Дочь Соляного Короля (ЛП) - Торнтон А. С. - Страница 29

Я отчаянно прокручивала эти слова у себя в голове, я практически произнесла их вслух. Он должен был услышать мою мольбу.

«Я желаю безопасности, Саалим. Я желаю, чтобы ты спас меня. Я желаю сбежать отсюда. Я желаю оказаться в оазисе. Я желаю оказаться в своей постели. Я желаю начать всё сначала, чтобы принять другие решения». Я желала то одно, то другое, а плеть продолжала хлестать мою спину, снова и снова.

Стоя на коленях и подавшись вперед всем телом, я зажмурила глаза. Моя спина была обнажена и вытянута. Когда я упала на бок, стражники снова подняли меня. Кровь текла по моей спине, заливая шею. Моё лицо застыло в агонии. Я сосредоточила всё своё внимание на том, чего я хотела, что мне было нужно. Я надеялась, что этого будет достаточно, чтобы привлечь внимание джинна.

Но он не пришел.

Справившись с задачей наполовину, Король утомился. Перерывы между ударами стали дольше, а их укусы не такими резкими. Он начал жаловаться на то, что у него свело плечо и болит шея.

Мои сёстры тоже страдали, наблюдая за тем, как меня истязали. Многие из них плакали, слушая, как Король ведёт отсчёт. Некоторые удивленно подпрыгивали от каждого удара хлыста, а остальные стояли в тишине и дрожали. Кто-то из них, вероятно, с грустью думал о шрамах, которые останутся на моей прекрасной коже, тогда как другие в тайне благодарили Эйкаба за моё наказание: возможно теперь у них появится больше шансов со следующим гостем. Я знала, что они представляли себя на моём месте, и находили утешение в том, что этому не суждено было случиться с ними. Они были не настолько глупы, чтобы нарушать правила, как их упрямая сестра. Я знала, что они стыдились этих тайных мыслей. Они ещё не скоро смогли бы забыть то порочное чувство, что они испытывали, наблюдая за тем, как издевались над их сестрой, в то время как они занимали себя тем, что думали о свадебном ложе и моём плохом поведении. Я знала это, потому что на их месте я бы думала о том же самом.

Я закусила губу, ожидая очередного удара плети. Мои зубы всё сильнее врезáлись мне в кожу с каждым взмахом хлыста.

Мои мысли заволокло плотным туманом, я была точно в бреду и вспомнила похороны Ашика. Как стражники Короля оттащили тела убитых в пустыню и сложили их в кучи. Людей Матина предали огню. Они горели точно так же, как раны на моей спине. После этого тяжёлый запах жареной плоти висел над поселением весь оставшийся день.

Одежды Ашика в тот день были невероятно яркими. Как могли цвета быть такими сочными, если в теле, которое они покрывали, не было жизни? Вскоре в небе начал кружить стервятник. Затем ещё один и ещё один. Их число всё возрастало, так же как и число ударов плети. Первый стервятник нырнул и приземлился на Ашика. Другие последовали за ним. Они начали поглощать его, и людей Короля, кусочек за кусочком. Пир Мазиры. Я тоже чувствовала себя сейчас частью пира Мазиры.

Люди Короля пели меланхоличную песню о предании тел небу, а птицы одна за другой продолжали отрывать плоть от земли и уносить её в небеса. Но мне сейчас никто не пел.

В тот день я впервые заплакала от облегчения, а потом от грусти, потому что я так хотела последовать за ним. Но сейчас я была Ашиком, а каждый удар плети — клювом птицы, терзающим мою плоть.

Затем я превратилась в птицу, которая низко летела над деревней и в которую бросали острые камни.

Я была козой, мои конечности были привязаны к вертелу, а жадное пламя лизало мне спину.

Я была облаком в небе, а удары молнии прорезали мои перистые клубы насквозь.

Обессиленный Король триумфально объявил тридцатый удар. Он рявкнул моим сёстрам, чтобы они выучили урок, преподнесённый им сегодня днём.

Лежа на боку, я содрогнулась от боли. Воздух был похож на холодный огонь, сдирающий кожу с моей спины. Сабра всё ещё стояла рядом с моими сёстрами. Наши взгляды ненадолго встретились. Я не заметила в её глазах раскаяния, но её лицо побледнело.

Король подошёл ко мне, и я сжалась, свернувшись в калачик. Моя истерзанная кожа кричала в агонии от каждого моего движения. Его одежды были заправлены за пояс, на котором висели его трофеи. И тогда я увидела Стеклянный сосуд.

Я крепко зажмурила глаза и сжала руки в кулаки. Я хотела закричать, начать бить по полу руками от разочарования.

Внутри сосуда яростно кружился золотой дым. Джинн был заперт в своём позолоченном доме, он ничего не видел вокруг себя.

— Мне больно наказывать вашу сестру, — Король продолжал свою снисходительную речь, из которой я мало что слышала. Его фальшивое сострадание могло бы вызвать у меня отвращение, но я была такой уставшей. — Я надеюсь, что это послужило уроком для всех вас. А вот твой урок, — продолжил он, — ещё не закончен.

Мои глаза раскрылись. Волна ужаса накрыла меня точно шторм. Я начала задыхаться, влажные вздохи сотрясали мою грудь каждый раз, когда я пыталась дышать. На лицах моих сестёр отразилось моё собственное выражение лица. Что ещё приготовил для меня Король? Даже Сабра, казалось, пришла в ужас. Мне хотелось наброситься на неё и расцарапать ей лицо, хотелось закричать на неё из-за её предательства. Но у меня больше не было ни энергии, ни смелости.

— Наказание Эмель за её непослушание только началось, и оно продолжится в тюрьме. Но, — Король медленно сделал шаг к самой старшей ахире. — Сабра, ты ещё не получила своего наказания. Нассар, прошу тебя, — Король протянул окровавленное оружие своему визирю, который вышел вперёд, чтобы взять у него плеть. — Сабра, ты получишь десять ударов. За то, что ты повела себя как крыса.

ГЛАВА 9

Седьмое утро в тюрьме было заметно прохладнее, а привычный жёлтый свет утреннего солнца стал светло-серым. Одеяло, которое обычно было скручено и отброшено на другой конец шатра, плотно укутывало мои плечи.

Я проснулась позже обычного. Комфортная прохладная темнота утра позволила мне поспать подольше. Горшок с металлической крышкой уже стоял у входа в шатер, и я не могла поверить, что не проснулась, когда его принесли. Еду на весь день регулярно доставляли каждое утро. Я осторожно села и вздрогнула. Раны на моей спине и шее заживали медленно.

Я была рада, что у меня осталось ещё много времени перед тем, как я должна была вернуться домой. Мне надо было обдумать своё возвращение к сёстрам. Я не знала, как я теперь встречусь лицом к лицу с Саброй. Гнев, вызванный её предательством, поглотил меня и полностью вымотал. Мне также надо было подумать об Отце и о том, что он со мной сделал. Насколько глубокими будут мои шрамы? Для меня, как для ахиры, больше не осталось шансов. Ашик стал моим последним мужчиной.

Снаружи разговаривали. Я прислушалась.

— По кружившим птицам они нашли ещё двоих, — произнёс один из голосов. — Они были мертвы уже некоторое время.

— Что ещё?

— Все то же самое. Старая пустыня, торговля.

Один из мужчин печально застонал:

— Им должно быть нужна соль. Теперь понятно, почему они убивают тех, кто её охраняет.

Я потерла глаза и медленно поползла к входу из шатра, чтобы услышать побольше. Я задела коленом горшок, металлическая крышка громко звякнула, ударившись об него. Разговор резко прекратился.

— Какое прекрасное утро, Эмель, — сказал один из мужчин сквозь шатер.

Я невольно улыбнулась.

— Латиф, я рада слышать твой голос.

Мой единственный родной брат снова охранял мой шатер. И хотя он не делал мне каких-то особенных поблажек, по крайней мере, он оставался добр ко мне. Заглянув в горшок с едой, я фыркнула. Огромная горсть оливок, несколько жирных кусочков мяса и лепешки, пропитанные маслом. Я медленно начала жевать жирный хлеб и кусочек мяса. Еда была похожа на ту, что я получала дома. Я знала, как нужно было вкушать её.

Я практически не могла согнуть спину, раны, растягивающиеся на моей спине, лопались, разрезая кожу, которая едва ли успевала зажить за ночь, поэтому я предпочитала стоять.

— Могу я выйти? — мягко спросила я, и практически сразу Латиф распахнул дверь шатра.