Лиловое пламя (СИ) - Квилинская Амалия - Страница 49

Со стороны окна послышалось посвистывание, а затем призывный стук. К нам настойчиво пыталась попасть крупная сипуха, но маленькая щелочка приоткрытого окра не позволяла ей протиснуть даже клюв.

— Я дастану письмо. — Воодушевленная возможностью немного отвлечься, тут же спрыгнула с кресла и поспешила к окну.

Письмо было адресовано мисс Принц, что удивительно. Обычно мне никто не писал. Нарцисса в последнее время предпочитала общаться исключительно через камин. После погрома, устроенного Министерством в прошлом году, она больше не доверяла совиной почте.

Раскрыв бежевый конверт из плотной бумаги, я достала небольшое послание. Как оказалось, мне писала госпожа Клавдия. А я уже и не чаяла дождаться от нее вестей! Но погодите, что это? Возможно ли что она невольно предлагает мне решение моей текущей проблемы?!

— Северус, кажется я знаю! Слушай! Ты же помнишь госпожу Клавдию из салона красоты?

— Еще бы мне ее забыть. — Рус передернул плечами, он явно не горел желанием обсуждать свою старую знакомую. — Выбрось эту гадость. Что бы она мне не предлагала, я не согласен. Я все лето сжигал ее послание с мольбами о рецептуре твоего дурацкого шампуня.

— О, тут ты не в праве решать. Она пишет мне лично. — Я хитро улыбнулась. — Предлагает мне кругленькую сумму за рецепт. И знаешь… я подумываю согласиться.

— Что? Ты же не хотела ни с кем пока делиться этими данными. Передумала? — Смоляная бровь насмешливо взлетела вверх.

— Ну вот так уж и ни с кем. Просто мне хотелось выждать и немного взвинтить цену, прощупать почву и все продумать. К тому же, я и не собираюсь ей ничего отдавать. Полный рецепт будет только у меня. — Пройдясь по комнате взад-вперед, выдала свою задумку. — Но ведь ты сам говорил, что Люпин здесь на «благотворительных» началах. Все свои деньги он фактически спускает на зелье, так?

— Именно. — Снейп криво усмехнулся, понимая к чему я клоню. — И ты собираешься сманить его деньгами? А как ты рассчитаешься с Клавдией?

— Да, это самое очевидное и простое решение. Проблема была в том, что и у нас денег было не густо. До этого письма. Что же насчет Клавдии… Мы давно не пополняли запасы из волшебной пещеры, а мне понадобится много кристаллов. Ты ведь мне поможешь в этом? Все остальное я возьму на себя! — Я просительно взглянула на Руса.

Тот был настроен явно скептически, но вздохнув резюмировал:

— Ладно, пускай будет по-твоему. Но если я найду более приемлемое решение, мы не будем иметь никаких дел с Клавдией, понятно?

— Ну конечно! Спасибо огромное! — За спиной я скрестила пальцы, так как упускать столь выгодное предложение вовсе не планировала. В любом случае.

— Так, с этим разобрались. Теперь нужно решить, что делать с оборотнями. — Вновь став серьезным, продолжил разговор Северус. — Нам понадобиться большой запас зелья «Аконитовое серебро» моей собственной разработки, если мы планируем снова посетить чету Клаессон и их дражайшего мохнатого племянника.

— Отлично! — После одобрения моего плана, мной овладела жажда действия. — Тогда я с сегодняшнего дня приступлю к его приготовлению. Добби, принеси со склада в Паучьем Тупике весь запас сушенного аконита, который ты делал после нашего отъезда в школу! Мне также понадобится заговоренный раствор серебра, правда Северус? И еще…

— Эм, Хозяйка… — Дрожащий от сдерживаемых рыданий голосок прервал меня на полуслове. — Простите меня Хозяйка! Простите презренного Добби, но это эльф ничего не сможет вам принести…

— И почему же? — Северус с прищуром змеи перед броском на жертву уставился на домовика. Он уже понял, что хочет сказать домовик. Его руки сжались в кулаки, костяшки пальцев побелели. Кажется, он готов был убивать. Я же в очередной раз поняла, что в моей жизни ничто не получается так просто и приготовилась ко всему.

— Ни там, где я обычно собирал ядовитую траву, ни в других подходящих ей местах, Добби больше ничего не нашел…

— Ты же говорил, что аконита оставалось еще много… Почему ты сразу об этом ничего не сказал? — Потерянно протянула я, оседая на кресло.

— Так и было… — На меня взглянули полные след глаза-плошки. — Но потом его кто-то забрал и больше не осталось… И я так… так испугался…

После этих слов домовой эльф зашелся в горьких рыданиях.

Глава 9

Я размеренно шагал по лесу. Палая листва и хворост, шуршали под ногами. В Запретном лесу было как всегда тихо. Подозрительно тихо. Ни единая пичужка не нарушала покой этого места. К счастью это не помешало нам успешно навестить волшебную пещеру и возвращаться с добычей.

Бросив косой взгляд в сторону, оценил местонахождение Элиз. Ей явно не нравилось пребывать столь близко от дементоровой угрозы, поэтому она старалась держаться как можно ближе ко мне, едва ли ни дыша в затылок. Слишком близко. В голову невольно полезли нежелательные воспоминания. По спине тут же промаршировали горячие мурашки и мне остро захотелось залезть под холодный душ. Ну вот зачем она это сделала? Я же столько времени держался, избегая постыдных фантазий, вел себя как полагается умудренному опытом наставнику… И хватило всего лишь одного прикосновения чтобы все прошло насмарку. Гадство. Теперь даже не могу спокойно смотреть в ее сторону. Вот как это называется?

Когда Лиз начинает говорить на отвлеченные темы меня то и дело тянет вставить пошленькую шутку или скабрезность, посмотреть на ее реакцию… Да доходит до банального — рука самопроизвольно тянется пригладить выбившийся из прически локон или поправить складку одежды на плече. А затем наваливается отупляющее разочарование и осознание того, что нельзя. Я не могу позволить загубить ещё и жизнь Элиз. Просто не имею права.

И откуда тогда все это отчаянье и гнев на себя после такого правильного во всех смыслах решения? Но… Все же считают меня злодеем, я и сам никогда не думал о себе как о хорошем человеке… Так почему бы мне не совершить этот неблаговидный поступок? Кто мне вменит его в вину? Никто. Сочтут логичной закономерностью. Но нарушать данные себе обещания последнее дело. Никто же лучше меня не знает, что мне нужно. Ведь так?

И Лиз… О чем только думала эта беспутная девчонка? Нельзя таким образом прикасаться к мужчине, если не рассчитываешь на что-то большее. И главное сделала такое невинное лицо при этом! Хорошо, что мне хватило выдержки не показать насколько сильно ее поступок меня задел, а то знаю я этих школьников. Им только дай волю на эксперименты…

Внутренне негодуя, я продолжал исподволь наблюдать за подопечной. Белоснежные волосы с несколькими изумрудными прядями развевались на ветру. Положенная по статусу преподавательская мантия свободно падала с аккуратных плеч. В такой большой мантии, явно сшитой с целью скрыть неугодные Макгонагалл платья, она выглядела ещё более хрупкой и тоненькой, чем была на самом деле. Но Лиз точно уже нельзя было назвать ребенком, как я ошибочно пытался убедить себя все это время. Слишком приятные взгляду формы, слишком дерзкий взгляд, слишком рассудительно поведение… и слишком много привлекательности для посторонних мужчин. Наверное, сейчас для меня всего в ней было слишком. Молода, умна, красива — нужно ли что-то еще для того чтобы заставить сердце противоположного пола биться чаще? Неудивительно, что этот мерзавец Люпин, как до него Локхард, проявляет повышенный интерес.

-..ус! Северус, ты меня слышишь?

Я встряхнулся от своеобразного иступленного транса, в который невольно впал под давлением горячечных мыслей и деланно раздражённо взглянул на девчонку.

— Чего кричишь? Я прекрасно тебя слышу. Или хочешь привлечь дополнительное внимание?

— Смотри! Вон там! — Она ухватила меня за руку указывая куда-то в сторону.

Такой привычный жест, который заставил меня почти что вздрогнуть. Чтобы избавиться от наваждения, вырвал руку и прошел немного вперёд, вглядываясь в указанном направлении. Увиденное вынудило меня остановиться, даже не завершив до конца шаг.

В шагах пятистах от нас среди деревьев и травы шевелился огромный мохнатый стог. Он был грязно-коричневого и достигал высоты среднего человеческого роста. Активировав заклинание остроты зрения, пригляделся внимательно и едва не отшатнулся. Пятиноги праздновали свою победу над каким-то неудачливым созданием. В этот момент лёгкий порыв ветра растрепал мои волосы, прошёлся мягким валиком по траве, пригибая ее вниз и овеял мохнатую кучу. Копошащийся ворох замер.