Узнать тебя (СИ) - Филатова Елена - Страница 8

— Олесь? — он возмущенно смотрит на меня.

— Давай сейчас я плачу, а обратно ты?

— Ладно — пробурчал он.

Я передала за проезд.

— Нам ехать долго, поэтому можешь поспать, если не выспался.

— Да, вроде выспался. Почему-то плохо спиться.

Вспоминаю затхлую подушку, Брр. Я бы на неё вообще не легла.

— Ты проветривай чаще, свежий воздух помогает.

— По-моему эту затхлость ничем не выведешь — говорит он, опустив глаза.

— Обычно после стариков делают ремонт и все проходит.

— Ага, только средств на ремонт у меня пока нет — выдыхает он.

Я так и думала, что у него нет денег.

— А, как с работой дела?

— Ищу, был бы ноут, давно бы уже работал, а так надо куда-то устроиться.

Может предложить свой.

— Ну, если ты хочешь, могу одолжить тебе свой, я им сейчас не пользуюсь все через телефон.

— Правда, можешь? — его взгляд полон надежды.

— Конечно, если нужны программы, поставишь сам.

— Здорово, спасибо, Олесь. А там для черчения стоит что-нибудь, мне даже самое простое подойдет.

— Да, брат ставил какую-то чертилку, только я не пользовалась. Хотела в институт поступать, но провалила по баллам. Вот теперь работаю в супермаркете.

— Жаль, но я тоже не доучился в институте, бросил.

— Почему?

Он задумался о чем-то.

— Так сложились обстоятельства — сказал он глухо.

— У нас здесь много институтов можешь попробовать поступить по новой.

— Нет, не буду, не хочу — он нахмурился.

Он как будто стеной отгораживался от меня теперь.

— Как хочешь.

Дальше мы ехали молча. Он был в своих размышлениях. А я вспомнила про Тишку, как он сегодня будил меня.

— Чему улыбаешься? — спросил он.

— Вспомнила Тишку, как нос щекотал с утра.

Он хмыкнул.

— Да, взяла себе заботу.

— Я давно хотела кота, слишком пусто в квартире одной.

— А ты живешь одна? — удивляется он.

— Да, эта квартира бабушки, мама живет отдельно, брат учиться уехал, не захотел здесь поступать.

— Понятно.

— Поэтому я тебе про ремонт и говорила. Сама год вылизывала квартиру.

— Год?

— Да у меня же тоже денег не особо много было, это сейчас я как администратор зала получаю больше.

— М.

Он замолчал.

— Мы почти приехали, следующая остановка наша.

— Хорошо — говорит он.

Мы выходим с маршрутки.

— Сейчас немного пройдем и выйдем на проспект Ленина. Там очень красивые здания. А затем спустимся к набережной.

— Прикольно — ответил он.

Через некоторое время мы выходим на проспект.

— Вот проспект.

Он удивленно смотрит по сторонам.

— Да необычные здания. Красиво здесь.

— Улица большая, скажи, как устанешь, отдохнем.

— Я пока в маршрутке насиделся — усмехается он.

— Не хочешь пофотографировать?

— Нет, я не люблю фотографироваться — он хмуриться.

— Можно же не себя, здания.

— Зачем?

— Выложишь в соцсетях, пусть друзья завидуют.

— У меня больше нет друзей — говорит он резко.

Неужели у него никого нет?

— Как так?

Он удивленно смотрит на меня.

— А я? — спрашиваю.

— Ах, да, ты это другое дело — усмехается он, но в глазах вижу боль.

Что же с ним случилось? Что привело его сюда в квартиру бабки?

Надо отвлечь его.

— А ты долго думаешь тут пробыть?

— Не знаю, полгода точно, потом уеду по делам.

Всего полгода?

— М и не захочешь вернуться сюда?

— Не знаю, может и вернусь, если понравится. А что? Будешь скучать?

Вот блин провокатор!

— Конечно — стараюсь не смотреть ему в глаза.

Не хочется думать, что он через полгода уедет отсюда навсегда, а я останусь. Может поэтому он не хочет, чтобы я привязывалась к нему? Ладно, не думать. Главное настоящее, где он рядом со мною, хотя бы, как друг. Сморгнув подкатившие слезы, нацепила улыбку и зашагала дальше уверенно.

— Правда? — усмехается он.

Да он опять издевается надо мною.

— Если ты уедешь на совсем, то да — не могу ему врать.

Он пристально посмотрел на меня.

— Что? Да я буду скучать, ведь друзья могут скучать друг по другу, писать письма и все такое — пытаюсь уйти от темы.

— Ты будешь мне писать? — удивляется он.

Я уже не выдерживаю.

— Если ты сейчас не прекратишь издеваться надо мною, я не только писать не буду, но и заблокирую тебя!

— Извини, я не привык к такому общению, поэтому иногда порю чушь, прости — он так искренне смотрит на меня.

— Хорошо, а почему у тебя нет друзей?

— Они отвернулись от меня — сказал он тихо.

— Понятно. А я разочаровалась в них еще в школе. У меня вообще близких подруг не было. В школе я общалась больше с мальчишками. Не знаю, как-то проще было, что ли. Или это из-за брата. Однажды к нам в класс пришла девчонка, она была не русская. Её не приняли девчонки, а я с ней стала общаться. Приняла её за подругу.

— Приняла?

— Ага. Но однажды, на занятиях нас разделили на группы. Две группы девчонок и две парней, у нас было, что-то типа соревнований. Девчонки не стали принимать её ни в одну команду. Я вступилась тогда за неё и поругалась с нашей старостой в пух и прах.

— И, что было в результате?

— А в результате меня выгнали из команды, а её приняли. И она очень была рада этому. В результате я не участвовала в конкурсах. Но поняла, что подруги у меня нет, и не было никогда.

— Жаль — говорит он.

— А мне нет, мне кажется, в такие моменты закаляется душа, что ли и ты становишься сильнее.

Он кашлянул.

Мы спускаемся к набережной.

— Вот это набережная.

Он останавливается и смотрит вдаль.

— Вот так. Но я рада, что у меня есть брат Мишка. Правда, балбес, уехал за тридевять земель учиться, наверное, от излишней опеки мамы сбежал.

Он стал вдруг очень грустным.

— Надо ценить, время, проведенное с родителями, ведь они не вечны — сказал он, не отрывая взгляд от реки.

Неужели у него нет родителей? Он и в прошлый раз отреагировал так.

— Знаешь ты прав, но иногда это бывает слишком назойливо.

— Я тоже так думал, пока… — в его голосе столько горечи.

До меня доходит, что ему очень сложно договорить, он потерял их наверное.

— Ты потерял их?

Он кивает и зажмуривается. Ему очень больно, наверное. Не знаю, как реагировать. Подхожу к нему и обнимаю его. Он прижимает меня к себе очень сильно и рвано выдыхает. Вспомнив, про спину, я не касаюсь её и обвиваю руки у него на шее. Он весь сжался, как натянутая пружина. Провожу по его голове рукой, чтобы немного расслабить его.

— Это очень больно, не говори ничего. Я знаю. Отец умер, когда мне было шестнадцать, от сердечного приступа. Но я до сих пор не привыкла к этому — говорю ему, пытаясь отвлечь.

Он тяжело выдыхает. Надо его успокоить. Провожу еще раз по его голове и чувствую, он расслабляется.

- Надо жить дальше, как бы плохо не было. Мы сильные, ты сильный ты справишься — не удерживаюсь и целую его в шею.

Он отпускает меня и удивленно смотрит.

— Что? Это чтобы привести тебя в нормальное состояние.

— Ну, у тебя и методы — усмехается он.

— За то подействовало — вижу, он успокоился.

— Ещё как — усмехается он — Спасибо Олесь — произносит он уже серьезно.

— Обращайся — смеюсь.

Мы идем дальше.

— А твой отец болел? — вдруг спрашивает он.

— Нет, у него случился сердечный приступ после того… — блин не хочу говорить.

— После чего? — он проницательно смотрит на меня.

А!!! Рассказать ему, что ли. Вижу скамейки впереди.

— Давай присядем и я тебе расскажу.

— Ага.

Мы присаживаемся на скамейку.

— Я не говорила об этом ни с кем кроме брата. — Начинаю рассказывать свое прошлое, не смотрю на него — когда мне было четырнадцать, я возвращалась из школы со второй смены. Было уже темно. — Не могу справиться с волнением и страхом от воспоминаний — Блин. В общем, на меня напал мужик с ножом и чуть не изнасиловал. Мишка, брат успел в последний момент, он возвращался с секции бокса тогда. Он его скинул с меня и палкой по голове ударил. Тот отключился, а мы домой побежали.