Сбежавшая невеста дракона (СИ) - Византийская Аида - Страница 3

Единственное о чем я сейчас жалею, что не увидела и не поняла всего этого раньше. Что розовые очки решили слететь с моего носа за день до свадьбы. Сколько бы сил и нервов было сэкономлено.

Видимо я долго молчала и водитель принял это за отказ рассказывать свою историю.

- Куда тебя отвезти? – участливо спросил он.

 Тут я понимаю, что при себе у меня нет ни денег, ни телефона. Моя маленькая праздничная сумочка осталась у мамы в руках. Расплатиться за такси я не смогу.

- Вы знаете … у меня при себе случайно не оказалось денег и телефона …

- Не переживай, я все прекрасно вижу и понимаю, - добродушно улыбнулся дядечка, - я оказываю тебе помощь безвозмездно. Гусары с женщин денег не берут! Скажи куда тебя отвезти.

Я продиктовала родительский адрес и спросила:

- Вы могли бы дать позвонить мне? Хочу родителей предупредить, чтобы они ехали домой.

Переговорив с мамой, выслушав ее ахи и охи, я успокоилась. Ничего страшного и непоправимого в моей жизни не произошло. Я избежала еще нескольких лет совместной жизни, а потом развода и раздела папиной квартиры. Все к лучшему!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Уже дома за бутылочкой маминого любимого напитка, мы с ней всплакнули о нелегкой женской доле и потраченных годах моей молодости на Федора. Папа носился между нами, не зная, то ли еще подливать, то ли спрятать бутыль подальше на антресоли.

И ни слова упрека, за что я им безмерно благодарна. Внимательно выслушав историю про документы дарения половины квартиры, папа начал кипятиться и пошел одеваться, чтобы выставить Федора, оставшегося там дома.

- Да я этой жадной собаке .., - возмущался отец.

С трудом уговорив его никуда не ехать, мы с мамой продолжили наш маленький сабантуй на кухне. Решили, что утром я сама съезжу домой и поговорю с бывшим женихом, заодно дам время, неделю, съехать к своей маме.

Проснулась второй день подряд помятая и с легким похмельем. Так себе традиция.

Я не выспалась. Всю ночь боролась с преследовавшими меня кошмарами. То огромная голова Федора гонялась за мной по выжженной местности, желая проглотить. То его матушка бегала с циркулярной пилой, предлагая поделить пополам антикварный шкаф моей бабули. Апофеозом была какая-то летающая тварь на поводке, который держала мать Елизары Федосеевны, и злобно шипела: «Куси ее!»

На кухне я с тоской посмотрела в сторону буфета, где папа спрятал мамин любимый напиток. Нельзя, а то все мои пушистые пациенты с острым нюхом от меня будут еще неделю разбегаться.

Вчера, прощаясь с таксистом, он дал мне свою визитку. Я как раз хотела съездить к себе в квартиру на такси. Не было никакого желания, по августовской жаре, ехать через весь город в душном автобусе. Тем более, надо отблагодарить водителя, столь ловко и вовремя пришедшего мне на помощь.

Захватив непочатую бутылку маминой наливки и свою сумку с кошельком и телефоном, я вышла на улицу, где меня уже ожидала машина.

Таксист трогательно принял подарок, но наотрез отказался от денег, аргументируя, что, как человек старой закалки, не мог пройти мимо и не помочь.

Возле моего дома, еще в машине, я попросила меня дождаться и в случае долгого отсутствия звонить в двадцатую квартиру. Такую поездку я точно ему оплачу по счетчику и даже сверху добавлю за сыскную деятельность.

Возле подъезда стояла газель с открытым кузовом, где покоились подозрительно знакомые пакеты и табуретки. МОИ табуретки!

Поднимаясь на свой пятый этаж, я уже слышала там какой-то шум, словно табор цыган перекочевывает. Мне навстречу спускались двое мужчин, держа в руках МОЕ зеркало в бабушкиной вырезной раме.

- Так, господа, это мое зеркало. Куда понесли? – возмущенно спрашиваю.

- Ничего не знать. Все вопрос к хозяйка, - ответил самый ближний ко мне, показывая одной рукой наверх.

Я быстроногой ланью преодолела еще два этажа и с изумлением увидела открытую дверь в квартиру. В прихожей стояли Федечка, Елизара Федосеевна, уперев руки в боки, и та самая сморщенная бабуля. Это их бабушка. Ни разу с ней не встречалась, кроме вчерашнего дня.

- Аккуратнее! – визгливо крикнула маман Федора вглубь квартиры, - еще не хватало разбить антиквариатный шкаф. Куда понесли?! Осторожнее, не отбейте ему дверцу!

- Я что-то не припомню, чтобы Федор, переселяясь ко мне, привозил с собой этот шкаф … - задумчиво протянула, мысленно считая овец, пытаясь успокоить себя. Раз - овца, два - овца, три – баран. Подотчетные животные закончились и в испуге уставились на меня.

Испортила я вам сюрприз, в виде вычищенной квартиры, для меня? Ну, ничего, у меня для вас тоже тогда будет подарочек.

- Значит так … Федя … в память о наших отношениях, я даю вам возможность с Елизарой Федосеевной, быстро и навсегда уйти из моего дома, - я прикидывала в голове что делать, если моей щедростью не захотят воспользоваться.

- Заодно, погруженные мои вещи в газель, потрудитесь обратно выгрузить.

- Да как ты смеешь, дрянь! Мой сын пахал от рассвета и до заката, чтобы одеть тебя и обуть! А чего стоит им сделанный ремонт и купленная мебель! Я не оставлю тебе ничего!

- Мы с вами сейчас точно о Федоре говорим? – с сомнением покосилась на него, - за почти три года совместной жизни, ваш сыночка ни разу не купил домой ни единой вещи. Все, что здесь есть, куплено лично мной или досталось мне от моей бабушки!

- Наглая ложь! Смотришь в глаза и врешь как гулящая девка! Феденька ни разу не помогал мне финансово, потому что ты, проходимка, тянула все деньги из него себе. То тебе сапожки, то новый шкаф, то дорогая косметика.

- Федя, объяснись, - протянула я, - когда это ты мне сапожки и косметику покупал?

Опрашиваемый стоял красный, как помидор, и смотрел в пол.

- Внучок, чего молчишь, защищаешь эту оторву? Так и не надо! Мы с твоей матерью сами все знаем о ейных запросах. Небось, и со свадьбы сбежала, потому шо хахаля богатого нашла, - в ход пошла тяжелая артиллерия в лице молчавшей до этого бабушки.

- Да вы все с ума посходили! – кричу, - Я почти одна тянула нас вдвоем с Федей. После универа бегала в ветклинику полы мыть, чтобы лишняя копейка была …

- Вот тама и познакомилася с хахём, - удовлетворенно кивнул головой этот сморщенный божий одуванчик, - не нужна тебе такая вертихвостка. Мы найдем тебе девушку скромнее, да побогаче!

Я застонала в голос. Что происходит? Цирк уехал, а клоуны решили предаться вольной жизни?

- Федя, немедленно бери маму и бабушку, и пошли отсюда, пока я добрая.

- Лиля, но я считаю, будет нечестно, если я уйду и оставлю тебе все, что я купил, - промямлил Федор.

- Да что ты купил то?! – заорала я в голос, - Толкушку для пюрешки? Забирай! Ты себе даже труселя сам не покупал! Хватит! Я вызываю полицию. Если не хотите ночевать в обезьяннике, покиньте МОЮ квартиру и оставьте все МОИ вещи.

- Ах ты гадость подзаборная, - бабулька, которая на вид с трудом стояла, вцепилась одной рукой мертвой хваткой в волосы, а второй царапала мою руку.

И вот что делать? Не драться же всерьез с пожилым человеком. Пока бабушка Федора проводила этот отвлекающий маневр, он сам и его мамаша похватали пакеты и другие баулы с пола, двинулись в сторону входной двери.

Посмотрела на вцепившуюся в меня бабку и содрогнулась. На секунду показалось, что ее лицо расплавилось, а под ним была чешуйчатая маска какой-то ведьмы из фильма ужасов с горящими пламенем глазами. Моргнула и страшное виденье исчезло.

Оцепенение спало с меня, и я с легкостью вырвалась из ее хватки, оставив в ней приличный клок волос. Ломанулась к двери и успела обогнать нагруженных сына с мамой. Вывалилась на лестничную клетку и захлопнула дверь, быстрее доставая из кармана связку ключей.

Пока ждала полицию, меня терзали смутные сомнения, выдержит ли дверь столь активный натиск изнутри.

Одновременно с представителями власти и закона приехали мои родители, которым я позвонила и вкратце обрисовала ситуацию. Мама везла квартирные документы, оформленные папой на меня.