Лиловое пламя (СИ) - Квилинская Амалия - Страница 30

— Вчера, мне все еще не здоровилось, поэтому ты меня и не застал. Насчет Полуночника, вынуждена вас огорчить, но пес сбежал. Он был под сиденьем, когда в вагон вошли дементоры, после этого мы его не видели. Если я правильно помню, вы с друзьями и профессором Люпином также заходили. Возможно вы заметили его?

— Н-нет… мы его не видели. — Поттер действительно расстроился, даже плечи поникли, но я поспешила его приободрить. Этот мальчик мне был нужен на моей стороне и в хорошем расположении духа.

— Ничего, я написала Хагриду, он обещал его поискать. Сегодня после обеда я обязательно передам ему колдографию собаки, чтобы облегчить ему поиски. Никуда с Хогвартс-экспресса он деться не мог, значит точно бегает по местным лесам. А кому как не лесничему известны здесь все закоулки?

— Ну конечно! Спасибо мисс Принц! Я тоже завтра попрошу его о помощи. Его предмет у нас стоит первым. — Сразу же приободрился мальчишка, даже глаза заблестели.

— А что он преподает? — Удивилась я. О таком я слышала впервые.

— О, вас же не было на праздничном банкете… Хагрида назначили на место преподавателя по уходу за магическими существами. — Воодушевлённо поведал мне школьник. — Наконец-то у нас будет вести тот, кто лично знаком с огромным числом магических существ!

— Да, конечно. — Согласилась я, хотя совсем не представляла себе несуразного и неповоротливого лесничего в роли учителя. Ну, у всех свои скрытые таланты.

— Вот… Знайте, я очень рад, что с вами уже все в порядке. — Гриффиндорец застенчиво улыбнулся и убежал.

Задумчиво посмотрев ему в след, только недоуменно покачала головой. И что же такого особенного разглядел Дамблдор в этом парне, совсем не знающем наш мир? Его же обвести вокруг пальца проще простого. Или может старому интригану известно что-то еще? Что бы это ни было, но мне в голову приходили пока только самые очевидные мотивы — деньги, месть и слава. Любовь в случае старика рассматривать было поздновато. Да и люби он Поттера, сразу после кончины его родителей забрал бы мальчика к себе. Но он так не поступил. Что-то кроется за всей этой игрой, что-то малоприятное и не сулящее прежде всего Северусу, действующему Пожирателю, ничего хорошего. Ведь в школе он всегда придерживается своей живодерской манеры воспитания и многие ненавидят его за это, не замечая очевидного. Гарри же вовсе не умеет скрывать свои эмоции и привязанности, также как и антипатию.

Щелчком палацев зажгла под сталактитовым потолком свечи. Темнело в подземельях слишком рано, порой сразу после полудня. Моя новая люстра отбрасывала причудливые тени, преломляя неверные лучики в тысячах сапфировых осколках-блестках. Что ж, порой сделать первый шаг или поспешить в выводах равносильно гибели не только выгодного дела, но и преждевременной кончине. Мне ли это не знать?

После того как я распрощалась с Гарри, отправилась в подсобку. На очереди еще один интересный разговор. Драко с его подвижной и непоседливой натурой уже весь заждался. Судя по спрятанным за спину покрасневшим рукам, он успел проверить на прочность защитные чары. Увидев мою ироничную улыбку, мальчишка только невозмутимо пожал плечами — как говорится, «любопытство — краеугольный камень всех достижений человечества».

После обмена вежливыми приветствиями и перехода в уголок отдыха, блондин прежде всего поинтересовался моим самочувствием, а услышав бодрый ответ заметно расслабился.

— Я уже написал отцу о произволе тюремных стражей. О чем только думали сотрудники Министерства, подпуская этих тварей так близко к ученикам, которые даже толком защититься не могут? — Драко был явно не в самом лучшем расположении духа, но меня радовало его искреннее беспокойство. — Отец сделает что может, чтобы убрать их отсюда побыстрее, но эти трусливые шкуры боятся Сириуса Блэка гораздо больше чем всю дементорскую свору. Смешные…

Под конец от раздражения мальчишки не осталось и следа. Он улыбался довольно, как нашкодивший, но не пойманный кот. Я хмыкнула, лелея в душе уютный клубок тепла. Ну конечно, на его близкого родственника считай охотится вся страна и никак поймать не может. Теперь даже не имеет особого значения в чем именно виновен Блэк — все будут его помнить прежде всего, как самого удачливого беглеца во всей Британии.

— Я разделяю твою неприязнь к «темным плащам», но ты же явно сюда не об этом пришел поговорить, иначе не стал бы напрашиваться на личный разговор. — Я придвинула к гостю чашку ароматного чая. Тонкий фарфор практически просвечивал в угасающих лучах полуденного солнца, позволяя насладится всеми оттенками багрянца, что дарил травяной напиток.

— Кхм, раз этот выскочка больше не помешает, я, пожалуй, начну. — Медленно проговорил Драко, после того как мы выпили немного чаю. — Если помните, в прошлом году на Рождество я кое-что подарил Вам, обещая отдать подарок, когда он будет полностью готов. Так вот, я привез его с собой.

Порывшись в голове, я наконец-то вспомнила, о чем говорит крестник. Арована. За всеми событиями я совсем забыла подготовить для нее место жительство. Да и думала, что мне ее и вовсе не отдадут после той ссоры Северуса и его старинного приятеля. Признаться честно, я даже была рада, что не придется заботиться еще и об этом, поскольку мало верила в чудодейственные силы этой живности. Но Драко говорил так торжественно, даже с толикой благоговения, что оскорблять его недоверием сейчас было бы последним делом.

— Да, хм, ты отлично подгадал время. Я как раз собиралась после обеда зайти к Хагриду. Теперь будет отличная возможность узнать у него есть ли у нас подходящие условия и спросить об условиях питания.

Малфой Младший только презрительно скривил нос.

— Что может знать этот полукровка о таких благородных животных? Он их поди и не видел ни розу в своей жизни. Я сейчас сам все вам расскажу…

Следующие двадцать минут моей жизни были посвящены подробному рассказу об особенностях воды, грунта, питания и ухода за таким ценным видом животного как арована. Помимо этого, мне предоставили подробный справочник толщиной в руку, с напутствием, что «всех мелочей сразу не расскажешь». Из этого я сделала неутешительный вывод — более проблемного и капризного животного стоит поискать. Одно ежемесячное купание в солнечном и лунном свете чего стоит. Как они это представляют? Рыбу — купать!?

В конце своего вдохновленного спича Драко торжественно вручил мне медальон на серебряной цепочке. Он был похож на шарообразный, абсолютно гладкий сапфир в глубине которого переливалось…

— Это контейнер для переноски. Тут достаточно воды и питательных веществ чтобы арована нормально жила еще неделю, но лучше поспешить. Когда найдете подходящий резервуар, опустите его в воду, и он растворится, выпустив рыбку.

— Понятно, а напомни, резервуар какого размера нужен?

— Не меньше двухсот пятидесяти литров, но поскольку она будет расти… В следующем году лучше пересадить ее в емкость как минимум в два раза больше.

Вспомнив сколько арован было в поместье Малфоев я мысленно присвистнула. Глубокий же у них был фонтанчик, ничего не скажешь.

— А что насчет магии расширения пространства? Они ее нормально переносят?

Драко только невозмутимо пожал плечами.

— Почему бы и нет, если не найдете нормального водоема?

Фух, ну хоть здесь решение есть. Теперь настала моя очередь ретироваться. Как раз и повод был достойный — прозвенел звонок и все учащиеся спешили в Большой зал к обеду. Тепло попрощавшись с крестником, я направилась на трапезу. Как я и думала, после всех этих разговоров встретиться с Хагридом до обеда у меня не получилось. Он уже был в зале беседуя с кем-то из преподавателей. Решив, что дело терпит, я направилась к преподавательскому столу. Но там меня ждала очередная неприятность.

Рядом со мной по левую руку, ближе к центру, всегда садился Северус. Соседями справа в основном выступали мадам Берминтадж отвечающая за практическое сведение порчи или же профессор Марфокс, преподающий теорию магического самозарождения. Оба до крайности скучные личности неопределенного возраста, любящие вспоминать о похождениях дней минувшей юности. Но если у мадам Берминтадж можно было выведать несколько своеобразных вариаций сглазов, то при общении с Марфоксом сосед рисковал нарваться на двухчасовой диспут в формате диалога. Причем обе роли играл сам профессор, задавая сакраментальный вопрос и тут же сам на него отвечая. Я всегда недоумевала кто вообще может посещать лекции этого пустослова? Ведь для ознакомления с теорией достаточно было просто почитать тонкий справочник с основными отсылками на предания и мифы. Но, как однажды пояснил мне Драко, слизеринцы очень уважали этого преподавателя за его непревзойденное умение до бесконечности переливать из пустого в порожнее вариации на одну и ту же тему ни разу не повторившись. По всей видимости у них его уроки были чем-то вроде аналога клуба ораторского мастерства.