Некромантка из болота (СИ) - Дорогожицкая Маргарита Сергеевна - Страница 51

— Политика — очень грязная вещь, мисс Сибрас. Мне не нравится тот оборот, который может принять это дело, потому что под подозрением остаются…

— Домочадцы Дрейпера!

— Да, — генерал немного помолчал. — Среди которых и невеста моего сына.

— Она вам… не нравится? — осторожно спросила Вирджиния.

— Я считаю, что она ему не пара, — сухо ответил генерал Роузвуд. — Но Джеймс влюбился, и спорить с ним сложно.

— Где была Амелия в то время на приеме, вы помните?

— Они с леди Сесилией занимались цветами.

— То есть?

— Готовили для гостей какую-то диковинку, цветочную композицию для конкурса в женском благотворительном обществе.

— То есть, они тоже были все время на виду?

Генерал Роузвуд покачал головой.

— Признаться, я на них не смотрел. Меня занимали арвейцы, Дрейпер и шахматная партия.

— А сын? Сын лорда Дрейпера?

— Ричард? О, он ушел много раньше… Спешил на какую-то встречу.

— Понятно… То есть вы подозреваете, что Нагизаза могла шантажировать кого-то из женщин?..

— Видите ли, мисс Сибрас, леди Сесилия не из тех, кто позволит себя шантажировать, а вот Амелия… Я знаю о той неприятной истории с кражей, из-за которой Джеймс поссорился с Питером. Кстати, младший Фоллей гораздо приятнее, чем его отец, человечнее, если так можно выразиться.

Комплимент ее несостоявшемуся жениху Вирджиния пропустила мимо ушей. Ее занимало другое.

— А с другой стороны… Нагизаза могла подсмотреть что-то в чужом сне, потому так себя вести… — рассуждала про себя некромантка.

Однако генерал ее услышал.

— Почему вы так решили?

— А?.. Эмм… ну она же из Неспящих… которые могут заглядывать в чужие сны…

— Откуда вам это известно? — тон генерала изменился, сделался настороженно-вкрадчивым.

Вирджиния поежилась и в очередной раз прокляла свой длинный язык без костей.

— Я из Фильхайхы, — напомнила она.

— И что?

— С нами по соседству жила семья арвейцев. Эмм… мать моей подружки… она тоже была из Неспящих.

— Клан Неспящих умеет хранить свои тайны, — задумчиво пробормотал генерал. — Странно, что о них знали соседи. Знаете, мисс Сибрас, вы и сами полны загадок. Например, я до сих пор не понимаю, как вы смогли тогда выжить.

На девушку снова накатили воспоминания прошлого: палящее солнце, сладковатый запах разложения, опухшие раздувшиеся тела людей, которые на пятый день казались такими аппетитными…

— Мне пришлось голодать, — сквозь силу сказала она.

— Голодать — это одно, без пищи человек может прожить неделю или больше… Но без воды гораздо, гораздо меньше.

— В смысле?

— Мисс Сибрас, единственный колодец Фильхайхы был отравлен.

— Не понимаю… Я же… я пила оттуда… мы все пили…

— Да, и все заболели чумой и умерли.

Сердце Вирджинии сжалось от боли.

— Вы хотите сказать… — медленно проговорила она, — что та чума… была… занесенной?.. Намеренно?

— Да.

— Кем? — едва слышно прошептала некромантка.

Генерал щелкнул зажигалкой и долго смотрел на язычок пламени.

— Мы не знаем. Мисс Сибрас, у вас были симптомы болезни?

— Я не помню… — горло перехватило. — Моя мама была травницей и лечила людей…

— Что ж… Тогда спишем все на милость богини и чудесное исцеление…

ГЛАВА 18

Из дома Роузвудов некромантка вышла на негнущихся ногах. Болезненные детские воспоминания мешали сосредоточиться на деле. Получается, кто-то отравил колодец? Но зачем? Ведь война подходила к концу, борумийцы давно отступили, оставив за собой кровавый след. Но эта странная оговорка Нагизазы… «Все знала, но дочь не пожалела!..» О ком она говорила? О матери Лейхи? Но они обе погибли еще до чумы… Тогда… о матери Вирджинии? Нет, это все чепуха!

Некромантка встряхнула головой, отгоняя призраков прошлого. «Делай, что должно, и будь, что будет!..» Надо сообщить суперинтенданту о том, что удалось узнать. О докторе Лемоне, о том, что арвейцы не могли подсыпать яд, но могли шантажом заставить сделать это кого-то из женщин, что под подозрением Амелия и леди Сесилия!.. Но стоит ли сообщать о Джеймсе?

Суперинтендант сурово смотрел на нее, и в прежние времена Вирджиния непременно бы устыдилась своих пьяных от магии выходок, но всему есть предел.

— Нет, мне не стыдно, суперинтендант, — ответила она на невысказанные претензии. — Может потом будет, но не сейчас. Я должна вам кое-что рассказать. И не надо закатывать глаза и хвататься за сердце!

Она придвинула свой стул ближе к его столу и кратко изложила то, что ей удалось узнать. Упомянула она и про кражу сережек, странное поведение леди Сесилии, свои подозрения, что Нагизаза могла шантажировать Амелию. Про Джеймса она лишь сказала, что у него был черный с лиловым подбоем плащ, и что в тот день любой мог взять его с вешалки и накинуть на себя, предварительно вывернув наизнанку. Суперинтендант не удивлялся новостям, лишь кивал.

— Завтра уже следственный эксперимент, а мы до сих пор не знаем, кто убийца, — закончила свой рассказ Вирджиния. — Но у меня есть план.

— Нет.

— Я подумала, что стоит…

— Не стоит.

— … разузнать…

— Запрещаю.

— … в той ювелирной лавке…

— Мисс Сибрас!..

— … подробности!.. Ну почему нет?

— Потому что у меня есть для вас задание.

— Задание? Какое? Неужели еще кого-то… убили?

— Типун вам на язык! Нет, никого не убили, и надеюсь, что больше никого и не убьют. Ваши слова про ужин убитого в дорогом ресторане меня тоже озадачили, и я отправил констебля Мура в рейд.

— И? — подалась вперед Вирджиния, жадно ловя каждое слово.

— Одна из официанток вспомнила и меню, и молодого светловолосого человека плотного телосложения.

— И с кем он ужинал?

— С дамой.

— Так и знала!.. Кто она? Амелия или леди Сесилия?

— Официантка не знает, потому что их столик обслуживала не она, а старший распорядитель.

— Ну а как та дама выглядела?

— Красивая блондинка в дорогом наряде.

Вирджиния задумалась. Они обе были блондинками, обе светлоглазы и хороши собой. Пожалуй, увидь она леди Сесилию и Амелию издалека, то и сама бы не разобрала, кто где.

— И что требуется от меня?

— Ресторан дорогой, так просто к хозяину не подступишься. Вот если бы вы отправились туда поужинать вместе с вашим женихом и расспросили обо всем, так сказать, в частном порядке, то это было бы значительно быстрей, чем ждать официального разрешения на вмешательство, которое мы в любом случае раньше следующей недели не получим…

Вирджиния закусила губу. Раньше бы она тут же ответила, что не невеста Фоллею, но сейчас ее больше занимало другое. Питер предположил в разговоре с Джеймсом, что это Амелия могла быть тем таинственным гостем в лиловом плаще. Интересно, почему? Да и других вопросов к Питеру Фоллею накопилось много. Откуда он знал о наклонностях Дрейпера? Все ли рассказал ей о Сайлурской цитадели и своем отце? И самый главный среди вопросов — не влюблен ли Питер в своего друга Джеймса?

— Мисс Сибрас?..

— А?..

— Я отстоял вас перед сэром Натаниэлем, сделайте мне ответное одолжение. Проведите этот вечер с пользой, поужинав в ресторане «Мистраль», вместо того, чтобы снова дразнить пауков из Дипломатического корпуса. И кстати, надеюсь, вам не надо напоминать, что никому не следует сообщать о ваших предположениях… эмм… относительно наклонностей покойного лорда?

— Эээ… хорошо. Но до вечера еще далеко, а Фроузен стрит рядом.

— А что на Фроузен стрит?

— Ювелирная лавка.

— Нет.

— Ну пожалуйста, суперинтендант! Просто дайте мне сопровождение, например, констебля Фэншоу, потому что я не хочу… эмм… вновь влипнуть в неприятность.

— Мисс Сибрас, как вы думаете, неужели моим констеблям больше нечем заняться, кроме как сопровождать вас в ювелирную лавку?

— Это много времени не займет, зато вы будете уверены, что со мной все в порядке, — и Вирджиния просительно улыбнулась, сложив ладони в молитвенном жесте.