Наследство для безумцев (СИ) - Малахова Валерия "Валерия_Малахова" - Страница 24

В глазах Скорпиона снова вспыхнули весёлые огоньки:

— Знаешь, обычно слухи лгут. Но не в этот раз. Чистейшая правда — в тюрьме тебе не место. И кормят там действительно паршиво. Но есть способ этого избежать.

— Неужели? Не поделишься?

Кайл лениво усмехнулся:

— Поделюсь, почему же нет? Мы можем рассказать людям красивую сказку. Сказки людям обычно нравятся, если они действительно хороши, недаром сказители на них так зарабатывают. Ну, скажем, когда-то давно, ещё когда Советник Амбиогл был молодым дворянином, вышвырнутым из дома презренным старшим братом… я ведь правильно излагаю, именно «презренным»?

— Продолжай, — почти против воли улыбнулась Джамина. — Пока у тебя выходит неплохо.

— Вот именно в ту пору бедолага Амбиогл познакомился с небогатым, но несомненно благороднорожденным человеком, оказавшим будущему Советнику неоценимую услугу. Какую-нибудь, позже придумаем, что же там за услуга такая была, что даже вознесясь до небес, Амбиогл её не забыл. Хотел отплатить по-царски, но друг его оказался человеком скромным, сидел себе в глухой провинции, был всем доволен, в падашерские интриги и дрязги ввязываться не желал. И тогда Амбиогл написал ему, что в благодарность за ту самую услугу жаждет с ним породниться — дескать, у него есть дочь, а у благодетеля подрастает сын, в отличие от отца, мечтающий о карьере в большом городе, так почему бы и нет? Переписку подделать не проблема, в Гадюшнике специалисты есть.

— Я сама… — Джамина осеклась было, но затем взяла себя в руки и твёрдо закончила: — Если мы договоримся, то я справлюсь сама. Почерк отца я прекрасно умею воспроизводить, различий никто не заметит.

На лице Скорпиона внезапно расцвела обворожительная улыбка:

— В самом деле? Благороднорожденная госпожа, я и не подозревал наличия у вас стольких достоинств! Конечно же, если возможно обойтись своими силами, то посторонних в это… семейное дело втягивать не следует. Если не секрет: Советнику Амбиоглу об этих талантах старшей дочери было известно?

— Было! И во имя Хольтара, хватит перебрасываться шпильками! Дай мне всё обдумать

Кайл с нагловато-ласковым выражением лица развёл руками, показывая, что не собирается мешать будущей невесте. А Джамина внезапно осознала, что всерьёз восприняла предложение бандита и даже размышляет, как осуществить его с наименьшими потерями для имущества семьи и репутации. А почему, собственно говоря, нет? Это куда лучше, чем ловить объедки со стола Куддара!

Так, нужно прекратить пороть горячку и взяться за дело с холодной головой. На первых порах совершенно точно следует сделать вид, будто во всём покорилась Кайлу Скорпиону. В конце концов, она связана и находится в полной его власти! А вот когда он развяжет её, а ещё лучше — ей доверится…

Да, лучше подождать сладкого момента свободы, прежде чем начать действовать. Когда у Джамины будут развязаны руки — во всех смыслах этого слова! — вот тогда возможны… варианты. Вплоть до выдачи тела Скорпиона… и его пособников, если придётся… городской страже. Вместе с душераздирающей историей о мести убийцы роду Хафесты. Если же удастся связать бандита с Куддаром — тогда можно броситься в ноги Правителю Падашера с очередной байкой. Ну не одной же Далре их сочинять!

Вдоволь насладившись этой мечтой и вернувшись в суровую реальность, Джамина вновь заговорила:

— Роль отпрыска этого небогатого, но несомненно благороднорожденного господина ты, надо думать, оставил за собой?

Кайл, начавший было беспокоиться — уж больно блаженная улыбка блуждала по губам девушки — встрепенулся и кивнул:

— Несомненно. Ты надеялась на что-то иное?

— Надеялась? — Джамина выгнула бровь. — Я просто уточняю детали. Ну, если ты желаешь стать моим мужем, то помимо расписки Амбиогла тебе понадобится либо живой и достаточно здоровый отец-дворянин, плюс, двое благороднорожденных свидетелей его (а заодно и твоего) происхождения, либо гербовая бумага, подтверждающая твои права на титул и заверенная по всей форме. Сможешь что-нибудь подобное достать?

— Запросто, — заметив удивление собеседницы, Кайл весело подмигнул. — Сидел я однажды в таверне, выпивал и думал: «А неплохо бы тебе, Скорпион, заиметь благороднорожденного папашу!». Сказано — сделано. Был такой себе Сагеил, сын Увлара, может, слыхала?

Джамина нахмурилась, роясь в памяти:

— Не припоминаю, извини.

— Да я и не надеялся… Это мелкопоместный дворянин из земель под Фаралуном. Ничего такого, о чём можно поэму сложить или хотя бы в налоговой ведомости провинции упомянуть. Пьяница горький, долгов больше, чем шелков, поместье перезакладывал раза три, но человек в целом неплохой. Жену сильно любил, пока жива была — ещё держался как-то, а когда она ушла к Умбарту, запил по-чёрному, хозяйство запустил, на упрёки родственников посылал их в дальние края и тому подобное. Полтора года назад последовал за женой в царство мёртвых. Несчастный случай — с лошади свалился. Нечего в седло лезть, когда ноги на земле толком не держат… — Кайл невозмутимо поигрывал бокалом. Тёмно-красное вино колыхалось, будто свеженацеженная венозная кровь.

— Поучительная история, — Джамина почувствовала, как по спине бегут мурашки. Держаться становилось всё сложнее. — И какое отношение к этому Сагеилу имеешь ты?

— Самое прямое, — прозвучало двусмысленно, и бандит эту двусмысленность и не собирался ретушировать, скорее, подчёркивал и позой, и ленивыми жестами, и голосом. — За пару недель до смерти помянутый Сагеил составил бумагу, заверенную в присутствии всех положенных свидетелей, в том числе родного брата усопшего — впрочем, тогда он усопшим ещё не был, даже не собирался… В общем, составил бумагу. В ней он признал, что некий Кайл, сын вдовы моряка, является на самом деле его единственным сыном, зачатым по молодости и дурости — ну, в бумаге не так сказано, само собой, там всё возвышенно и благородно, как полагается. Наследства помянутому Кайлу не положено, зато можно прибавлять к своему имени родовое, и титул переходит к нему, а у младшенького братца остаётся имущество и какой-то там титул по его, младшенького, матушке. Всё по закону.

— А почему ты отказался от имущества? — приподняла бровь Джамина. Её колотило — впервые в жизни она сталкивалась с таким неприкрытым цинизмом, с таким ледяным пренебрежением к чужим жизням, с таким… откровенным злом. О, Хольтар, неужели ей и впрямь предстоит сотрудничать с этим человеком? Да человек ли он — может, демон из свиты Эсамель Изменчивой?

В любом случае, следовало отвлечься на что угодно — пусть даже на имущественные вопросы, связанные с незнакомым ей человеком.

Кайл пожал плечами:

— Ну, во-первых, там были одни долги. Во-вторых, надо же мне было чем-то заманить младшенького! Удивительно, как много для некоторых значит старая полусгнившая усадьба. Родовое гнездо, ни больше, ни меньше… Слушай, прекрати трястись! Или тебе снова как-нибудь помочь прийти в себя?

— Нет уж, спасибо, — поспешно ответила Джамина. Способы приведения в себя у бандита были уж больно… бандитскими. Но, кажется, её слова привели к противоположному эффекту: Скорпион залпом допил вино и подошёл к пленнице. Та закусила губу, попыталась отодвинуться, но верёвки больно впились в тело и не пускали.

— Тебе так неприятны мои прикосновения? — мягко осведомился Кайл.

— Вообще-то… да. Я не привыкла к тому, что меня касаются мужские руки. Вдобавок, я уже в полном порядке, не надо меня… утешать.

— Утешать… — тон, которым бандит произнёс это слово, заставил Джамину вскинуть голову: Кайл говорил так, словно смаковал вино… или некую шутку, понятную ему одному. — Ну что ты. Утешать я тебя точно не собираюсь.

И не успела Джамина облегчённо выдохнуть, как её мучитель добавил:

— То, что я сделаю с тобой, называется совершенно иначе.

Слова замерли у девушки на губах. Тех самых губах, которые теперь легонько обводил указательный палец правой руки Кайла.

— Жаль, что мои прикосновения тебе не нравятся. Хотя, признаюсь, в чём-то ты права: пощёчина — не лучшее начало для близкого знакомства. Наверное, нужно попросить за неё прощения.