Право на жизнь (СИ) - Сказкина Алена - Страница 16

Жених благодарно склонил голову. Я с запозданием сделала книксен.

— Na-ra chai’roud’e foyd-na-ra, n’enar huamon 'iumedr’e ne 'iumedri, — продолжил Альтэсса распространенную присказку[8]. — Nih liabrit’e mar’e chrono d’eli. Laanara, yu sitk’e al't bi-tr'ei Muta Salvage klozely-terron. Lото yu imag’e-ark’ete lasher?[9]

Многое и ничего. Мне не известны ни возможности Юнаэтры, ни ее истинные желания, а значит, и предугадать ее следующий ход нереально. Упоминать же о пророчестве Мараны и об эксперименте лиаро небезопасно, прежде всего для меня самой: кто знает, как Повелитель Аратай использует попавшие к нему в руки «ножны».

— Sel’era-rohta, goldar-harenar e lailai poison-lizcark.[10]

На Исхарда я старалась не смотреть: друг, конечно, успел понять, что представляет собой его кузина, но вряд ли ему приносило удовольствие слушать оскорбления в ее адрес, пусть каждый подобранный мной эпитет — чистая правда. Надо не забыть потом извиниться.

— Yu shaihan’e stake-ark’ete?[11] — уточнил Альтэсса, не дождавшись продолжения.

— Mi ark’ete oil, loto va al’e Unae’tra-n'eidma kayshen, lodrin'e ark’eto-n'eidma kayshen.[12]

Командор теней одобрительно хмыкнул.

— Kayshen? — повторил Повелитель Севера, пробуя слово на вкус. — Mi learn‘e terron-inventer-yu e amazing’e loto yu ark’ete «kayshen».[13]

— Souri, mi n’e anderstan’e?[14]

То ли меня сейчас оскорбили, то ли сделали комплимент.

— Net'iu-lasher imag’e, loto Kayshen e falling ‘est r'essembla. Ast-dargon nam’e, loto Al’tsaity-mar’e ‘est kwittes-ka e bi-tr'ei-ka.Yu n’e kwitt’e e bi-tr'ei’e, — оценивающийвзгляд Альтэссы неприятно напомнил о его венценосном «брате» из Западного Предела. — Mi ark’et’e, yu b'elaiv'e, loto land R’em-mar’e ’est delra ferstoil?[15]

Считаю? Да я вообще не разбираюсь в военном деле! Похоже, Повелитель Севера прекрасно осведомлен о моих скудных познаниях и даже догадывается, кто автор плана, предложенного ему Харатэль.

Что мне ответить? Начать апеллировать к общеизвестным и множество раз повторенным достоинствам стратегии — и безнадежно запутаться после первых же аргументов. Признать, что пересказываю чужие слова, уверяя в своем полном доверии к плану Риккарда (превосходно звучит, особенно учитывая арест меченого и порожденные этим арестом слухи!). Предложить обсудить лично… Интересно, южную эссу просто вышвырнут из Иньтэона или еще обвинят в преднамеренном оскорблении Повелителя северного клана?

— Mi n’e learn'e nase ferstoil.[16]

Судя по нахмуренным бровям Альтэссы, ответ его не удовлетворил.

— Al’t tel’ Is, nih n’e learn'e, e’ssa Lankarra ferstoil ‘est retara olli lailai. Bart ‘essa Lankarra ark’eto ‘est retara hard,[17] — неожиданно вступился Ровер.

— Aos'est nih sel’er’e n’eharen sel’, nih-oil marter’e stake kormunda, — возразил Альтэсса. — Ishard, mi ark’et’e, loto yu ferstoil’e sel’.[18]

— Mi n’e chang’e terron-ark’et’e ark’eto.[19]

Владыка Севера кивнул, принимая ответ командора. Внимание Аратая вновь обратилось ко мне.

— Mi itron-imag’e oil-vah ark’eto e ark’et’e mii ferstoil al’t-rohta tel’ Ra, — подвел итог Альтэсса. — Yushaihan’e stake-toll'e, e’ssa? ‘Est chrono, bart n’eharen spend’e chrono n’e-deli-rohta. Tel’ Is al’iav’el’ viuna t’el Ra. Mi invant’e yu mii tel’ e mii saity, — Аратай посмотрел на моего жениха. — Ishard, mi itron-toll’e yu.[20]

Все? Аудиенция окончена? Я неуверенно направилась к дверям, не зная, возвращаться ли мне в особняк Иньлэрт самостоятельно или же дожидаться жениха в коридоре.

— Souri, al’t tel’ Is, — снова вмешался эсса Лэргранд, — e’ssaLankarra ‘est nihgoest, guod hara n'e r’etmar’e goest-vaikna. Aos'est mi n’e n’eed-‘est yu, mi karet’e nih goest.[21]

Альтэсса кивнул. Командор теней подал руку, которую я после секундного колебания приняла. Покинув приемный зал, мы молча пошли по коридору. Ковер под ногами глушил шаги. На выцветших гобеленах неведомые мастера детально изобразили карты подлунных королевств. Пахло древностью, пылью и, едва уловимо, свежей выпечкой.

Гуляющие по коридорам сквозняки неприятно холодили вспотевшую спину: короткий разговор выдался трудным и волнительным. Но расслабляться было рано. Что от меня нужно командору теней?

— Не тревожьтесь. Повелителю вы понравились, — наконец нарушил тишину спутник. От непривычного лангвэ язык свернулся в трубочку, поэтому я обрадовалась, что Ровер не стал надо мной издеваться и решил вести беседу на всеобщем.

— Правда? А мне показалось, опозорилась дальше некуда, — озвучила я сомнения. С вежливым любопытством осведомилась. — Вы собираетесь устроить мне экскурсию по дворцу?

— Вряд ли вас привлекают здешняя архитектура, интерьеры или живопись, — справедливо заметил эсса Лэргранд, сворачивая на лестницу. — Проявлять любопытство к прошлому важных для нас людей естественно, но, боюсь, в этом вопросе я ничем не помогу: иногда вещи хрупче памяти, по крайней мере, уничтожить их значительно легче.

Я закусила губу, прекрасно понимая намек Ровера.

Среди бесконечных анфилад комнат скрывались и те, что когда-то принадлежали Риккарду тиа Исланд. Древние своды становились свидетелями его снов и мыслей. Гулкое эхо подхватывало звук голоса. Вещи хранили тепло пальцев… Не удивлюсь, если наследие Демона льда сожгли, избавляясь от любых следов существования предателя. Но память живет дольше вещей, правда?

Я спешила покинуть Южный Храм, чтобы оказаться вдалеке от Рика. Надеялась, что когда лишусь возможности встретиться с ним в любой момент, мне станет легче.

Я ошиблась. Здесь все напоминало о бывшем драконе.

Гобелены провожали нас немыми стражами, хранящими оттиски давно минувших событий. Я представляла эссу снежного клана, бродящего по лабиринтам дворца. Каким был тот Рик? Гордый командор, мечтающий о будущем, где драконы, а не люди правят подлунным миром. Острый клинок, на котором строилось могущество Пределов. Отчаянный и безрассудный глупец, рискнувший оспорить догматы Завета и приказ своего Альтэссы. Каким он был?

Сомневаюсь, что найду ответы на свои вопросы у окружающих драконов. Клан молчал, решив вычеркнуть имя предателя из истории и памяти, но сам город еще не забыл об одном из своих сыновей.

Завтра,

Когда нас не будет,

Кто нас осудит?

Кто нас рассудит, скажи!

Я поймала себя на том, что тихо нашептываю песню Селены, подслушанную в оранжерее Южного Храма. Вспомнит ли хоть кто-то обо мне, когда я покину этот мир?

— Прошу сюда, леди Лаанара.

Ровер вежливо придержал дверь, приглашая меня на балюстраду.

Низкое небо напоминала серую пуховую шаль, накинутую на шпили окружающих внутренний двор башен. В воздухе кружилась мелкая пороша. Внизу, на тренировочном поле, ватага разновозрастных краснолицых от усилий птенцов, направляемая окриками наставника, преодолевала полосу препятствий. В одном из ругающихся под нос парней я с удивлением узнала брата Скайнэль, Раэна.

— Волноваться о тех, в чьей судьбе мы приняли пусть и мимолётное участие, также в человеческой природе, — заметил Ровер, облокачиваясь о перила. — Это поле вскормило множество превосходных воинов. Если мальчишка постарается, однажды он займет достойное место среди клана.

— Благодарю за заботу. Но вряд ли судьба неоперившегося птенца должна представлять интерес для командора теней. Зачем вы вызвались меня сопровождать?

— Вы удивитесь, эсса, каким мелочам приходится иной раз придавать значение… за какие ниточки тянуть, чтобы проникнуть в самое сердце тайны, особенно если это тайны верховных семейств, — Ровер покачал головой, поражаясь моей недальновидности. После короткой паузы задумчиво пробормотал. — Да. С секретами древних родов следует обращаться крайне осторожно. — Внимание главы теней вернулось ко мне. — На вашем месте я бы десять раз подумал, прежде чем доверять окружающим вас драконам.

— Что вы имеете в виду?

— Только то, что произнес, эсса Ланкарра, — в рыбьих глазах не читалось никаких эмоций. — Однако выбирать друзей и врагов — это личное дело каждого. Я же просто хочу поговорить о вашем когте. Бывшем когте.