Сиротский дом в трущобах (СИ) - Пачесюк Максим Григорьевич - Страница 12

— Слушай, дядя, — оттащил он меня в сторонку. — То, что ты Дональду рассказывал… — Берк смутился, не договорил, но я его понял.

— Чистая правда, никаких преувеличений.

— Ты не подумай, что я…

— Перестань, я понимаю. Когда ты уезжал, я едва с пистолетом и одним перстнем управлялся. Далеко не тот уровень, что я продемонстрировал сегодня. Тебя долго не было дома, племянничек. Поверь, не только я тебя удивлять буду.

— Логан? — догадался Берк. — От него ждали.

— Как насчет Брайана МакЛили?

— Младшенький Криса? Лицедей?

— Теперь его Важным зовут — личный помощник главы клана.

— Чудеса, — покачал головой Берк. — Ты многое должен мне рассказать!

— Расскажет, но не сегодня! — прервал нас Дональд и демонстративно посмотрел на часы. — Мэрия скоро закроется.

— Понял, еду.

— После перестрелки? — удивился Берк.

— Именно! Завтра полгорода будет знать, что на Дункана было совершено нападение.

— Черт! Пампкин опять Сансету жаловаться будет. Вы с ним помягче, если приедет. Все, мы погнали. — Я махнул на прощание рукой.

— Стоять! — приказал безопасник и указал на левый рукав пиджака.

— Что? — не понял я, поднял руку и увидел пятна крови: темные на рукаве пиджака и алые на манжете рубашки. — Понял, спасибо.

— Подобрать тебе что-нибудь из наших запасов? — поинтересовался Альберт.

— Спасибо, я давно уже вожу запасной костюм в багажнике Купера. Кастет, поехали.

По дороге я очистил кристаллы от засохшей крови и вернул их в браслет. Слишком долго возился с амулетом и не заметил, как оказались у самой мэрии, пока Кастет не поинтересовался, к какому ходу подъехать. Я об этом и не думал, но сразу решил, что сегодняшний день сам располагает к черным ходам и задним дверям.

Из-за нехватки времени не стал менять обуви и брюки. Последние с пиджаком имели разную расцветку, так что я оставил жилетку от предыдущего костюма и не стал застегивать пиджак. Для улицы годилось, вполне прилично, но на прием у одного из двух могущественнейших людей города… Надеюсь, выгляжу как молодой человек с претензией на современную моду. Когда Финелла с Саймоном пытались обучить меня основам стиля, что-то подобное в их словах мелькало. По крайней мере, качество тканей было на уровне, и все благодаря Эйли. Если бы не перспектива свиданий, в багажнике валялась бы только рабочая форма охотника. А на будущее стоит возить с собой костюм идентичный надетому.

У черного хода нас тормознул охранник: средних лет перевертыш с цепкими оранжевыми глазами птицы. Я представился, продемонстрировал баронский перстень, не забыл упомянуть, что являюсь учеником Гарри и честно признался, что деКамп меня не ждет, но я хотел бы для начала переговорить с его секретарем.

Секретарь спустился через десять минут. За это время я мог бы и штаны сменить, но не делать же это под присмотром охраны, только авторитет уроню. Глазастый, наверное, и блоху с десяти метров в подробностях разглядит, а он от машины не отходил и бдительности не ослаблял.

Увидев на улице секретаря деКампа, я с ужасом понял, что не помню его имени, а эта братия бывает довольно злопамятной, особенно когда пробьется наверх. Стал же Чапмен лордом-главным судьей из простого секретаря. С максимально доступной для сохранения приличий скоростью я покинул Купер, обернулся к охраннику так, чтобы секретарь не видел моих губ и шепнул:

— Быстро, напомни как его зовут!

Охранник удивленно моргнул и машинально ответил:

— Юстас.

— Фамилия?

— Оутс.

Слава богу, то, что секретарь титула не имел, я помнил. Хотя держал он себя куда лучше, чем я.

— Лорд Локслин, — расплылся он в улыбке.

— Мистер Оутс, — слегка наклонил голову я.

— Чем обязаны визиту?

Я покачал головой, улыбнулся.

— Не здесь.

— Ну, конечно же! Где мои манеры! Прошу, пройдемте, лорд. — Секретарь подхватил меня за локоть и железной рукой направил в здание. Только когда мы прошли малый холл и оказались одни на лестнице, он спросил: — Что-то серьезное, лорд?

— И да, и нет. — Я остановился и посмотрел по сторонам, удостоверился, что действительно никого нет. Собственно деКамп мне сейчас не нужен, хватит и его секретаря. Тем более, что я не интриган и спросить в лоб мне будет куда проще. — Мой дядя, лорд Бремор, будет завтра в городе. Устроите нам встречу с деКампои на послезавтра?

— Могу я поинтересоваться темой разговора, лорд? — спросил он с раздражающей вежливостью.

— Дункан. Называйте меня так.

— Прошу прощения, лорд, это будет совсем неприемлемо в отношении моего патрона.

— Не понял.

— Лорд деКамп разрешил Вам обращаться к нему по имени. Назвать вас Дунканом — все равно, что его Лайонелом.

Такое хитрое сравнение мне бы в голову и не пришло. Удивил.

— Я вас понял, мистер Оутс.

— О, вы можете называть меня Юстасом.

— Мистер Оутс, вы знаете, сколько беспризорников проживает в трущобах?

— Очень странный вопрос, лорд.

— Мой водитель из трущобных беспризорников, как и его брат, мой соученик. Несколько ребят на стройке подрядились нам помогать едва ли не за еду.

Тон Юстаса стал более официальным:

— Город предоставляет крышу и еду всем детям, лишившимся родительской опеки. Увы, лорд, большинство из них росли в семьях, где не было понятия дисциплины и прививались совершенно иные ценности. Из пьяниц и воров родители получаются…

Я прервал его довольно резким жестом.

— В прошлом году я имел счастье познакомится с воспитателями одного приюта, если вы не забыли, мистер Оутс. Сам бы оттуда сбежал. Приберегите казенный тон, я не требовать пришел, а предложить. Клан Бремор хочет построить в трущобах свой сиротский дом.

Оутс замер, обдумывая перспективы такого предложения, и через полминуты вернул голосу дружелюбный тон:

— Вы спешите, лорд Локслин? Может, чаю?

Железная хватка вернулась на мой локоть и направила вверх по ступеням. Пришлось согласиться. Мы миновали приемную лорда-наместника, у которой топталась пара незнакомых джентльменов. Один из них хотел было перехватить секретаря, но тот быстро его отшил и привел меня в один из дальних кабинетов. Это была то ли комната отдыха, то ли комната ожидания. Здесь был кожаный диван, кресла, журнальный столик с пепельницей и бар в углу, книжный шкаф у стены и массивный радиоприемник у окна. Оутс быстро организовал чаю с миндальным печеньем и просил подождать. Ждать пришлось долго. Секретарь, я полагаю, испугался, что я могу сбежать и прислал знакомого слугу в качестве сторожа — того самого парня, который приглядывал за нами на приеме прошлой осенью. Пока я ждал, мне предлагали выпить чаю, перекусить, послушать радио и почитать книги из личной библиотеки деКампа. Я отказался и использовал это время для того, чтобы обновить заклинания в книге.

И только через час после официального окончания рабочего времени лорда-наместника, он сам посетил кабинет.

— Прошу прощения за задержку, Дункан. Просителей сегодня было необычайно много, даже пообедать толком не мог. Составишь мне компанию?

— Конечно, лорд, — согласился я. Разве у меня есть выбор?

— Лайонел. Мы же наедине.

А слуга у нас за мебель идет? Интересно, как быстро эта мебель может помножить меня на ноль?

— Я сегодня тоже в качестве просителя, — объяснил я.

Мы покинули гостевую комнату и зашли в кабинет напротив, где уже ждал сервированный на двоих столик. Новенький проигрыватель в углу крутил джазовую пластинку, и я невольно вспомнил Альберта Ширинга и заказ Кейт. С ним тоже надо будет разобраться, но позже.

Двое слуг разложили по тарелкам запеченное с картофелем плечо ягненка и разлили по бокалам красное вино, после чего лорд-наместник их отпустил, и мы остались одни. Пару минут работали столовыми приборами — я твердо решил говорить только после ужина — но деКамп сам начал:

— Зачем бреморцам приют?

— Не верите в благотворительность, Лайонел?

— Только когда она идет рука об руку с выгодой, Дункан, — деКамп сделал глоток вина. — В чем ваша?