От себя не убежишь (СИ) - Цай Ольга - Страница 2

* к\ф «Семнадцать мгновений весны»

— 2-

Перескакивая лужи в своих любимых, но к сожалению, не резиновых кроссовках, ринулась перебегать дорогу. Как учили в детстве: повернула голову налево, повернула голову направо и ринулась. И откуда? Откуда она вынырнула? Как в замедленном фильме из-за стены дождя появились фары. Они неслись на меня с какой-то бешеной скоростью. Вместо того, чтобы отпрыгнуть мой инстинкт самосохранения просто отключился и предложил мне простой выход из ситуации — зажмурить глаза. Визг тормозов, тишина….Жива? Не жива? Глаза открыть страшно. Хлопок двери и рядом голос. Мужской такой, взволнованный и одновременно злой голос.

— С Вами все в порядке?

Жива, — мелькнуло в голове. И я медленно открыла глаза, удостоверилась еще раз, что все таки да, еще живая и даже может местами невредимая. Мой взгляд сфокусировался на мужчине, который продолжал неистово что-то мне вещать. А я стояла в оцепенении и ничего не могла ответить. Что говорил? Да не слышала я ничего, но что-то, что мне бы явно не понравилось, судя по тону.

Тут открылась водительская дверь автомобиля и вышел еще один пассажир — мужчина, рассмотреть его в сумерках было тяжело, да еще и эти несчастные фары слепили по чем зря.

— Ты совсем отмороженная? Жить надоело? Какого хрена творишь, дура? Если с головой плохо, для таких как ты есть спец. учреждения. Или тебя только выпустили? — внезапно заорал незнакомец.

«Хммм мне показалось или я уловила акцент?» — отрешенно подумала я.

А меж тем, он подошёл ближе, продолжал надрывать свои голосовые связки. А я… я просто зависла, разглядывая этого потрясающего мужчину. По-моему, если собрать весь тестостерон в этом городе, а может и не только, и создать одного мужчину, это будет ОН. Гнев и ярость не портили его, напротив создавали образ праведного мстителя. И фантазия куда-то ускакала, абстрагируя меня от происходящего.

***

Какого хрена!? Я ей вещаю, а она молчит! Стоит, глазищами своими хлопает, а меня трясет: ушел шок, уступив место неконтролируемому гневу, ещё бы, кому охота получить проблемы на пустом месте?!

— Ты немая? Или с ушами проблема?

Продолжает молчать! В шоке что ли? Она в шоке? Она? Хотелось ее встряхнуть, чтобы выбить хоть слово, чтобы глаза свои отвела. Надо уезжать отсюда, пока в руках себя держу. Еще того и гляди насилие инкриминируют.

— Твою ж….! Олег погнали, ну ее на хрен, набросится чего доброго! Дура сумасшедшая!

И они двинулись к автомобилю.

***

Ух какой голос, прям ух….Стоп! Что он сказал? Дура? Сумасшедшая? Совсем охренел что ли? И тут я вышла из ступора. Отпустило видать шоковое состояние, а на смену ему пришла злость. Я редко злюсь, но если меня выбесить… И понеслось:

— Это я дура? Ты — ушлепок! Кто тебе выдал права, дерьма кусок? Если хочется гонять, езжай на трек, а езду по дорогам оставь нормальным людям. А ещё лучше, пересядь на метро. Хотя нет, таких как ты надо изолировать от нормальных граждан, ты ж и в метро столкнешь кого-нибудь под поезд. Троллейбус тебе в помощь, и то ближе к полуночи, когда все адекватные люди сидят по домам и нет шанса встретится с таким дебилом, как ты!

Не заметила, как подскочил и навис надо мной. Глаза его мечут гром и молнии. Ноздри раздуваются, как у быка перед рывком.

— Что? Ударишь? Давай! Я тебе ещё и статью впаяю с превеликим удовольствием! — воинственно прокричала я.

— Будь очень осторожна в высказываниях, девочка! Была бы ты мужиком, ты бы ответила мне за этот словесный понос здесь и сейчас. Ты кто такая? Ты себя видела? Прежде, чем открывать рот в мою сторону, хорошенько вымой его с мылом. Жалкое подобие женщины! — презрительно окинул меня злым, прищуренным взглядом.

— Твоим родителям должно быть стыдно за тебя, воспитали хрен знает кого. Может, когда малыш достигнет умственно своего паспортного возраста, тогда научится общаться со взрослыми тетями. Желаю удачи, она тебе пригодится, — насмешливо сказала я, развернулась и пошла прочь.

***

Я не верил своим ушам. Со мной никто и никогда так не разговаривал. Но, когда она задела родителей, моя планка рухнула. Я хотел было двинуться за ней, когда Олег схватил меня за плечо и сказал:

— Алекс, плюнь ты на нее! Не в себе баба. Мало ли на улице сумасшедших. А мы и так уже опаздываем.

Вдох — выдох, вдох — выдох.

— Да, ты прав. Поехали, — резко выдохнул я и бормоча проклятия под нос, сел в машину, и скрепя покрышками, резко сорвался с места.

***

Испытывала ли я страх, находясь поздним вечером одна на дороге с двумя незнакомыми мужчинами? Нет. На тот момент я испытывала гнев и только гнев. Ну может немножечко еще интереса к этому мужчине. От него прям, как говорит моя подруга «несло мужиком», в хорошем смысле этого слова. Вот я дура! Пока его разглядывала, унеслась в фантазии, он меня опустил ниже плинтуса. Наверняка заметил мой мечтательный взгляд, смеется, наверное, теперь. Вот же ж….Отмотать бы назад, я бы еще не то высказала, не так бы себя повела, досталось бы ему. Да, я не права, нарушила правила дорожного движения, перешла не по пешеходному переходу, но это не значит, что можно меня оскорблять и поносить на чем свет стоит. Только вот с родителями я, наверное, перегнула, но он меня до одури разозлил. И вообще, никакой он не мужик после такого обращения с девушкой, а так, обычное богатенькое чмо, судя по тачке. Именно такие устраивают гонки на дорогах, именно про таких говорят: «Ему закон не писан». Хотя, может, он вобще водитель просто. Да нет, не похоже. Тут порода, а ее не спрячешь. Мда, порода, между дворнягой и догом: в душе дворняга, но со всеми претензиями на гордое название «дог». Составив его, мягко говоря, не самый красивый портрет, подняла чуть-чуть свою самооценку. Наконец-то добежала до своей «малышки», еще немного и нырну в спасительное тепло и сухость своего авто.

Вот блин! Вся до нитки промокла, бормоча проклятия в адрес ночного врага, судорожно снимала машину с сигнализации. «Малышка» — так я, любя, называю свою опель корса. Машинка не новая, ей уже девять лет, но горячо любимая. Мне ее мама с папой подарили, когда я поступила в университет на бюджет. Наша семья была самая что ни на есть среднестатистическая. Мама — бухгалтер, папа — инженер. Я из небольшого города, с населением чуть больше двухсот тысяч. Кажется много, но на самом деле, там, как в селе, такое ощущение, что все друг друга знают. Давно хотелось уехать оттуда, хотелось чего-то большего, мир увидеть. И вот, я поступила в университет, в большом городе многомиллионнике. Мои родители «на всякий пожарный» откладывали мне на обучение, а так как эти деньги не понадобились, на семейном совете было решено купить мне машинку, на какую денег хватит. Так появилась моя «малышка».

Я быстренько залезла в салон своего авто. Срочно печку на полную мощность и прогреться. Раз поворот ключа. «Чих, чих», — сказала моя «малышка». Два поворот ключа и тишина. Не заводится. Черт! Черт! Черт! Не хорошо вспоминать рогатого так много, но что ж за вечер такой. А так все хорошо начиналось. Так, надо позвонить Сереге, чтоб приехал и помог. Серега — мой давнишний приятель, друг. На все руки мастер, мне порой кажется, что не попроси — он все умеет. Гвоздь вбить — пожалуйста. Машина стиральная сломалась? — не вопрос починим. Домофон сломался? — сделаем. Настроение хреновое? — поправим. В общем, человек на которого я могу прям положиться, положиться. Итак, где мой телефон? Кое-как нахожу его на ощупь на дне моей сумки. Дело за малым. Что за…? Какого лешего? Батарея села. Еппа ма! Да я сегодня доеду вообще? Меня что, сглазили? Точнее сглазил. Даже знаю кто. Этот, с чернющими глазами, с дороги. Цвет его глаз я не разглядела, но была уверена, что он именно такой. Вспомнила его и дух перехватило. И опять сразу же злость: оскорбила его видите ли. Сам не следит за словами. Засранец! Это я еще культурно выражалась. Пусть скажет спасибо! Так, все, надо отсюда выбираться. Ну простое голосование на дороге еще никто не отменял. На всякий пожарный проверила наличие кошелька и денег в нем. А то мало ли…. Исходя из сегодняшнего «веселого» вечера, все может быть: вдруг испарился кошелек. Ан нет, все на месте. Закрыла машину. Выловила дедулю на старом рено. И домой, домой, домой. Горячий душ, чай с медом и лимоном, и спать. Машина, ее ремонт, Сережа, — все завтра.