Дракон моего сердца (СИ) - Линг Татьяна - Страница 3

— Как я говорила уже госпоже Федоровой, мы даем званый обед и рады были бы вашему присутствию тоже. Наш сын выпускается из военной академии! — Тоцкая посмотрела на мужа нерешительно, как бы спрашивая, возможно ли такое вообще по этикету: пригласить на семейный обед настолько важного гостя. Я покачала головой, даже на королевских обедах появление ящера редкость, поэтому с удивлением развернулась, когда услышала:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Прибуду с удовольствием.

Изумление мы разделили на все купе. Зато дракон, похоже, был польщен произведенной реакцией. Завидев в нем понимающее существо, госпожа Тоцкая пожаловалась на нехватку приличных девушек в обществе. Это была любимейшая тема разглагольствования госпожи, судя по тому, как закатил глаза ее муж.

— Все хищницы, что ни приходили к нам. — Тоцкая повернулась ко мне. — Я, конечно, не про вас, дорогая…

 «Ну конечно…» — подумала я, но вслух предположила:

— Возможно, не все они были хм-м… хищницами? — Отчего-то хотелось непременно спорить, хотя обычно я спокойно отношусь к проявлению личного, не схожего со мной мнения.

— Ой, ну что вы, деточка, — отмахнулась женщина, — самые что ни на есть хищницы! А когда я выясняла, какое образование получили они и кто их родители, сразу понимала: дамочки желают одного — удачно выйти замуж! Благо мой сын после подобных предложений всегда брался за ум и раскланивался. — Женщина перекрестилась, я же вспомнила самый легкий способ побега мужчин из-под алтаря — «не пришлась по вкусу родителям».

Тем временем дама продолжила:

— Вот вы, князь. — Тоцкая обратилась к дракону, ища поддержки. — Часто ли случается вам избегать ненужного внимания от женской половины?

Дракон кашлянул в кулак, пряча улыбку. В это мгновение к нам подошел кондуктор, неся на расписном подносе горячий чай, там же стояла вазочка с сушками да маленькими прозрачными конфетами, завернутыми в шуршащую бумагу. Это-то и спасло князя от ответа, поскольку вызвался помочь. Ящер ловко перехватил поднос и мгновенно раздал приборы гостям.

Принимая горячую чашку из рук дракона, я вздрогнула, случайно коснувшись его пальцев. Даже через перчатку ощущала исходивший от него нечеловеческий жар. Мужчина, заметив это, промолчал, но задержал на мне внимание дольше. Мои бедные щеки запылали, казалось, с новой силой. Убрала руки, чтобы попытаться снова взяться за блюдечко.

— Думаю, проблема решится, стоит вашему сыну найти хорошую партию, — тем временем все же ответил дракон, ловко уводя внимание дамы от себя и переключая его на любимого отпрыска.

Я, к стыду, потеряла нить разговора, стоило Гилморту вновь коснуться моих рук. Отчего-то показалось, что при этом он успел подушечкой большого пальца провести по моей перчатке. Чашка вздрогнула, роняя горячие капли мне и дракону прямо на кожу, я отдернула руку, стараясь унять боль, которую ощутила даже через ткань. Князь же, казалось, не заметил, что обжегся. Зато в его глазах я заметила раздражение и, вероятно, даже досаду:

— Хотя я соглашусь с вами, тяжело найти женщину, что не спровоцировала бы мужчину…

— Простите, — промямлила я, пытаясь третий раз взять из его рук чашку, но когда смысл фразы до меня дошел, вспыхнула, мотнула головой, отказываясь от чая и заметила, усаживаясь подальше от дракона: — Ничего не могу сказать насчет поведения всех девушек, но уточню, что излишнее внимание мужчин действительно провоцирует!

— О как! Так, значит, во всем виноваты мужчины? — задумчиво заметил Гилмор и поставил чайную пару прямо передо мной на стол.

— Я бы хотела сказать, — примирительно произнесла я, — что первичное поведение во многом определяет, как к нам будут относиться впоследствии.

С чего такая реакция? Тем более князь сам разлил горячую воду. Я подняла нос, отворачиваясь от него. К этому чаю не прикоснусь. Хотя тут же себя отругала: почему сама так остро отношусь к дракону? Не в первый раз встречаюсь с высокими гостями и уж точно знаю, как себя вести. Правда, поведение ящера все же немного отличалось от соответствующего его положению и статусу. Откуда то яростный взгляд, то краткое посматривание на мою руку. Кстати, перчатки я все же сняла, а красные пятнышки на левой руке закрыла ладонью.

— Больно? — прошептал интимно Гилмор, неожиданно оказываясь слишком близко, и я невольно отпрянула, хотя было уже некуда, меня фактически прижали к стенке.

— Не беспокойтесь, — натянула улыбку и только сейчас заметила его зеленые с золотыми крапинками глаза, затем там проступил красный цвет, потом фиолетовый. Такой цвет точно не мог принадлежать человеку!

Я продолжала смотреть в постоянно менявшуюся радужку. Отчего-то вспомнились бабушкины сказки, шумно сглотнула и отогнала от себя навязчивые картинки моего похищения. Я хоть и девственница, но сомневаюсь, что у такого мужчины есть проблемы с противоположным полом, скорее наоборот: судя по сцене, разыгравшейся на вокзале, это женщины за ним бегают.

Нашего разговора никто не заметил, продолжая оживленно спорить на совершенно иную тему. А поговорить было о чем. В столице закатывали грандиозный праздник в честь правящей династии. Готовился царский прием, и мало кто остался в стороне от столь знаменательного события. Готовились загодя. Улицы должны были украсить фигурами изо льда. Зимняя стужа рано погружала столицу в темноту, поэтому заказали невероятное количество фонарей, чтобы город весь сезон  ярко освещался.

К слову, наша семья тоже получила приглашение на бал. Модистки как никогда завалены заказами, а меня ожидала череда длительных и муторных примерок.

— Вы идете на бал? — Я замечталась и вяло отвечала на вопросы, но князь опять обратил на себя внимание.

— А вы? — Не хотела отвечать на его вопрос прямо, но сердце бешено забилось, как только поняла, что, вероятно, нам придется встретиться и на балу, поскольку именно на это грандиозное событие прибудут драконы, так писали местные газеты. Хотя кто конкретно явится, конечно, людям не сообщалось, но уже само это заявление заставляло сплетниц придумывать истории, а молодых барышень — вздыхать томно в подушки по ночам. Таинственный ореол вокруг не оставлял в покое дамские сердца и фантазии.

— Поэтому и направляюсь в столицу. — Теперь его лицо снова светилось ничего не значащей полуулыбкой, а колючий взгляд пропал.

Странно все: то злится за неосторожность, то неожиданно снова проявляет милость. Видимо, это можно объяснить его сущностью. Вот, к примеру, мы же не будем обвинять иностранца, который ест противную овсянку по утрам? И вот не будет он же вменять нам в вину любовь  к сладкому чаю вприкуску с соленой красной икрой на ржаном хлебце с маслом? Вот и драконы наверняка имели особенности поведения. Просто я о них еще ничего не знала.

— Прошу прощения. — Поднялась, а следом за мной повставали мужчины. — Я устала и вынуждена покинуть вас.

— Конечно, деточка, идите, — улыбнулась Тоцкая, желая мне спокойной ночи.

Господа поклонились. Когда я протискивалась мимо князя, то отметила, что ростом едва дохожу до его груди. Еще раз подивившись его размерам, встретилась с потемневшим взглядом Гилмора и отметила снова странную перемену в его поведении. Зрачки менялись, как будто жили отдельно от мимики хозяина. Тут я сделала открытие: именно цвет глаз, его пластичность мог подсказать настоящее настроение  существа.

В этот момент вагон дернулся, и все, кто стоял, не удержались от резкого толчка, попадав. Кроме меня: я влетела прямо в руки князя, его удержало лишь то, что падать со мной ему было некуда, позади стена.

— Дорогая, ты в порядке? — суетился господин Тоцкий, вглядываясь в испуганную супругу.

Анатолий упал в проход, но уже поднимался, почесывая голову. Князь же продолжал удерживать в своих объятиях. От близости  мужчины  бросило в жар, прежде меня так интимно не обнимали. Дракон тяжело дышал, и это пугало. Я не решалась поднять голову и посмотреть  в красноречивые глаза, отчего-то казалось, я там могу разглядеть лишнего. Например, злость и раздражение на мою неуклюжесть.