Мир богов. Книга 2 (СИ) - Борисова Светлана Александровна - Страница 63

Очнулась я вся в слезах и соплях, но нисколько не стыдилась своего состояния. Прилив сил был настолько мощным, что от усталости и угнетённого состояния не осталось и следа. Во мне бурлила такая жажда деятельности, что я едва усидела на месте.

— Ну как ощущения? — улыбнулся лорд Хаоса и я, найдя, что он теперь гораздо симпатичней, чем в начале нашего знакомства, просияла ответной улыбкой.

— Спасибо, ваша божественность! — взмахнула я ресницами. — Даже не знаю, как вас благодарить за оказанную честь.

Бог ты мой! С чего вдруг из меня полезло кокетство? Ну, нет! Никаких амуров!

— Твоя искренняя благодарность — награда уже сама по себе, — с доброжелательной миной пропел белоголовый змей-искуситель.

«Само собой! — внутренне усмехнулась я. — Если не брать во внимание, из-за кого я оказалась в столь плачевном состоянии». И тут я поймала себя на том, что снова строю глазки лорду Хаоса. Твою ж мать! Только этого не хватало! Нужно избавиться от усиливающегося влечения и срочно! «Никакого, значит, воспитания, к тому же гордячка и ничтожество?», — подумала я, накручивая себя.

— Увы, это единственное, что я могу вам предложить, — сказала я тоном благовоспитанной институтки и, съехав к краю сиденья, выпрямилась так, будто в спину мне воткнули кол.

Судя по выражению лица, лорду Хаоса моя поза показалась забавной.

— Вообще-то, кол втыкают в другое место, — поведал он заговорщицким тоном.

Тоже мне, откровение волхвов! Я смерила его мрачным взглядом, но не стала лезть в бутылку и нейтрально заметила:

— Не думаю, что у меня настолько большие проблемы с осанкой.

Кажется, этим я окончательно расположила его к себе.

— Сирин, не злись, я пошутил, — сказал лорд Хаоса и одарил меня лёгкой улыбкой.

— Ваша божественность, я тоже прошу вас больше не сердиться на меня. Извините, если я вас чем-нибудь оскорбила, но вы же знаете, это не со зла, а по незнанию, — сказала я и, радуясь тому, что неожиданное влечение отступило, пошла напролом:

— Возможно, я снова испытываю ваше терпение, но могу я спросить вас кое о чём?

Лорд Хаоса кивнул, и я собралась с духом.

— Ваша божественность, вы можете простить, что мы без разрешения вторглись в ваши личные владения?.. Прошу прощения, что перебиваю! И главное, вы можете дать Фаноре жить как прежде, то есть, не ставя ей никаких условий и не вмешиваясь в её дела?

— Не могу, — обломал меня лорд Хаоса. — Вот Чак подтвердит, стоит правителю дать слабину и ему тут же сядут на голову.

— Так оно и есть, — вздохнул отец и посмотрел на меня. — Сирин, будь добра, больше не вмешивайся в то, что ты не понимаешь.

Он бросил на меня предостерегающий взгляд и я, естественно, заткнулась. Тем не менее вины за собой я не чувствовала: ясность всегда лучше неопределённости.

Итак, Фандору обязательно накажут — это даже к бабке не ходи — весь вопрос в том, как именно. Надеюсь, до полного уничтожения всё же не дойдёт, иначе властитель Эквилибриума сейчас не разговаривал бы с отцом. Да и я по-прежнему довольно весомый аргумент в их переговорах, несмотря на то что лорд Хаоса наглядно показал, что при желании может с лёгкостью манипулировать мною.

Руноа-файфа… Моя волшебная палочка. Оказывается, в детстве это она исполняла мои желания. Интересно, она у меня от рождения или благодаря предусмотрительности родителя? Почему-то мне кажется, что последнее, хотя вионет молчит на эту тему. Также интересно, почему для руноа-файфы выбрали смертную оболочку… А-а! Потому что ключ доступа носит временный характер и наличие смертной оболочки обязательно, как соизволил пояснить вионет.

Похоже, я для отца не такой уж ненужный ребёнок, во всяком случае, он извлёк максимальную пользу из моего появления.

Ладно, к чёрту грустные мысли! Природа безжалостна. В мире нет бескорыстных чувств. Даже такое вроде бы чистейшее чувство как любовь маленького ребёнка к матери — это всего лишь инстинктивное желание обеспечить себе её защиту; а когда она состарится, и сама будет нуждаться в защите, вот тогда и выясняется, сколь малого стоит эта любовь.

«Прости! Я знаю, корысть не отменяет любви и самопожертвования», — улыбнулась я отцу. «Ты права, такова наша природа: и смертных, и богов», — ответил он, при этом не прерывая беседу с лордом Хаосом. Оставалось лишь позавидовать его возможности работать на несколько фронтов.

«Главное, ты знай, я горжусь тем, что ты мой отец», — добавила я, чтобы поддержать его. И это не пустые слова. Я могла злиться на отца и даже ненавидеть, тем не менее я всегда любила и уважала его — даже в личине Золотого императора, который, по правде, такой же поганец, как его собеседник лорд Хаоса.

Лорд Хаоса, центральная фигура Эквилибриума. Что же он представляет собой? Любит ли он своего сына Николса? Эй, вионет! Так любит или нет?..

Молчит гад! Вот нафига такая информационная сеть, которая если хочет, то отвечает, а если не хочет, то молчит как рыба?

Эй, вионет! Может, ты действительно рыба?

Вионет в долгу не остался, и перед глазами возникла шкодная золотая рыбка — крупная такая, размером с приличного сома. Она прижала плавники к сердцу, которого у неё не было, и, кокетливо хлопая ресницами, состроила мне глазки. Я фыркнула и она, давая понять, как сильно огорчена моим неверием, сначала обижено захлопала ресницами, а затем устроила целый спектакль. Золотая поганка трагически закатывала глаза и заламывала плавники за неимением рук, что в сферическом зеркале аквариума выглядело настолько уморительно, что я не выдержала и засмеялась.

— Нет, это невозможно! — рассердился лорд Хаоса, и я снова оказалась в гостях у мистера Океана и его воспитанника, который, похоже, не вылезал от своего наставника.

— Ба! Кого я вижу! — осклабился Николс, правда, улыбочка у него была несколько натянутой.

— Ага, это снова я! Надеюсь, я не слишком долго пробыла в тюремном заключении и ваше высочество не успели соскучиться по мне, — выразила я надежду и вопросительно посмотрела на мистера Океана. — Сэр, я не стесняю вас? Если да…

— О нет! — воскликнул славный старик и, несмотря на неловкость, которую вызвал мой внезапный визит, поспешил отодвинуть для меня стул.

— Спасибо, — поблагодарила я его и села на предложенное место.

В комнате воцарилась тишина — слишком тягостная, чтобы её можно было долго выдержать. Я встала.

— Пожалуй, я пойду. Извините, что побеспокоила. Вообще-то, я не своей воле, меня сюда отправил их божественность.

— Что же ты сразу не сказала? — посветлел высочество и щёлкнул пальцами.

В тот же миг мы все трое оказались за небольшим столом, накрытым на три персоны. Судя по изысканной серебряно-голубой гамме, роскошному интерьеру и полному отсутствию рукописного хлама, это были его личные владения.

— Так вы не спрашивали, — ответила я на его риторический вопрос.

Высочество тяжко вздохнул.

— Сирин, поверь! Будь у меня выбор, я бы не отправил тебя в казармы Истинной крови.

— Верю, — кивнула я, примеряясь с какого блюда начать.

Бодрость, подаренная молоком оруэлей, звёздных кобылиц, никуда не делась, но есть хотелось зверски. Вот только содержимое тарелок походило на разноцветный пластик, чей вид абсолютно не будил аппетит. Да и на вкус это дело мало чем отличалось от туалетной бумаги.

— Прошу прощения, а у вас тут нет нормальной еды? — не выдержала я.

— Что? — удивлённо моргнул высочество. — А! Я забыл, что ты из века, когда земляне ещё ели натуральную, а не синтетическую пищу.

— Это что, пища потомков? — содрогнулась я.

— Редкая гадость, — согласился высочество и на смену пластмассовой дряни пришли супница с борщом, котелок с пельменями и куча разнообразных закусок и салатов.

— Умереть — не встать!.. Пахнет просто умопомрачительно! — простонала я на грани голодного обморока и, схватив ложку, для ускорения процесса переместила борщ в тарелку при помощи магии.

— Ну как, вкусно? — с весёлым изумлением поинтересовался высочество.