Королева их сердец (СИ) - Эванс Найн - Страница 29

- Почему я ничего не слышала о вашей свадьбе? – негодует Блохина. – И не получила приглашения на свадьбу, - мотает она головой. – Такое событие просто нельзя было пропустить. Дедушка был бы счастлив, что его любимая внучка, наконец, решила повзрослеть и перестала играть в патриарха семьи.

После всего произошедшего и общения с новыми людьми не из привычного круга я понимаю, сколь многого не замечала. Неужели Лариса Михайловна всегда была такой поверхностной? Раньше она никогда не заикалась о том, что мне надо найти себе мужей и строить семью. Никогда я от неё не слышала и слова против желания встать во главе семьи и вести Воронцовых вперёд, как мой дедушка. И да, она ни черта не знала деда, если думает, что он был бы счастлив, стань я чьей-то женой. 

- Всё произошло слишком быстро, - берёт Денис меня за руку, прося тем самым посмотреть на него. – Мы встретились взглядами и больше не сумели расстаться. Это было сильнее нас. 

- Ох, это так мило, - обмахивается Блохина веером, прогоняя прочь фальшивые слёзы умиления. – Я всегда знала, что ты встретишь достойного мужчину, Мия, - хихикает она как девчонка. – Но не думала, что их будет сразу двое. 

Это не такой уж большой нонсенс в нынешнем мире. Мужчин больше, чем женщин, и так получается, что у вторых есть выбор. Правда, в кругах аристократов подобное не приветствуется. Страшный моветон – делить жизнь сразу с двумя супругами. И не все мужчины готовы отказаться от своей фамилии, чтобы войти в семью. Отсюда начинаются основные проблемы. 

- Мы предполагаем, а жизнь располагает, - выдаёт Стас самую банальную из фраз, чем приводит наших собеседников в дикий восторг.

Притворство сочится из них бурным потоком. Почему дедушка не замечал этого? Или он видел, но предпочёл держать Блохиных рядом, дабы суметь повлиять на них в случае чего?  В этом есть смысл. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Пусть враги ещё и не подозревают о своём статусе в твоих глазах. 

Очень скоро вокруг нас собирается небольшая толпа. Почти всех я узнаю и продолжаю представлять Дениса со Стасом. Очень скоро они совсем расслабляются и участвуют в разговорах куда охотнее, завладевая вниманием собравшихся. Всё же в обаянии им не откажешь.

В какой-то момент ловлю себя на мысли, что держусь за мужчин крепче, особенно замечая заинтересованные взгляды других женщин. И это ни в коем случае не ревность. Я доверяю Кулагину с Беловым, а вот женщинам нет. У них довольно много уловок и с каждой надо быть настороже. Нам не нужен никакой скандал. 

Среди гостей я вижу Чичагину с матерью. Мы встречаемся глазами, и она тут же отворачивается, и скрывается из виду. 

- Что случилось, сладкая? – тихо спрашивает Денис после того, как я едва дёргаю его за руку.

- Помнишь девушку из клуба, - шепчу ему.

- Помню, - не уточняет он.

- Я видела её только что… Она ничего не сделала, - не понимаю. – Её семья не упустила бы возможность устроить сцену. 

- Мы обо всём позаботились, сладкая, - целует Белов меня в щёку. – Тебе не о чем беспокоиться. 

Собираюсь задать следующий вопрос, но решаю попридержать его до следующего раза. Если всё решено, то мне, и правда, нужно подумать о важном. О важном шаге, который меня ждёт совсем скоро. 

Медленно, но верно народ начинает напиваться. Официанты едва успевают обновлять подносы с едой и напитками. Никакого праздничного ужина тут не предусмотрено, а вот алкоголь льётся рекой. Что, несомненно, на руку хозяину вечера и нам. Первый радуется, что люди не заметят шероховатости приёма и минусы, а мы довольны пониженной внимательностью.  

- Я пойду, - приподнимаюсь на носках и шепчу Кулагину на ухо. 

Он продолжает улыбаться своему собеседнику, и, посмотрев на меня, едва заметно кивает.

- Будь осторожна, - просит Стас. 

- Я сама осторожность, - чмокаю его в щёку, заставляя половину женщин умилённо выдохнуть. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Простите, мне надо отойти, - извиняюсь перед собравшимися. 

- Я провожу тебя, дорогая, - Денис берёт меня под локоть и уводит в сторону от толпы. – Ты готова? Если нет, то всё нормально. Никто из нас не обидится и не…

- Я сказала, что всё сделаю, - обрываю Белова и, развернувшись, тяну его вниз для крепкого поцелуя. – Продолжайте со Стасом быть милыми котиками, и тогда всем будет наплевать на то, что я куда-то отлучилась.

- Нам не наплевать, - произносит Денис серьёзно. 

И я читаю это в его взгляде куда яснее, чем в любых красноречивых речах. Пусть поразит меня молния, если он не говорит серьёзно. 

- Я знаю, - касаюсь его щеки ладонью. – И ценю это. 

Глава 33

Это только в фильмах про легендарных шпионов, что в любое логово проникают, с помощью зубочистки убивают и ядерную бомбу на последних секундах обезвреживают, может быть просто пробраться в комнату. Ни о какой реалистичности тут и речи не идёт. 

Но на самом деле пройти в жилые комнаты не так уж и сложно. Вся прислуга занята тем, что следит за гостями и ловит каждый взгляд хозяев, дабы им не влетело после. И отыскать кабинет в этой веренице коридоров и дверей не составляет труда. Правда, электронная отмычка не с первого раза сработала. В какой-то момент мой слух уловил шаги за углом, и я подгоняла электронику работать быстрее. Ввалившись в кабинет и, прикрыв за собой дверь, я привалилась к ней, прислушиваясь к шагам. Никого нет. Наверное, показалось. 

Кабинет Ходкевича почти не отличается от рабочего кабинета моего отца в офисе. Похоже, у них был один дизайнер, у которого отсутствует фантазия. Но мне такой расклад только на руку. Таким образом, я точно знаю, где находится сейф и какой он модели. Правда, притрагиваться к нему не придётся. 

- Бинго, - улыбаюсь я, открыв первый ящик рабочего стола. – Глупо, господин Ходкевич, - не удаётся мне сдержаться от злорадного комментария. 

Я собираюсь покинуть кабинет, когда снова слышу шаги в коридоре. Увы, в этот раз мне не мерещится. Шаги всё ближе, так же, как и голоса. Рыщу глазами по комнате в поисках убежища. Почему в кабинетах нет ванны или хотя бы кладовой…

- Рад, что вы смогли прийти, дорогая, - раздаётся голос Ходкевича после того, как хлопает дверь.

Прижимаю ладонь ко рту и стараюсь сжаться под столом до размеров молекулы и умоляю небеса, чтобы он не подошёл ближе. 

- Вы же знаете, что мой отец всегда считал вас своим другом. 

Амелия? Голос сестры я узнаю, где угодно. Что она здесь делает? Наша семья никогда не имела дел с Ходкевичем. Дед был категоричен в этом, и я думала, что отец понимает всю важность данного запрета. 

- Жаль, что самодурство моего деда помещало сотрудничеству наших семей, - продолжает Лея. 

От этих слов я чуть не выпрыгиваю из-под стола. Мне хочется увидеть лицо сестры, когда она говорит о дедушке подобные вещи. Как у неё только язык поворачивается? И кому она это говорит? Человеку, который запятнал себя не хуже нашего отца. Ходкевич не имеет понятия о чести, как и мой отец. 

- Передайте отцу, что он может быть спокоен, - посмеивается мужчина. – Пока бумаги у меня, Короли ничего не смогут сделать. 

- Вы уверены, что они находятся в надёжном месте? 

Подтягиваю подол платья ближе к телу. Зачем вообще я надела это платье? Могла бы ограничиться брюками. В штанах сподручнее грабить чужие кабинеты. 

В поле моего зрения попадают носки мужски ботинок. Слышен звук выдвигаемого шкафчика. 

- Всё там, где и должно быть, - звучит голос Ходкевича довольно. – Им придётся постараться, чтобы проникнуть сюда. 

Как хорошо, что я убрала всё на место. Надеюсь, после ухода он не запрёт ящик. Иначе с обычным замком моя отмычка не справится. 

Они ещё недолго разговаривают о каких-то повседневных мелочах, а затем уходят. Я не вылезаю из своего укрытия, отчитывая про себя две минуты. На сто двадцатой секунде, наконец, выбираюсь, но продолжаю медлить еще недолго.