Божий дар, или Ход конем (СИ) - Богомолова Валерия - Страница 61

Я вздохнула. Нет. Рано еще. Выяснить мотивы поступков Этаны мы еще успеем. Не к спеху. А пока — всё в порядке. Ничего не произошло, никто никого не предавал. Презумпция невиновности… Ой, что-то добрая я стала… не к добру это. Видимо, побочные эффекты от возвращения воспоминаний.

Я надела платье, — справилась и без камеристки, правда, повозиться немного пришлось, — ну да ничего, мы не гордые. Гордые мы потом будем.

И вышла в парадную залу.

Как я поняла, ждали только меня. Это хорошо. Эффектный получился выход. Все, Конечно же, тут же обернулись в мою сторону. Я приветственно кивнула. Слегка. С достоинством. Как и полагается… мне.

Этана, кажется, слегка побледнела — хотя, учитывая обычный оттенок ее прозрачно-белой кожи, не возьмусь утверждать — но все же кивнула в ответ.

Дарсинея радостно улыбнулась, но это ни о чем мне не сказало — она так улыбается всем и всегда, а если вы имели несчастье сделать для нее что-нибудь хорошее, вы обречены на почти собачью преданность — я имею в виду, во взгляде, а не на деле. На деле от Дарси мало чего стоит ожидать — больше, чем на разговоры о горячей благодарности, о возвышенных и пламенных чувствах, и на заверения в безграничной преданности, она вряд ли способна. Одно утешает — очень скоро она об этом забудет, так что мучиться вам придется недолго. Но ее радостная и абсолютно искренняя улыбка будет преследовать вас всегда, как только вы будете встречать ее обладательницу — но это не так страшно, она редко покидает свой драгоценный Дарсилон — к вящей радости всех обитателей Элантиды.

Таш… о, этот просто расцвел — шутка ли, такого красавца-мужчину столько продержать в лошадиной шкуре! Хотя, не знаю, что он так обижался — не ослом же его, в конце концов, сделали, не верблюдом каким-нибудь и, — о, это было бы ужасно! — не хряком. А — конем. Породистым. Я бы даже сказала, жеребцом. Кем он, в принципе и… ладно, не будем превращать встречу в скандал — не люблю я этого. А то, что он за моей спиной крутил с Дарси или еще с кем-нибудь — его проблемы. За то и поплатился. В коня его, между прочим, не я превратила. Здорово, кстати, она его — Дарси, беру все свои слова обратно, я тебя после этого даже как-то зауважала.

Теперь он сидел в роскошном белом наряде, с развивающейся на ветру гривой черных, как смоль, волос и, по всей видимости, чувствовал себя прекрасно. Это хорошо. Дух его не сломлен, наоборот — закален. Отлично.

Мои ребята — о, они были, как всегда лучше всех. Орк сидел донельзя торжественный, усиленно не обращая внимания на то, что сквозь зубы шептал ему Дани, видимо, задавшись целью его рассмешить. Однако при моем появлении темный эльф прекратил это безобразие, уставившись на меня, будто увидел впервые в жизни. Я еле сдержала улыбку — такое ошарашенное выражение не каждый день увидишь на лице нашего великого мага. Однако он тут же подобрался, вытянулся «по струнке», удивление сменилось здоровым любопытством, которое он задался целью удовлетворить как можно скорее. Понятно. Как только будет возможность, он засыплет меня вопросами. Я все же улыбнулась ему. На его все еще немного бледных щеках тут же заиграл румянец, звездочки в черных глазах засверкали так, что даже Корд покосился на него с плохо скрываемым удивлением. Не переживай, любопытный эльф, мой милый, мой сумасшедший Черный Магистр — ты все узнаешь, тебе даже спрашивать не придется. Я сама тебе все расскажу. Захочешь ли ты после этого идти со мной? Так же как и все вы, мои лучшие друзья, за которых я порву всех, кто встанет на моем пути… Захотите ли вы пройти по этому пути рядом со мной, бок о бок, рука об руку, как это было раньше?

Витольд — спокойный, как безбрежное море во время штиля, ты смог мне простить, что я от тебя ушла, но сможешь ли ты понять, что это совсем не из-за того, что со мной произошло? Сможешь ли ты понять, что тогда, разговаривая с тобой, я и сама понятия не имела о том, что произойдет через несколько минут? И сможешь ли ты понять, что сейчас, несмотря на то, что случилось, мне все также нужна твоя дружеская поддержка, твое крепкое плечо, на которое всегда можно было опереться, твое безграничное спокойствие и твоя мягкая всепонимающая улыбка? Теперь я в этом нуждаюсь во сто крат больше чем когда-либо… Думаю, поймешь. Я очень надеюсь на это.

Эльстан… О, прекрасный принц, твои глаза все еще переливаются всеми оттенками зеленого цвета? Но ты, я вижу, уже вполне можешь соображать, и, надеюсь, тоже правильно оценишь то, что происходит. Твой отец — мудрейший Илидор, которого я очень люблю и безмерно уважаю — он правильно воспитал тебя.

Милые мои, вас столько раз предавали, прошу вас, не сочтите за предательство то, что ваша подруга стала… той, кем стала. Она по-прежнему любит вас, вы ей очень дороги. И она нуждается в вас. Больше, чем…

Ой, как-то пафосно у меня получается думать. Когда же эти постэффекты закончатся? Я взглядом подняла солонку, стоящую на столе, пронесла по воздуху и опрокинула в тарелку Ташу. Тот вскинулся, вокруг него закружился вихрь, засверкали молнии, пробегая по черной гриве трескучими электрическими разрядами. Жаль, что пламя не вспыхнуло — задула бы его с удовольствием. Дарсинея растерянно захлопала ресницами, как всегда, не понимая, что происходит, и попыталась — впрочем, безуспешно, — успокоить своего разбушевавшегося восслюбленного, мягко погладив его по руке. Это, разумеется, не помогло, напротив, разозлило его еще больше, он вскочил… и тут же сел на место, натолкнувшись на мой насмешливый взгляд. Нет, я ничего не сделала. Но Таш как-то сдулся, сел на место, по-прежнему полыхая и заливаясь краской, но говорить ничего не стал. Странно. Обычно он на выражения не скупился. А я никогда не могла ему ответить, пасуя перед его напором, и только разводила руками. Правда, в его словах вразумительного было… ну, не то чтоб мало, но, откровенно говоря, не очень много, однако, это его не смущало. Да, чего уж там говорить, голова никогда не была его сильным местом. Но у него была сила. И не только физическая сила и, — что немаловажно, — сила магии, но и, — что я ценила в нем превыше всего, — сила духа.

Таш никогда и ни в чем не сомневался. Он действовал. И сейчас я понимаю, что иногда он все же был прав — зачастую своевременное действие, каким бы грубым оно ни было, дает большую результативность, чем самые изысканные дипломатические переговоры. Моя ошибка была в том, что я все хотела сделать по-хорошему. И еще в том, что очень редко слушала Таша. А зря. Ну, ничего, теперь у меня есть отличный шанс обе эти ошибки исправить. А то, что Таш научился смирению — так это вообще победа! Вот уж верно, нет худа без добра.

Я медленно подошла к столу и заняла свое место. Во главе. Напротив Этаны. Дарси все еще хлопотала вокруг Лантрэна, сам Таш уткнулся в тарелку и молча кипел, как мне показалось, злясь на себя за то, что так быстро сдался — причем, по причине, самому себе непонятной, а возмущаться снова было бессмысленно и теперь уже неактуально.

Я собралась. Вздохнула. Ага, внимание к себе привлекла, значит надо говорить — дальше держать паузу не имеет смысла.

— Дани, — повернулась я к темному эльфу, — ты все еще хочешь узнать природу моего дара? Думаю, я готова тебе о ней рассказать.