Мир богов. Книга 2 (СИ) - Борисова Светлана Александровна - Страница 82

Начавшаяся потеха грозила перейти в массовое побоище, но тут появилась Внутренняя стража и со свойственной ей бескомпромиссностью призвала зрителей к порядку. Стражники, закованные в усиленную броню, десантировались в передних рядах и с ходу взялись за дело. Поскольку отрубленные конечности и вдрызг разбитые головы не возымели нужного действия, они вооружились жезлами. Показательное испепеление нескольких бедолаг утихомирило даже самых буйных забияк и Внутренняя стража, сочтя свою миссию выполненной, покинула трибуны.

Зрители на трибунах, разгорячённые стихийно возникшим побоищем, ещё немного поволновались, а затем вспомнили об основном развлечении и с куда большим энтузиазмом взялись за дело. В результате не прошло пяти минут, как выросла целая гора камней, которая похоронила под собой не только бастарда, но и само озеро.

Тогда камнепад резко пошёл на убыль, и множество глаз вновь обратилось к лорду Хаоса, причём с опаской. На трибунах заметили, что знать, за редким исключением, не вняла призыву фаворитки и не участвовала в самосуде. Всеобщие опасения высказал четырёхметровый толстяк, занимающий несколько передних сидений. «Проклятый бастард! Вдруг их божественность подумает, что мы кидались в него камнями из-за того, что они похожи?» — пробасил он во всеуслышание, и в амфитеатре повисла мёртвая тишина.

Не ожидавший, что его речь, обращённая к землякам, сидящим поблизости, обретёт столь широкий общественный резонанс, толстяк с недоумением посмотрел на опустевшие поблизости сиденья. «Эй, ребят, вы чего?» — пробормотал он, но недавние друзья делали вид, что не видят и не слышат его. Обескураженный толстяк наконец понял, что дал маху и, встав, натужно выкрикнул: «Слава Повелителю Всего Сущего!», чем вызвал ещё большее замешательство.

Зрители вверху и внизу растерянно переглядывалась, не зная, что именно вызовет больший гнев лорда Хаоса — поддержка славословия толстого дурня или его игнорирование. Пауза затянулась и лорд Ваатор, почуяв грозу, встал и громко выкрикнул: «Слава Повелителю Всего Сущего! Величайшего из величайших!» В следующее мгновение его оглушил гром аплодисментов и приветственных криков в адрес повелителя Эквилибриума. Правда, тот никак не отреагировал на бурный восторг подданных и продолжал с прежним равнодушием смотреть перед собой.

Не переставая аплодировать, лорд Ваатор переместился на трибуны и, сев рядом с толстяком, дружески похлопал его по чудовищному колену.

— Сиди, парень, сиди! — сказал он, когда несчастный выпучил все четыре глаза и попытался вскочить. — Нам ведь с тобой церемонии ни к чему. Верно? Скоро мы будем проводить так много времени вместе, что обязательно станем друзьями. Не так ли, мой милый Хрюшон?

— Да, ваша светлость! — обречённо пробормотал незадачливый толстяк и с воплем рухнул в огненную яму, разверзшуюся под его обширным седалищем.

— Девочки, вот вам свининка к ужину. Наслаждайтесь, — лорд Ваатор подмигнул Девам Ада. — Тут такой чудовищный отросток, что хватит вам на всех, — добавил он и демонессы с хохотом потащили несчастного божка к месту предстоящей экзекуции.

Стоило лорду Хаоса слегка поморщиться и знать на воздушных корабликах, чуткая к его настроению, тут же смолкла. Аплодисменты с радостными криками на трибунах тоже пошли на убыль. Хлопки звучали всё тише и неуверенней, пока окончательно не стихли.

Сочтя, что казнь закончилось, публика замерла в ожидании, но повелитель Эквилибриума не спешил покинуть арену. С меланхоличным выражением на лице он откинулся на спинку рогатого трона и прикрыл глаза. Восприняв это как скорбь по сыну, присутствующие переглянулись и в небо один за другим начали подниматься поминальные фонарики. Вслед за тем зазвучала величественная музыка и под её печальные аккорды рукотворная гора начала тонуть в озере, пока волшебные воды не поглотили её полностью.

Гора исчезла, а вот приговорённый к смерти — нет, хотя лишённый магии он должен был превратиться в кровавую лепёшку. Мало того, он больше не был беззащитной Истинной кровью, в унизительных для бога материальных одеждах. На арене стоял воин, облачённый в магические чёрно-золотые доспехи, и кроваво-красный камень на верхушке его золотого жезла пылал так ярко, что на него было невозможно смотреть.

По трибу нам прокатился поражённый шум. Зрители, понявшие, что слишком рано похоронили бастарда, заметно оживились и по рядам вновь засновали подручные богов удачи, принимая ставки на то, сколько именно он продержится.

— Ну вот, а ты говорила, что у него забрали внутреннюю магию! — восторженно воскликнула богиня-одуванчик. Она захлопала было в ладоши, но подруга предусмотрительно откачала воздух между её ладонями. Тогда богиня-одуванчик подозвала к себе крылатого мальчишку — прислужника могущественной богини удачи, и, когда тот подлетел к ней, протянула ему три жезла силы, которые составляли всё её богатство.

— Любезнейший, я ставлю на бастарда, — весело прощебетала она, и практичная подруга схватила её за руку, стремясь удержать от опрометчивого шага.

— Лилейна, не дури! Ещё никто не выживал в схватке со Зверем.

— Он победит! — уверенно заявила богиня-одуванчик и с лукавой улыбкой подмигнула мальчишке. — Дружок, я жду тебя с моим выигрышем.

— Обязательно, госпожа! Но если вы выиграете, я один не справлюсь, — серьёзно ответил мальчишка и помчался к следующему игроку, желающему испытать удачу.

Жезл силы, предоставленный в распоряжение бастарда, никак не мог придать ему такую магическую мощь и лорд Ваатор, готовый к действию, вопросительно глянул на повелителя Эквилибриума. К его удивлению, тот подал ему знак, чтобы он не вмешивался и оставил всё, как есть. Тогда сатана опустился на место и, судя по потускневшему пламени в глазах, глубоко задумался. Затем он переместился домой, а чтобы никто ничего не заподозрил, оставил вместо себя фантом.

Судьи наконец пришли к решению, кто именно возьмёт на себя роль Зверя, который убьёт приговорённого к смерти. Круговерть в деструкционном поле закончилась, и оно породило чудовище, при виде которой трибуны взорвались восторженными криками, а немногие доброжелатели Золотого императора постарались скрыть огорчение. В противники ему выбрали кассену — очень редкого и, как гласили легенды, очень умного и крайне свирепого зверя, способного расправиться даже с сильными богами.

Преодолев магический барьер, гроза Междумирья неторопливо вплыл на арену. Кассена не спешил с нападением: он понимал, что в ограниченном пространстве жертва никуда от него не денется.

Будто красуясь великолепным мехом, о котором мечтали все модницы Сияющего двора, зверь сделал несколько неторопливых кругов, а затем молниеносно развернулся.

И всё же нападение не застало Золотого императора врасплох. Драконью маску исказила свирепая гримаса, и он с яростным криком устремился навстречу смертельно опасному врагу.

Стоило Золотому императору предстать в магическом облачении, и Девы Ада сразу же бросились на поиски предательниц. Зелёную демонессу схватили сразу. Несмотря на жестокие пытки, она до последнего отрицала свою причастность к заговору. Крылатую предательницу так и не нашли, хотя демонессы тщательно обыскали каждый закоулок Сияющего Двора.

Зная, что последует за их оплошностью, Девы Ада решились на неслыханную дерзость и явились во владения самого лорда Ваатора. К их удивлению, навстречу им вышла сама хозяйка дома, которой полагалось быть на дворцовом мероприятии, и вежливым тоном поинтересовалась, какого чёрта они здесь забыли.

Поскольку жена лорда Ваатора на дух не переносила их племя, то роль парламентёра взяла на себя тысячница Шиамита, единственная Дева Ада, к которой она благоволила. В свою бытность Истинной кровью ныне могущественная богиня смерти была её любовницей, поэтому при Сияющем дворе считали, что эта парочка до сих пор наставляет рога лорду Ваатору.

Тысячница Шиамита вышла вперёд и склонилась в поклоне.

— Ваша светлость, прошу простить наше вторжение. Мы бы никогда вас не побеспокоили, если бы не служебные обязанности. Мы ищем предательницу, которая посмела оставить магию Чаку Вечерней Звезде, которого сегодня казнят.