Два Меча Судьбы (СИ) - Лир Утау - Страница 47

С древних времен никто еще никогда не достигал… двенадцатой ступени Конденсации Ци. В эту же секунду резкая боль пронзила его разум. Его духовное сознание никуда не делось, но он чувствовал себя так, словно его разум разорвали на две части. Теперь он ощущал… нечто вроде ручья.

Это было… море познания! Только практики стадии Возведения Основания обладали морем познания. В нынешний век практики пробившиеся со стадии Конденсации Ци на стадию Возведения Основания, формировали его буквально из ничего. Обычно такой тип моря познания был не очень большим. Его размеры не зависели от скрытого таланта, а только лишь от метода использованного практиком для его создания. Очевидно, чем больше море познания, тем большей силой обладало, и тем больше было духовное сознание самого практика. В древности практики предпочитали пробиваться на стадию Возведения Основания на двенадцатой ступени Конденсации Ци именно из-за того, что на этой стадии открывалось море познания. Если продолжить Культивацию в этом же ключе, то это море познания будет намного больше, чем у других людей на стадии Возведения Основания.

Те времена давно канули в лету, Ла Раи стал первым практиком современности, которому удалось войти на двенадцатую ступень Конденсации Ци. Прознай об этом кто-то, буря неминуемо захлестнула бы весь мир практиков.

В древности существовала легенда о великой завершенности Конденсации Ци, по слухам ее можно достичь только на тринадцатой ступени. Но даже в стародавние времена ее редко можно было встретить. Ходили слухи, что тринадцатая ступень Конденсации Ци была как-то связана с удачей Небес и могла… изменить скрытый талант практика! Изменения не будут слишком значительными, но скрытый талант — порождение Небес, поэтому даже малейшее его изменение будет воспринято Небом, как акт непокорности.

Ла Раи открыл глаза. В глубине его глаз горел свет. Его голова раскалывалась от боли, но с болью пришла невиданная доселе ясность. Мир в его глазах преобразился, правда сейчас было трудно сказать, что именно поменялось. Как будто весь мир озарило сияние, которого он раньше никогда не замечал.

В этот момент мощное притяжение внутри него начало ослабевать, словно его тело достигло своего предела. Поглощаемая им духовная энергия из Восточного Моря постепенно ослабевала. Юноша нахмурился. Он чувствовал, что его Культивация еще не достигла апогея… его не покидало ощущение присутствия еще одного слоя над его нынешним местоположением в Культивации. Он мог ощутить великую завершенность Конденсации Ци. Чувство было всеобъемлющим, но сила притяжения ослабевала, словно говоря, что следующая ступень навсегда останется для него закрытой.

Глаза Ла Раи сверкнули. Упрямство было у него в крови, будучи на двенадцатой ступени Конденсации Ци и одним глазком увидев следующую, он ни за что не отступится.

— Сила притяжения слабеет… Что мне сделать, чтобы продолжать поглощать духовную энергию… — юноша прокручивал в голове сотни планов, пока его глаза не сверкнули, и он не ударил по бездонной сумке.

Вылетев из бездонной сумки, перед ним явилась сияющая пилюля. Эта пилюля была изготовлена грандмастером Золотой Лотос в результате просветления и была способна изменить сущность принявшего ее практика. Однако вместо того, чтобы самому ее использовать, Ла Раи замахнулся и бросил ее в Восточное Море. Стоило пилюле коснуться водной глади, как озеро зарокотало.

Мало того, что оно извергло из себя новый объем энергии, во много раз превосходящий все, что оно даровало юноше ранее, озеро внезапно стало разливаться по местности. Оно почти мгновенно накрыло Ла Раи волной, погребая его под тяжелой толщей воды.

Однако, оказавшись под водой, Ла Раи ощутил, что вливающийся в его тело объем энергии лишь усилился еще больше. Прогремел взрыв. Переполняемый невероятным количеством духовной энергией, Ла Раи бросил все свои силы на барьер между двумя ступенями. Вскоре его тело начало дрожать, а в глазах темнеть. Объем вливающейся в него энергии все множился, любого другого практика на стадии Конденсации Ци уже давно бы разорвало от такого количества духовной энергии. Ла Раи же буквально купался в невероятно насыщенной, кристально чистой духовной энергии!

— Я стану могущественным! Для этого не нужно особых причин. Я просто обязан стать сильнее, иначе как я могу думать об уничтожении Клана Ван? Если я буду постоянно опираться лишь на месть, мне никогда не удастся ее свершить!

На разум Ла Раи начала опускаться тьма, но его упрямство не давало ему потерять сознание. Несмотря на весьма плачевное состояние, он ни разу не подумал отступить. Он продолжал бормотать себе под нос, что обязан стать сильней! Он обязан пробиться на тринадцатую ступень Конденсации Ци!

Это его Дао! Стать сильнее несмотря ни на что, не имея на это особых причин! Стать той силой, с которой должны будут считаться могущественнейшие эксперты Южного Звездопада!

Глава 18: Ее принесли волны около года назад

Сила притяжения настолько возросла, что казалось она может вобрать в себя все вокруг него. Словно никакое препятствие, никакая опасность или сила не могла остановить его на пути становления могущественным экспертом. Сила притяжения вывела Ла Раи из оцепенения, его разум раскрылся бесконечности. Неистовое желание Ла Раи стать могущественным слилось с его Культивацией, целеустремленность достойная тринадцатой ступени Конденсации Ци. Он похитит удачу у самих Небес, пойдет против воли Неба и изменит свою судьбу!

Ему было плевать, что именно Небеса даровали ему его несравненный скрытый талант, ведь, с точно таким же успехом Небеса могли предотвратить гибель его Клана! Он не станет благодарить их за молчаливое согласие с Кланом Ван!

Прогремел оглушительный взрыв, когда Восточное Море начало отдавать всю свою духовную энергию без остатка Ла Раи. В его теле энергия превратилась в клинок, который нацелился на разделяющую ступени преграду. Энергия озера, что сейчас стремительно превращалось в настоящее море, была лишь частью этой атаки, главным ее элементом, ее истинной сутью, было его упрямое желание стать сильней. Это желание в каком-то смысле совпадало с отвергнутой Небесами тринадцатой ступенью Конденсации Ци. Именно это выковало его тринадцатую ступень Конденсации Ци. С рокотом растаяла граница между ступенями. В этот миг Ла Раи, купаясь в духовной энергии, почувствовал, как его Культивация начала переходить с двенадцатой ступени на тринадцатую. С древности до сего дня не было человека, который бы достиг великой завершенности Конденсации Ци, Ла Раи стал первым!

В эту секунду скрытый талант юноши, позволяющий ему заниматься Культивацией, внезапно изменился. Не было ни грохота, ни каких-либо других свидетельств произошедшего, даже сам Ла Раи смутно ощущал это изменение. Вот только, стоит человеку со стороны изучить его скрытый талант, он сразу придет к выводу, что тот перестал быть прежним. Скрытый талант Ла Раи и без того просто поражал воображение, но сейчас в нем появилось что-то еще. Это что-то не относилось к его таланту к Культивации, это был талант к Алхимии! Талант, как минимум стоящий на одном уровне с талантом Сюй Цин. У Ла Раи почему-то появилось чувство, что он вернул себе то, чего был лишен много лет назад.

Небеса даровали ему культивационный талант, но отняли талант к алхимии. В этот момент Ла Раи отчетливо это осознал. Достигнув тринадцатой ступени Конденсации Ци, юноша вернул то, что принадлежало ему по праву с самого рождения. С незапамятных времен никому не удавалось изменить собственный скрытый талант. Ни одна небесная материя или мирское сокровище не обладали силой изменить судьбу установленную Небом. Однако Ла Раи только что сделал именно это!

С древних времен он первый, кому удалось достичь великой завершенности Конденсации Ци, он первый, кто смог изменить свой скрытый талант. Этот момент стал поворотным, новой точкой на пути к могуществу. Купаясь в духовной энергии, его тело переродилось, можно даже сказать, сам Ла Раи родился заново. Спустя какое-то время он распахнул глаза. Духовная энергия вокруг начала сливаться с морем. С великой завершенностью Конденсации Ци сила притяжения в нем начисто испарилась. Вместе с этим золотое сияние Ла Раи тоже начало меркнуть, пока он, наконец, не вернулся к своему обычному облику. Он продолжал сидеть, скрестив ноги, золотое сияние постепенно покинуло и его глаза, хотя они по-прежнему ярко сверкали.