Разбитная разведёнка (СИ) - Балер Таня - Страница 23

Встретив и полюбив Женю, Андрей не перестал замечать других женщин, но изменять ей был не намерен и даже чувствовал нелепую обиду за то, что она, казалось, не замечает интереса к нему и не показывает свою ревность. После рождения Гриши ему даже хотелось объяснить жене, как ей повезло с мужем, который не реагирует на призывные взгляды симпатичных коллег, продавщиц и соседок.

В тот день после работы Андрей помянул тестя в баре, с трудом доехал до дома, по счастливой случайности не попав в аварию, и всего лишь на пару минут позволил себе расслабиться. Ему просто нужно было заглушить чувство вины от того, что не поехал к жене и сыну и толком не простился с Сергеем Чирковым. А то, что вместо друга, готового выслушать, рядом оказалась соседка, готовая на всё, он не виноват.

— Дядя Лёша доказал, что разговаривать и гримасничать с набитым ртом не только некрасиво, но и опасно для жизни. — объяснила сыну происходящее Женя, возвращая бывшего мужа в реальность.

Андрей не знал, стоит ли им обсудить появление на пороге дома Маши, или не нужно напоминать Евгений о случившемся и просто радоваться, что она не задаёт вопросов, на которые он не хочет отвечать даже себе самому. Выбрать правильное решение он не успел, потому что Женя объявила, что праздник удался, и им с Гришей пора домой.

15. Хорошая подруга и интуиция

Кепка из мягкой кожи стоила столько же сколько курточка и резиновые сапоги Гриши. Но гардероб своего растущего сына Женя обновляла в компании его отца, который, явно чувствовал себя неуверенно плетясь за ней по торговому центру, несколько раз делал попытки заговорить, но сам же сбивался с мысли, мялся и в итоге бормотал только о том, что сам за всё заплатит. А так как из её бюджета сумма на новые вещички ребёнку уже была отложена, то Евгения без лишних раздумий потратила их на себя.

Кепка-фуражка тёмно-шоколадного цвета была не особо практичной, но очень стильной. Отправив селфи в новом головном уборе Саше, Женя получила восторженную оценку. Подруга назвала её образ дерзким, и это окончательно убедило женщину в том, что покупка была верным решением. Просмотрев погоду на следующую неделю, Евгения улыбнулась, поняв, что скоро они с сыном будут щеголять в обновках.

Во вторник и четверг Гришу с садика забирал дед, отвозил его в бассейн, а после занятия привозил домой и сдавал усталого ребенка в Женины руки. То ли заразившись энтузиазмом бабушки с дедушкой, то ли просто не желая расстраивать Виктора Семёновича, но Гриша продержался сентябрь и неделю ноября, а потом как-то вечером, вернувшись с очередного посещения бассейна, обратился к маме:

— Не все умеют читать в моей группе. Я у тебя умный и послушный сынишка.

Женя поняла, что её хитрый мальчик повторяет услышанную фразу, и после напоминаний о том, как ей с ним повезло, последует какая-то просьба.

— Чтение, Тоня и плавание — меня на всё не хватит. — всем своим видом показал усталую печаль ребёнок.

— Не хватит. — кивнула Женя и серьёзно спросила. — И что же будем делать?

— Совсем перестать читать не могу. А то забуду, и в школе опять придётся учиться. Тоня без моего присмотра ведёт себя просто безобразно! — смешно всплеснул он руками. — Придётся бросать плавание.

— Совсем бросать? Может, уменьшим количество занятий до одного раза в неделю? — предложила Евгения компромисс. — Скажем дедушке, что тебе нужно готовиться к празднику осени.

— Соврём? — спросил довольный Гриша.

— Нет, это ведь правда. Стих тебе не дали, но поделку то принести нужно.

Женя не обладала особыми талантами и, держа в руках шишки или листьями, видела перед собой в лучшем случаи дары природы, а не просто мусор. Вдохновение для занятий творчеством эти природные материалы у неё не вызывали, и похоже, отсутствие тяги к рукоделию она передала и своему ребенку, который услышав о том, что ему нужно создать что-то для осенней выставки, недовольно скривился.

Зато подобный вид самовыражения хорошо получался у Андрея. В доме Майоровых всё ещё храниться умилительный ёжик из кедровых шишек и лебедь, которых он создал в младших классах, и Женя бы не удивилась, узнав, что каждый год бывший муж тайно собирает гербарий.

На следующий день была пятница, отведя сына в садик, Женя получила от воспитательницы напоминание о том, что в среду пройдёт утренник, а подделку из природных материалов, желательно сдать в понедельник.

Первая часть рабочего дня тянулась медленно и за это время она успела несколько раз тяжело вздохнуть, задумавшись о том, что в выходные, гуляя с таксой, придётся рыскать в поисках этих самых материалов, а потом и изваять из них что-нибудь.

По-хорошему, Женя могла бы подкинуть ребёнка в дом Майоровых, а заодно и озвучить задания для понедельника, но делать этого она совсем не хотела. После празднования Гришиного пятилетия, у неё появился невидимый, но ощутимый барьер. Стоило ей подумать о том, чтобы оставить сына в доме, где живёт Андрей, она чувствовала дискомфорт, который, казалось, охватывал все её тело. От одной мысли мышцы шеи и спины напрягались, а локти начинали подозрительно чесаться, и было не понятно нервы это, или какая-то болезнь. Гришу прятать от родственников Евгения из-за этого конечно не стала, но теперь он проводил у них один выходной в две недели, а все остальные встречи с родителем происходили на территории их квартиры или во время развлекательных прогулок по городу.

А после обеда на Женю обрушилась тьма документов, с которыми нужно разобраться сегодня, не откладывая до понедельника. Если не успеет всё проверить до вечера, то завтра ей самой придётся мотаться по городу с документацией, чего делать совершенно не хотелось. А значит, сегодня вовремя забрать сына из сада она не успеет.

Теперь, когда ей и так предстоит неприятный разговор со свёкрами о том, что занятия плаванием не вызывают у Григория воодушевления, и он предпочтёт пыхтеть над книжкой, с трудом вспоминая нужные буквы, чем проводить это время в бассейне с Виктором Семёновичем, она ещё и вынуждена просить Андрея или его родителей о помощи.

Помня, что по пятницам, бывший муж обычно задерживается на работе, Женя, прихватив с собой сумку, вышла из кабинета с намерением позвонить тёте Оле. Она уже достала телефон, когда увидела, как мимо пробежала одна из фитнесс-тренеров, и только после этого вспомнила, что теперь в её жизни есть ещё один человек, на чью помощь она может рассчитывать.

В поисках Саши Женя обежала весь клуб, заглянув в каждый зал и найдя её, приветственно улыбнулась сутулому дылде, которому подруга помогала делать растяжку, и прямо выложила свою просьбу.

— Без проблем. Мы закончим в пять. — кивнула она на своего подопечного. — и я Гришу заберу. Только если меня примут за воровку детей, ты должна будешь освободить меня из тюрьмы.

— Спасибо, спасибо, большое спасибо! Я в сад позвоню и о тебе предупрежу. — пообещала Женя, протягивая подруге ключи от своей квартиры.

Успокоенная тем, как удачно всё получилось, Евгения ушла в работу и, только покинув клуб в половине девятого вечера, вспомнила, что дома её ждёт Саша, которая ещё никогда не проводила так много времени наедине с ребёнком.

Заскочив в автобус и прижав к уху телефон, Женя ждала, когда подруга ответит на вызов.

— Привет, мы уже возле дома. — услышала она Сашин бодрый голос.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Тоню выгуливаете? — предположила Евгения.

— Ой! А надо было? Сейчас выгуляем. — произнесла Александра и, не дав на это заявление ничего ответить, отключилась.

— Это петушок из сказки! Мы просушили листочки, сделали крылья и хвост. А голова и тело из шишек! Пластилина у нас не было, всё держится на тесте, но есть его нельзя! — подпрыгивая на месте, объяснял Гриша, пока Женя разглядывала фигурку, стоящую на тарелки из чайного сервиза, которую она раньше у себя в доме не видела.