Разбитная разведёнка (СИ) - Балер Таня - Страница 103

И в это утро на Евгению вдруг разом навалилось осознание своего одиночества. Одно дело — быть ответственной и сильной, потому что это часть твоего характера, и другое — потому что ты не можешь себе позволить рискнуть и побыть слабой. Отсутствие мужского плеча, за которое можно если не спрятаться, то хотя бы на пару часов отпустить контроль и позволить себе расслабиться. Страх, что как только у бывших свёкров появятся другие внуки, Гриша станет получать меньше внимания и любви. Перспектива стать старой завистливой грымзой, не способной радоваться чужому счастью. И чувство вины от того, что единолично решила развестись, лишив сына возможности расти в полной семье.

Женя понимала, что Руслан не причастен к её проблемам и неудачам, но именно ему пришлось выслушать претензии, которые она имела к представителям мужского рода и патриархальному обществу.

Стоило Жене выплеснуть негатив, как настроение улучшилось, и появились силы и желание что-то делать. Перед Русланом было немного стыдно, поэтому, упомянув спираль, она спихнула всё на стандартное: «Извини, это всё ПМС», быстро собралась и пошла на поиски того, чем бы полезным заняться. Ей повезло почти сразу наткнуться на не выспавшуюся, но довольную подругу, которая суетилась вокруг высокой рыжей женщины.

— Знакомься, Женя, это Любовь. Люба, это моя подруга Женя. — с гордостью представила их друг другу Сашка.

Так и произошло Женино знакомство с домоправительницей Адоева. Из Сашиных рассказов она знала, что Олег нанял помощницу по дому в самом начале их романа, когда они ещё не жили вместе. Приходила женщина два раза в неделю, и в её обязанности входила уборка первого этаже и готовка обеда. Своей территорией кухню Саша не считала, осознавала, что поддерживать идеальную чистоту в двухэтажном доме самостоятельно будет сложно, и воспринимала домработницу как волшебницу, которая всё умеет и знает. На свадьбе Любовь Андреевна не присутствовала, и приехала сегодня с поздравлениями для новобрачных и ведром шашлыка, который мариновался всю ночь.

Евгении потребовалось несколько часов на то, чтобы решить, нравится ли ей новая знакомая или нет. Сначала возникло раздражение от её командирских замашек, которое быстро ушло, стоило Жене признать, что Люба действительно лучше знает, что и кому нужно делать. Потом возникло подозрение, что домработница может иметь виды на их общего работодателя. Не с пустого же места взялись тысячи историй любви хозяина и прислуги? Но вскоре стало понятно, что Олег и Люба относятся к друг другу прохладно, и симпатизирует она не Адоеву, а его жене и сыну.

«Занятная тетенька. — решила Женя. Разница между ними была в несколько лет, но покровительственная манера общения Любови Андреевны в сочетании с крупной фигурой, заставляло воспринимать её как более старшую и мудрую. — Так сразу и не скажешь, работает она у Адоевых ради денег, или просто решила помочь балбесам, взяв их под своё крыло».

— Я до тебя никому свою машину не доверял. Можешь чувствовать себя особенной. — сказал Руслан, глядя на обхватившие руль женские ладони, не уступающие в размере, а может и в силе его рукам.

— А ты напился и можешь чувствовать себя пьяным. — ответила ему Люба.

— А какой у меня был выбор? Обиженно уехать я не мог, потому что мужики так не делают. По этой же причине ругаться с Женькой не стал. Оставалось только пить за счастье женатиков. — привёл свои доводы мужчина и, почесав посиневшие от пробивающейся щетины щёки, поделился своим умозаключением. — Вот вела бы себя нормально, и разводиться не пришлось. Если она так мужу с самого утра мозг выносила, то неудивительно, что он свалил.

— На свидетельницу залезть хотел, а она тебя отшила? — хмыкнула женщина. — Умная девочка.

— Ну ты нашла девочку. — улыбнулся Руслан, и стал изливать душу.

Наверно, налети на него Женя с ударами и оскорблениями, Руслан бы мог её встряхнуть, чтобы она пришла в себя. На кого-то, кто настолько слабее него, рука бы у мужчины не поднялась, но проснулся бы инстинкт, нашёптывающий о том, что нужно припугнуть взбесившуюся бабу или окотить водой, чтобы не забывала, с кем разговаривает. А вот как себя вести, когда хрупкая женщина, уперев кулачки в бока, в едкой форме проходится по патриархальному строю в общем и по тебе в частности, он не знал.

И хоть свою речь уже не такая взвинченная Евгения закончила объяснением, что именно в словах Руслана вынудило её понервничать, легче мужчине не стало. Он чувствовал себя незаслуженно обвиненным, что с ним однажды уже было. Конечно, происшествие почти двадцатилетней давности, когда ему пришлось пару месяцев провести в СИЗО, не сравнимо с Жениной отповедью, но просто отпустить и забыть утреннюю сцену у Руслана не получилось.

-.. ещё и спираль какую-то приплела. — закончил он рассказывать о событиях сегодняшнего утра.

«Не стоило говорить, что у меня водительские права при себе. Как тут можно насладиться вождением красивой и дорогой машинки, когда вместо зажигательной музыки в салоне звучит унылое нытьё? Нужно было на такси ехать. — осознала Люба. — Ладно, лучше уж пусть болтает, ведь если уснёт, в квартиру я его на себе точно не потащу, уговор был только до нужного адреса доехать».

Решившись на подработку помощницей по хозяйству, Люба ждала, что долго на такой должности не продержится. Ничего постыдного в работе уборщицы она не видела, проблемой для неё могла стать субординация. Неизвестно, какие могут быть порядки в чужом доме, помалкивать и не совать всюду свой нос будет легко, а вот лебезить и угождать хотелкам буржуев, неспособных самостоятельно навести порядок и сварить суп, у неё не получится.

Хозяином дома оказался мужик с непонятным семейным положением. Жены у него не было, но были сын и подружка, которые имели недостатки. Парнишка — лез под руку и не затыкался, а девушка приезжала в дом с собакой, всюду оставляющей шерсть. Но удачное расположение в пятнадцати минутах от её собственного домика, зарплата и отсутствия просьб делать сверх того, что они заранее обговорили, компенсировали все неудобства. А со временем Любовь Андреевна привыкла и привязалась к вечно голодному Илье, ненавязчивой Саше и её простодушному псу. Подружиться с хозяином дома она не пыталась, уж слишком похожи были их характеры, и близкое общение привело бы к борьбе за власть в этом крохотном сообществе. В своих силах Люба не сомневалась, но оставалась большая вероятность, что Адоев, не смерившись с конкуренцией, её уволит. Человеком он был неплохим, но чувствительное мужское самолюбие никто не отменял.

Вот и друг работодателя, частенько заглядывающий на огонёк, оказался ранимой натурой. Дорога в город была сухой и почти пустой, поэтому отвлечься от его нетрезвых излияний у Любы возможности не было, а уж выслушав всё, смолчать не получилось.

— Выволочку ты заслужил. Давно пора понять, что это мужик сунул, высунул и ушёл, а женщина остаётся разгребать последствия.

— Какие последствия? Это всё Сашка на меня наговаривает, решила с чего то, что я трахаю, всё что движется, и даже с тобой мне общаться запрещала, боясь, что я тебя совращу. — пожаловался Руслан и недовольна прошипел. — Я вам не дешёвая проститутка, чтоб болезни передавать. В прошлый раз никаких последствий не было.

— Ты хоть знаешь, откуда дети берутся? — возмутилась его недогадливости Люба. — Спираль защищает не от болячек, а от беременности. У тебя страсть, а у неё второй ребёнок на шее останется.

Оставшуюся до дома дорогу Руслан слушал о тяжёлой женской доле и о важности семьи. Увлекшись, Люба проболталась о своём неудачном замужестве, закончившемся чужой беременностью. И хоть в её истории Руслан точно был ни при чём, но то ли алкоголь, то ли внушительный вид домработницы, из-за которого всё сказанное ею принималось на веру, в этот раз мужчина проникся услышанным, и осталось надеяться, что он всё это не забудет, когда проспится.