашу семью, но вашей наложницей я тоже не стану. Семья Чжао Ли не богата, но и не нищая, да и по части магии мы не обделены талантами. Так что мне ни к чему идти в служанки, когда я сама могу быть госпожой в доме мужа.

— Наложница не служанка, — заметил Фа Юн.

— Но и не хозяйка, — возразила девушка. — Если уж на то пошло, прислуживать вашей жене то же самое, что быть служанкой.

— Зря отказываешься. Роди мне сына, и я, быть может, предложу тебе руку и сердце.

Ки саркастически хмыкнула.

— Шутить изволите, мой господин? А то я не знаю, о какой невестке мечтает ваш многоуважаемый отец.