Разбитная разведёнка (СИ) - Балер Таня - Страница 177

Крупная женщина лет сорока на вид слушала, задавала уточняющие вопросы и при этом постоянно трогала собранные в высокий хвост волосы цвета тёмного шоколада. Она явно не стеснялась ни своих пышных форм, ни разношенных кроссовок, которые не сочетались со спортивным костюмом из последней коллекции известного бренда, и было непонятно, чем вызваны эти нервные движения.

Через час, заглянув во все помещения, предоставленные посетителям с различными тренажёрами и инвентарём для групповых занятий, и проведя разминку, чтобы посмотреть, как Людмила управляется со своим телом, Саша начала стандартную рекламу клуба и работающих здесь инструкторов. И получила закономерный вопрос о том, почему не предлагает свои услуги в качестве персонального тренера.

О том, что после замужества работает «для души» и бороться за новых подопечных, расширяя свой рабочий график, сильной нужды у неё нет, девушка никогда и никому бы сказать не посмела. Но находясь под эффектом от новости о совместном отдыхе, Александра неожиданно для самой себя рассказала, что вести новичка она не сможет, потому что впервые за несколько лет берёт отпуск и летит в тёплые страны на целых три недели. Выложив это, она тут же почувствовала себя неудобно, ведь хвастаться предстоящим отдыхом некрасиво, да и сообщать личную информацию первой встречной не стоило.

Но оказалось, что Людмиле тоже хотелось поделиться с кем-нибудь парой фактов из своей жизни, и Сашины слова она восприняла как повод для ответных откровенностей.

— Вместе с отцом занималась юридической консультацией, вышла замуж, родила сына, стала работать из дома, а муж занял моё место, — перечислила хронологию Людмила, объясняя, чем вызвано её решение заняться спортом. — Осенью ребёнок в школу пойдёт, и мне пора возвращаться в строй. В старую шкурку уже не влезть, — без видимых сожалений констатировала она, огладив себя по бокам. — Только обувь из прошлого подходит. Волосы я перекрасила, теперь нужно сбросить балласт.

— А балласт — это? — во время остановила себя Саша, чтобы не ляпнуть про мужа.

— Лишние килограммы и машина. Мне её папа и муж пять лет назад подарили, подачка за то, что благоверный официально мою должность занял. Под цвет волос выбирали, для матери с малышом подходит, а для деловой женщины нужно что-то серьёзней и эффектней чешского хэтчбека цвета детской неожиданности.

Если связь смены цвета волос и машины Саша ещё смогла уловить. Клиенты «Зевса» обычно были людьми небедными, может там такой доход, что машины как сумки менять можно? То зачем в принципе перекрашиваться, желая вернуться на прежнее место работы, она не понимала. Но ответить что-то нужно было, и Александра спросила о машине.

Через два дня в столовой Женя показывала фотографии автомобилей, жалуясь на муки выбора. Заглянуть в будущее было невозможно, и она не знала, выбирает ли машину лет на десять-пятнадцать, чтобы к пятидесятилетнему юбилею пересесть на что-нибудь новое, или же покупает то, что после её смерти Гришка откатит на свалку.

Для не разбирающейся в этом Саши все изображения походили на разновидности маленьких и низких джипов. Но, как и в разговоре с Людмилой, ответить что-то подруге нужно было. И она рассказала, что познакомилась с дамой, желающей продать похожую маленькую машинку и купить большую.

— Что за машина? — полюбопытствовала Женя, подталкиваемая интуицией.

— Эм… иностранная. И в названии несколько слов. Песочного цвета. Когда она снова приедет, я могу тебе показать.

В следующий раз Александра и Людмила увиделись только через неделю. Заметив новую знакомую на беговой дорожке, Саша сразу звать подругу не стала. Сначала дождалась, когда начинающая спортсменка закончит сеанс, потом поздоровалась, спросила, не изменились ли её планы на продажу машины, и не будет ли она против показать её и пообщаться с возможной покупательницей.

Людмила, успевшая свыкнуться с новым цветом волос и переставшая их постоянно поправлять, согласилась, предупредив, что до клуба добралась без машины, и может показать только фотографии.

Так Саша Адоева нашла Жени машину.

Конечно, в тот же день машина владелицу не поменяла. На первую встречу обе женщины взяли с собой мужей. Если муж Людмилы описывал цвет авто как золотой, то Руслан назвал его горчичным. Первый жучила называл её почти новой, раз жена никуда дальше детской поликлиники не ездила. А второй настаивал, что пятый год с выпуска — срок солидный.

Но это всё значения не имело, ведь одна хотела побыстрее продать то, что считала памятником потерянной карьере, а вторая хотела прекратить затянувшиеся поиски авто. И может этот вариант и не был самым идеальным, но Жене подходил цвет, размер и главное цена, оказавшаяся почти на треть меньше той максимальной суммы, которую она выделила на покупку.

Двойная радость — и за рулём, и при деньгах.

Покупка совершилась, правда объездить железного коня Женя не успела. После длительного перерыва врываться в утренний поток, не привыкнув к машине, было опасно, и она предпочитала по-старому добираться на работу на автобусе. Вот и вышло, что за неделю Евгения прокатилась только до дома Майоровых, привезя Гришку для общения с роднёй перед отлётом на отдых.

В её светлую голову даже закрылась крамольная мысль, остаться в гостях, чтобы дождаться, когда к родителям приедет бывший муж, и похвастаться своим приобретением, но она её почти сразу откинула.

«Лучше воспользоваться тем, что ребёнок пристроен, и завезти Руслана в какой-нибудь скрытый от посторонних глаз уголок», — решила Женя.

Секс в машине — штука страшно неудобная, но когда ты сама покупаешь себе автомобиль и любишь своего мужа, будет большим упущением не соединить эти приносящие радость атрибуты успешной жизни уже три месяца как не разведёнки.

102. Лето молодожёнов

— Молодожёны, — лучше всех зная немецкий, а следовательно, и быстрее понимая доносившуюся от соседнего стола речь, сказал Олег, заметив, что женская часть их компании поглядывает на обжимающуюся парочку.

— Муженёк по возрасту как будто ближе к Грише, чем к Илье, — объяснила Женя то, что вызвало её интерес.

— Любовь, — протянула Саша.

— Гормоны.

— Тупость, — одновременно проговорили свои диагнозы Женя и Илья.

— Молодые молодожёны, — поучаствовал в обсуждении Руслан.

— Раз в самом слове есть «молодо», значит, они вначале после свадьбы должны выглядеть молодо? — озадачился вопросом Гриша.

— Твоя мама и дядя Руслан доказывают обратное, — ответил ему Илья, широко улыбаясь.

Пока Женя решала пропустить это мимо ушей или пнуть под столом ногу весельчака, а Саша безуспешно пыталась приструнить пасынка строгим взглядом, Гришка очень выразительно посмотрел на Олега. Если Сашу он называл просто по имени и не считал слишком уж большой, то её муж, являющийся к тому же маминым начальником, воспринимался очень сильным и взрослым, а ведь осенью у этих двоих тоже была свадьба.

— Можно считаться молодым по количеству прожитых лет, по внутренним ощущениям, когда говорят, что кто-то молод душой, — принялся объяснять ему Руслан. — Или по сроку участия в чём-либо. Например, в армии призывник сначала считается молодым солдатом, а на второй год уже старослужащим.

— Уже давно по году служат, — внёс правку Илья, но пошутить о том, что о двух годах помнит только старое поколение, не успел, ведь чуть не убился, подавившись, услышав от Жени:

— Тебе, будущий призывник, лучше знать.

Шёл двадцатый завтрак их совместного отдыха, и они друг от друга всё ещё не устали и всегда находили темы для разговоров. Обычно семьи с детьми берут трёх или четырёхместные номера, но Олег с Русланом посчитали, что пусть их медовые месяцы и запоздали, ни восьмилетний, ни девятнадцатилетний мальчик под боком в сценарий супружеского ночного времяпрепровождения не вписывались. Поэтому разместились они в трёх двухместных номерах, и хоть Женя каждый вечер напоминала Грише, что он может спать с ней и Русланом, тот спокойно ночевал в комнате с Ильёй. Ребёнок сам вставал, умывался, одевался и тихо ждал, когда за ним зайдёт чета Адоевых. Пока Женя, Руслан и Илья нежились в кроватях, урывая перед завтраком часок сна, загорелые Саша с Гришей под присмотром Олега, привыкшего вставать рано и первым делом идти на прогулку с псом, зевающим строем шли на пляж.