Разбитная разведёнка (СИ) - Балер Таня - Страница 57

Пощупав карманы джинсов и ветровки, которую так и не сняла, вернувшись с прогулки, телефон Женя не нашла.

Аппарат был обнаружен в спальне, правда разблокировать его не получилось, по причине севшей батареи.

И только в этот момент Евгения вспомнила, как еще утром, заметив низкий заряд, подумала о том, что нужно поставить телефон на зарядку, чтобы он не отключился, пока она будет у Михаила.

Через минуту Женя просматривала пропущенные от Боброва, а потом вызывала такси.

— Телефон опять сдох, зарядное устройство не одолжишь? До тебя ехать десять минут, а дворами за минут двадцать дойти можно. Привет.

Выпалила Евгения, увидев Боброва.

— Привет. Я купил швабру. У меня есть пылесос, но я решил, что если приглашаешь гостей, полы стоит еще и вымыть. — сказал Михаил, пропуская её в свою квартиру.

У Миши было несколько тем для разговора с отцом: работа, учеба (сейчас он заканчивает тот же ВУЗ, что и его отец тридцать с лишним лет назад) и дед, который уже вышел на пенсию, но не переставал быть судьёй, давая консультации.

А еще мужчин Бобровых связывал фамильный рецепт мяса, который передавался от отца к сыну. Еще с юных лет всякий раз, когда Миша приезжал к отцу, они вдвоем шли за покупками, долго выбирали самый лучший кусок, потом мариновали его в течение нескольких часов и жарили.

Мишин дедушка с гордостью рассказывал мальчику, что после того, как он приготовил бабушке мясо по рецепту, доставшемуся ему еще от своего отца, она согласилась выйти за него замуж.

В молодости бабушка была фигуристой дамой, а с возрастом ее формы увеличились, поэтому маленький Миша считал, что с дедом она живет, только чтобы вкусно есть.

Звать Женю замуж Михаил не собирался, но с вечера замариновал мясо и все утро метался по квартире, желая произвести на гостью хорошее впечатление. Всё было готово, а она не пришла.

Помня, о том, как трудно женщинам обойтись без опозданий, Михаил выждал почти час, прежде чем звонить Жене с вопросом, всё ли в порядке. Она не ответила.

Спустя пятнадцать минут он снова позвонил, решив предложить свою помощь и вызвать для нее такси. Но на звонок снова не ответили. В третий и четвертый раз произошло то же самое.

Через два часа от назначенного времени, к которому Женя должна была прийти, понурый Миша, напомнив себе, что мужчины не должны обижаться, ел остывшее мясо, поглядывая на вино, купленное для гостьи.

Однако, окончательно ставить точку на сегодняшних планах, признавая, что Женя его совершенно невежливо динамит, не хотелось. Поэтому Бобров лениво строил предположения о событиях, которые могли вынудить Евгению забыть о том, что ее ждут на обед.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Конечно, он не надеялся, что она заболела и попала в больницу. Но вот потерянный телефон, а с ним номер и адрес Миши, всё бы объяснил. Или нерадивые соседи сверху, которые затопили Женину квартиру, из-за чего все это время она спасала свое имущество, позабыв, что ее где-то ждут.

Если все именно так, то Миша обязательно поможет и мужской силой, если нужно что-то подправить своими руками, и с соседями разберется.

А потом Евгения появилась на его пороге, но причина, по которой она задержалась почти на три часа, уже не казалась важной.

"Расстроенная, может даже плакала. — сделал вывод Михаил, глядя на спину своей гостьи, пока она обследовала его жилище. — Женя из тех, кого нужно обнять и пожалеть, или из тех, кто не желает показывать слабость, и поэтому нужно делать вид, что не замечаешь ее поникшего вида? Вот Алина лицом, и голосом показывала, что: либо нуждается в утешении, либо в одиночестве. — подумал Бобров, и сморщился, вспомнив, чем закончились отношения с бывшей.

— Я вино нашла, угостишь? — выдернул Мишу из размышлений Женин вопрос.

— Конечно, я его для тебя и купил. Ты голодная? Сейчас салат нарежу, еще есть мясо. По семейному рецепту.

— Но задёрнуты шторы и разложен диван, — пропела Женя слова известной песни, рассматривая комнату, которая служила хозяину и гостинной, и спальней.

— Лучше сложить? — спросил Миша и предупредил. — Спинка у него жесткая.

К дивану был пододвинут журнальный столик, накрытый большими красивыми салфетками, да и никаких разбросанных вещей Евгения не заметила, сделав вывод, что к ее приходу подготовились.

"А на мне даже лифчика нет." — вспомнила она о том, что так и не переоделась. Но у нее и так сегодня выдался переживательный день, поэтому беспокоиться еще и по поводу недостаточно привлекательной одежды она не стала.

— Нам как раз разложенный и нужен. А теперь давай принесем сюда еды, а то если я буду пить натощак, то вместо домогательств, стану жаловаться на жизнь, а потом усну.

— Домогательств? Ты уже намерена ко мне грязно приставать? Это я еще тебя мясом по рецепту Бобровых не угощал, после него ты себя и вовсе контролировать перестанешь.

Никакого взрыва эмоций и сжигающей страсти в этот вечер не случилось. Но было хорошо.

Вкусная еда, приятное вино, которым даже не пришлось делиться, потому что Миша цедил бутылочку пива. Утолив голод, Женя упала на спину и уже лежа, наблюдала за тем, как добросовестный Миша убирал посуду.

Вернувшись с кухни, он отодвинул столик, коленями встал на диван и обвел распластавшееся перед ним Женино тело глазами. Видимо, уведенное ему понравилось и через мгновение путь по ее плечам, рукам, бедрам и вниз до лодыжек он проделал уже не взглядом, а ладонями. Но как это обычно бывает, сразу расстегивать ширинку он не стал, а для начала осторожно стащил с Жени носочки. Потом опустился на диван рядом с ней и обнял.

Мишины руки были меньше, чем у Андрея, сейчас особенно было заметно то, что он субтильней её бывшего мужа. И он был не таким теплым, как он. Холода Евгения, конечно, не чувствовала, но она помнила, как в объятьях Майорова быстро согревалась. А потом Женя дала себе команду: "Не сравнивать!", разомкнув губы, сама обняла Мишу за шею и поцеловала Мишу.

Теперь Евгения не чувствовала беспокойства, думая об учителях "постарше", которые научили Михаила так целовать. Медленных движений его языка у нее во рту, и пробравшихся ей под футболку ладоней хватило на то, чтобы она почувствовала возбуждение и желание поторопить его с раздеванием.

К счастью, мужчина и сам больше не мог сдерживаться, и Жене не пришлось воплощать в жизнь свои намерения о домогательствах. Резко поднявшись, Миша стащил с себя футболку, а следом и домашние брюки вместе с трусами. Одним движением он откинул свою одежду в сторону и проделал то же самое с Жениными джинсами и бельём. Тратить время на любование друг другом они не стали, и мужчина, устроившись между её гостеприимно раздвинутых коленей, накрыл собой Женю, одновременно проникая в неё.

"Медленно или быстро? Скорее, размеренно" — решила Женя, анализируя случившееся. Она насчитала одиннадцать плавных и глубоких толчков, прежде чем руки нависающего над ней Миши затряслись, и она почувствовала его освобождение. Но никакого разочарования Женя не испытала. Ей было нужно почувствовать человеческое тепло и ощутить свою нужность — и она получила то, что хотела.

— В фантазиях это происходило дольше. — признался Миша, быстро восстановив дыхание. — И происходило всё в моей машине.

— Звучит интересно.

— На улице уже темно и если дома тебя не ждут…

— У меня выдался доооолгий день, — протянула Женя.

— Сейчас постельное расстелю. — мгновенно отреагировал Михаил, вставая с дивана и протягивая руку Жене.

Поднявшись с его помощью, она уединилась в ванной, чувствуя себя комфортно в одной футболке.

Когда Женя вернулась, стоящих у постели Бобров спросил:

— Восемь вечера. Будем спать?