Некромантка из болота (СИ) - Дорогожицкая Маргарита Сергеевна - Страница 10

Следующий снимок изображал орудие убийства. Кочерга. Она валялась рядом с поваленным столиком, чуть в стороне. Крови на ней было немного.

На последнем снимке был сам убитый. Не в библиотеке, разумеется, а в своей постели. Было видно, что ему пытались оказать первую помощь. На голове зияла рваная рана, выражение лица мучительно искажено, глаза стеклянные. «Умер в своей постели», — припомнила Вирджиния. Хотя бы в одном барон Панявеж оказался прав.

В голове было тесно от мыслей, догадок и вопросов, а ведь это только первая папка. Вирджиния оглянулась и прислушалась. Никого. Забывчивостью она не страдала, но придерживалась мысли, что самый тупой карандаш лучше самой острой памяти. В коробке было немного пустых страниц, подшитых к делу в надежде на то, что когда-нибудь они заполнятся. Недрогнувшей рукой Вирджиния вырвала один листок, потом мысленно потянулась к ближайшему источнику разложения. Им оказался мумифицированный трупик мыши в подполье. Девушка положила руки на стол и закрыла глаза, перемещая часть сознания в мертвое тело. Тихое шуршание. Писк. Мышь с трудом пошевелилась, хвост казался ей неподъемной обузой. Долой его. Хвост отпал. Отлично. Еще немного вливания жизненной энергии. В желудке забурчало. Вирджиния подосадовала на себя, что позавтракала не плотно, ей не хватало сил, начинала кружиться голова. А еще этот глупый фокус с перчатками!.. Ну же, крошка, еще немножко!.. Мышка вслепую потыкалась, потом наконец нашла лазейку и побежала. Глаз у нее не осталось, и Вирджинии пришлось обходиться только слухом. Мертвая мышь вылезла из-под пола и застыла. Карандаш!.. Этот образ был послан в остатки мозгов грызуна и отозвался очень четким звуком. Кто-то из полицейский катал карандаш по столу. Ждать дольше было нельзя. Отчаянный прыжок, испуганное оханье, ругательства. Мышь сбросила карандаш на пол, зажала его в зубах и нырнула обратно в норку. Ударилась. Карандаш не пролезал. Боком!.. Еще чуть!.. Тащи!..

Через минуту Вирджиния сидела с карандашом в руках и отчаянной болью в копчике, которая поднималась по позвоночнику. Отваливший мышиный хвост давал о себе знать. Ничего, пройдет. Девушка быстро сделала пару пометок, чтобы не забыть.

1) Почему секретные документы хранились в доме? И где именно?

2) Почему часы остановились на час раньше, чем была сделана фотография?

3) Почему посреди приема лорд Дрейпер ушел в библиотеку?

Вирджиния достала следующую папку. В ней был план дома. Кто-то нанес на него предполагаемый маршрут злоумышленника. Пунктирная линия пересекала сад со стороны берега Пильны, откуда он мог пробраться незамеченным. Допустим, что вор решил перелезть через забор, понадеявшись поживиться добычей в богатом доме. Но он же должен был заметить, что в доме прием? Или с той стороны ярко-освещенных окон не было заметно, а западная часть была погружена в темноту? Вирджиния пальцем провела по линии. Почему именно библиотека? Почему не кухня, окна которой также выходят в сад? Или там горел свет? Да, должен был гореть, ведь прислуга наверняка с ног сбивалась, чтобы угодить дорогим гостям. Кстати, а кто был среди гостей? Вирджиния порылась в коробке, бегло просматривая документы, и нашла список. Он был коротким.

Хаморэ Илайха Навасян с сестрой.

Генерал Артур Роузвуд с сыном.

Похоже, это был не прием, а званый ужин. А вот и список домочадцев.

Леди Сесилия Дрейпер, жена лорда Дрейпера.

Племянница лорда Дрейпера, Амелия Милстоун.

Сын лорда Дрейпера, Ричард Дрейпер.

Секретарь лорда Дрейпера, Вильям Кински.

Вирджиния побарабанила карандашом по столу в задумчивости. Хаморэ Илайха Навасян — явно арвеец. Фиолетовая спектрограмма и похищение секретных документов. Совпадение? Но это же глупо. Если арвеец был шпионом, замыслившим подобное, то зачем ему так подставляться? Или другой возможности украсть их не было? Допустим, он нанимает кого-то, заводит с лордом Дрейпером разговор, идет с ним в библиотеку, высматривает, где документы, или даже намеренно под каким-то предлогом просит их показать, потом уводит его и дает отмашку подручному. Тот лезет в окно библиотеки, сгребает и другие вещи, чтобы имитировать обычное похищение, но лорд Дрейпер неожиданно возвращается. Грабитель паникует и убивает его, после сбегает. На первый взгляд версия казалась стройной, но Вирджинию все равно терзали сомнения.

Она взялась за следующий документ. Это был список похищенного. Так-так-так. Это уже интереснее.

Серебряная ваза для цветов.

Малахитовая шкатулка.

Гравюра работы мастера Ромфорда.

Коллекционное издание Джека Морнинга.

Зачеркнуто.

Негусто. Интересно, полиция проверила, всплыли где-нибудь похищенные вещи? Непохоже, чтоб они много стоили. Последняя строка в списке была вымарана цензурой, и там, очевидно, значились те самые секретные документы Дипломатического корпуса.

У Вирджинии накопилось много вопросов, а ведь она и половины документов еще не успела просмотреть. Она потянулась за следующей папкой, но тут заскрежетала дверь архива.

— Мисс Сибрас, архив закрывается, — сказал служащий.

Она торопливо встала и спрятала украденный карандаш в складках платья, чувствуя, как онемели шея и плечи, затекли ноги. Ощущение отвалившегося мышиного хвоста тоже радости не добавляло.

— А сколько уже времени?

— Шесть.

Вирджиния решила, что непременно купит себе карманные часы. В Болотном крае жизнь текла неторопливо и монотонно, следить за временем не было нужды. Но здесь, в столице, девушке казалось, что течение времени ускорилось. Теперь оно летело.

— Суперинтендант спрашивает, желаете ли вы побеседовать с констеблем Фэншоу? — поинтересовался служащий, захлопывая за Вирджинией дверь в архив и вешая большой навесной замок.

Вирджиния колебалась. «Опоздаю», — подумала она.

— Да, желаю.

Констебль был коренастым приземистым мужчиной с бульдожьим выражением лица.

— Мисс? — в его голове сквозило недоверие, смешанное с презрением ко всему женскому полу.

— Мисс Сибрас, — кивнула Вирджиния. — Расскажите, пожалуйста, об убийстве лорда Дрейпера.

Констебль выпятил вперед челюсть, словно собирался сплюнуть, и кивнул.

— Меня вызвали в особняк в десять вечера. Прибежал Джек, мальчишка-посыльный в доме лорда Дрейпера, сказал, что их ограбили, а лорд при смерти. Когда я там появился, лорд еще был жив, но говорить не мог, только мычал и смотрел в потолок. Я сразу пошел в библиотеку, осмотрел разбитое окно и позвонил в участок, чтоб прислали подмогу.

— Позвонили? — перебила Вирджиния. — Так у них был телефон?

— Да. Лорд был большим любителем всяких новинок, — констебль поморщился и оттянул жесткий воротничок от туго налитой шеи.

— Тогда почему за вами послали мальчишку? Почему не позвонили?

На его лице отразилась растерянность. Он пожал плечами.

— Не знаю.

— Продолжайте.

— Появился врач, мистер Лемон, сообщил, что лорд скончался. Этот хлюпик, секретарь евойный, чуть в обморок не хлопнулся, — констебль опять скривился, выражая свое отношение и к тугому воротнику, и к предмету разговора.

— Почему хлюпик?

— Разнылся, руки дрожат, истерит, ровно баба, а не мужик. Простите, мисс.

— Понятно. А остальные как приняли известие о смерти?

— Жена лорда, леди Дрейпер, так глазом не моргнула, когда ей сообщили, что вдова она теперь. Вот у кого яйца железные… Простите, мисс.

— А сын и племянница?

— С сыном я не говорил, его не было в доме, он с приема раньше уехал, а племянница… — констебль подобрел лицом. — Милая девушка. Амелия Милстоун. Она мне опись похищенного помогла составить, а потом еще и этого хлюпика-секретаря успокаивала, ликером отпаивала.

— Ликером? На фотографии с места убийства перевернутый столик и бутылка из-под ликера. Надеюсь, не этим ликером она его отпаивала?