Разбитная разведёнка (СИ) - Балер Таня - Страница 179

— И теперь они живут вместе? — сделала напрашивающийся вывод Женя, заставив Руслана нахмуриться. — Давно всё к этому шло. Слишком тяжело в их возрасте через половину города туда обратно в автобусах трястись, чтобы пару часов в гостях посидеть. Хорошо, что он к ней перебрался, а не наоборот. Будут у нас под боком.

— Считаешь?

— А то.

И Руслан перестал хмуриться и прокручивать в голове сцену в квартире матери, когда его огорошили тем, что она теперь живёт не одна, а с мужчиной. Любимая и мудрая жена помогла ему принять эту новость. Правда расслабили и настроили его на нужный лад не её слова, о том, что всё к этому шло, и что престарелые влюблённые будут под их присмотром, а сказанное ранее.

«Ладно. Жить одна мама привыкла, а это всё ненадолго, он старый и точно умрёт раньше неё».

О зачатии общего ребёнка Евгения и Руслан больше не говорили. Последняя ночь отпуска ознаменовалась не только близостью за пределами их номера, но и тем, что презервативы, как и другие способы контрацепции, по умолчанию исчезли из их стабильной половой жизни.

Женя настроилась на то, чтобы до окончания этого года позволить их с мужем организмам самим попытаться воспроизвести потомство, и если, а вероятней, когда за это время ничего не получится, обратиться к специалистам. Вариант с ЭКО она не рассматривала, перед свадьбой гинеколог заверила её, что очевидных проблем, мешающих естественному зачатию, у неё нет, но Женя не исключала, что после детальных анализов ей предложат пройти курс лечения, который «взбодрит» её репродуктивную систему.

У Руслана был подход проще. Зная, что дети случаются из-за незащищённого секса, именно им он и занимался, не задумываясь о каких-то дополнительных примочках. Мужчина просто усердно любил жену, не жалея живота своего и того, что пониже, и с некоторой опаской ждал результата.

И, кажется, дождался.

После отпуска и смены часовых поясов часто сбивается не только режим, но и менструальный цикл, к тому же последняя неделя августа была наполнена заботами, как на работе, так и дома. Гриша собирался в третий класс и желал отпраздновать своё девятилетие с двумя одноклассниками и аж пятью парнишками с футбольной секции, с которыми за лето особенно сильно сдружился. В общем, Жене было не до месячных. А вот внимательный Руслан всё подмечал, но о своих подозрениях не говорил, зато в конторе за плотно закрытой дверью своего кабинета, прикинув примерный срок, гуглил информацию о том, что происходит в теле любимой супруги, и как лучше действовать.

Начался учебный год, и до праздника с именинником и его семью приятелями оставались считанные дни, а Женя так и не придумала, где их всех собрать. В квартире особых развлечений для такой оравы не было, использовать дом Майоровых она не желала, да и звать своих гостей к бабушке и дедушке Гриша не захотел, посчитав, что уже перерос эту практику, а подходящие кафе были уже забронированы на выходной, выпадающий на день его рождения. Женя уже высчитывала сколько денег и нервов она потратит, заказав для ребят квест, который придётся пройти вместе с ними, ведь какими бы профессиональными не были организаторы, именно под её ответственностью будут находиться дети, когда Григорий Андреевич пожаловался, что осень слишком тёплая.

— В такую погоду нужно гулять, а не в школе сидеть, — бурчал он.

«Зачем тащить ребятню в комнаты без окон, если можно провезти время на улице? — осенило Женю. — Для пляжа уже поздно, да и у воды опасно, но есть вариант с огороженной высоким забором безопасной территорией».

Хитрить, пользуясь безотказностью подруги, она не стала, обратившись сразу к Адоеву с просьбой разрешить привезти к нему восемь мальчишек и устроить шашлыки и игры на его участке.

— Мне что-то нужно будет делать? — для проформы спросил Олег, понимая, что всё равно не сможет найти причину для отказа.

— Только разделись наше веселье, — приврала Женя.

Андрей Майоров умирал. Ощущая, как силы оставляют его, и на место желания жить приходит пустота и кощунственная мысль о том, что готов смириться со смертью, лишь бы больше не чувствовать эту чудовищную боль, он сжимал в руке телефон и думал о родных. Звонить родителям для прощания было нельзя, мама разволнуется, и Алёшке с отцом двоих хоронить придётся. Гриша должно быть уже в постели, старается пораньше уснуть, чтобы поскорее наступил завтрашний день — день его рождения. Нет, звонить ему и бывшей жене тоже нельзя, пусть сын ещё немного побудет ребёнком, не познавшим горе потери родителя. Андрею было очень страшно…

103. Замечательный день, камень с последствиями и восхитительная женщина

Перед началом праздника гостей нужно было собрать и привезти к Адоевым. Сына Женя отправила с Русланом, посчитав, что родителям будет спокойней сажать своих кровинушек в машину к незнакомцу, если кроме слов, что он Гришин отчим, увидят с ним и самого именинника. За тремя мальчишками заехала она на своей машине, двух парнишек по названному адресу доставил отец одного из них, а ещё двоих подобрали Руслан и Гриша.

Изначально планировалось, что Руслан привезёт таксу, свою маму и Михаила Харитоновича, ставшего её постоянным спутником, а Гриша поедет за друзьями с отцом, но вчера ближе к ночи Андрей попал в больницу. Возвращаясь из командировки, в поезде он почувствовал режущую боль и уже готовился умереть на руках проводницы, когда поезд прибыл на вокзал, где его пересадили в скорую.

Всё это Женя узнала ранним утром, когда Майоров по телефону поздравил сына с девятилетием, а после десять минут в красках описывал бывшей жене драматично-комедийную историю «Андрейка и решивший покинуть его здоровое и сильное тело камень».

Из-за этого от клана Майоровых поздравлять Гришу приехали только родители Андрея и его брат с молодой женой.

Конечно, Женя понимала, как нагло с её стороны устраивать массовое гуляние, пользуясь расположением Адоева. Но, чёрт возьми, это был самый лучший вариант развития событий!

Пусть Олег и был другом Руслана и любимчиком тёти Наташи, его дом можно считать нейтральной территорией, что позволило Майоровым и новым родственникам Жени и Гриши чувствовать себя одинаково комфортно.

Видя как Алексей, смеясь, рассказывает что-то Руслану, бывшая и нынешняя свекрови едва ли не под ручку прогуливаются по участку, разглядывая посаженные вдоль забора редкие кусты смородины и ирги, чудом пережившие внимание хозяйского пса, Виктор Семёнович отчитывает мальца, чуть не сбившего его с ног, пока остальные мальчишки носятся вокруг дома, играя сразу двумя мячами, доставшимися имениннику в подарок, а Олег следит за мангалом, Евгения была готова признать, что нахальство — пусть и не самая благородная её черта, но одна из самых полезных. Как удачно всё сложилось! Все общаются, довольный Гришка в центре внимания, окружён родными и друзьями, а когда праздник закончится, они вернуться в чистую квартиру!

«Замечательный день! — радостно заключила Женя, упиваясь окружающей обстановкой. Волна счастья так захлестнула её, что пришлось прикусить щеку, чтобы вернуть себе ясность восприятия и не допустить слёз счастья. — А ведь я сегодня трезвый водитель, с чего меня так накрыло?»

Обдумать, чем вызвана её такая слишком сентиментальная реакция, она не успела, отвлёкшись на подошедшую к ней тёзку. Свадьба Алексея выпала на вторую неделю их отдыха, и как бы Женя не была близка с младшим братом бывшего мужа, переносить отпуск ради того, чтобы встретить у дворца бракосочетания новоявленную чету Майоровых, она не стала. Зато по прилёту они с Гришей потащили Руслана в гости, чтобы поздравить молодую чету. Таким образом, отношения после того, как Женя перестала числиться Майоровой, не испортились, и от родни Гриша не отдалился.

Пока две Евгении вели светскую беседу, где-то в городе проснулся Андрей Майоров и стал восстанавливать в памяти события позднего вечера с приступом боли неизвестного происхождения и ночи, когда врачи ему объяснили, что дело в образовавшимся у него в почке камне, который неожиданно дал знать о своём наличии практически на выходе из мужского организма. Ещё в карете скорой он успевает вызвонить Софью, которая оказывается рядом с ним в палате, как только ему ставят обезболивающий укол. Она бледная и напуганная сжимает его руку, дрожащими пальцами гладит по голове и шепчет, что они со всем справятся. А он в эйфории от того, что остался жив и больше не задыхается от боли, чересчур обогащает мозг кислородом и начинает болтать о будущем, с которым уже успел мысленно попрощаться, решив, что не переживёт эту ночь.