Право на жизнь (СИ) - Сказкина Алена - Страница 66

— Извини. Я очень виновата перед тобой. Если тебе станет легче, я поклянусь, что этого больше не повторится.

— Разделишь полет? И постель? — недоверчиво уточнил мужчина.

Мы избегали этой темы с последней неудачной попытки, что предшествовала его ранению. Исхард не настаивал, я не напоминала, а потому невольно растерялась и замешкалась с ответом.

— Понятно.

Северный лорд отвернулся, сгорбившись, направился к выходу.

— Исхард, постой, — эсса замер, и я пробормотала. — Прости.

Я не знала, что еще сказать.

***

Отражение смотрело на меня всклокоченной девицей, которой кто-то наступил на больную мозоль. Перекошенное лицо отлично подходило, чтобы разогнать всех собеседников, а самых стойких успешно добил бы запах пота. Это для неунывающего рыжика покорение заснеженных холмов — легкая разминка перед завтраком. Измученная вчерашним марш-броском эсса с удовольствием бы воспользовалась санями или телепортом, жаль, организовать их никто не догадался. Пришлось топать ножками, поддерживать физическую форму. Хотя, сдается мне, моя нынешняя «форма», скорее и привычнее, соответствовала пугалу. Хороша невеста, нечего сказать! И почему Исхард до сих пор не сбежал?

Северный лорд, кстати, как раз и сбежал. Отвлекся на доклад алого, а потом и вовсе неохотно, точно боясь, что я снова куда-то убреду (ага, найти бы еще силы!), бросил меня одну, пообещав вернуться через пару часов. Аккурат хватит привести себя в приличный вид к его приходу: принять ванную, организовать стирку. После обеда-то навалятся другие хлопоты: ежедневный обход лазарета, приготовление целебных зелий, леди Консанс опять же должна прибыть.

Вместо того чтобы употребить время с пользой, раздираемая противоречивыми мыслями, я продолжала пялиться в зеркало.

Мне отчаянно хотелось высказать одной Повелительнице все, что я думала о вмешательстве в мои дела. Но за несколько раз даже такая непроходимая ослица, как я, успела усвоить: дерзить Альтэссе, пусть она и твоя родная сестра, опасно. Ссылка в очередную башню Синскай станет в текущей ситуации катастрофой.

Благоразумие (чего я хочу добиться этим разговором?) боролось с чувством протеста — и что из них, как вы думаете, победило? А катись оно все к Хаосу! Я прикусила губу, несколько раз глубоко вздохнула-выдохнула (все же не стоило начинать беседу с обвиняющих воплей) и активировала плетение связи. Харатэль откликнулась сразу.

— Что все это значит?!

Моей выдержки не хватило даже на приветствие.

— Ты о чем, малыш?

Ментальный вызов застал ее во время туалета, и сейчас Повелительница сидела перед зеркалом, а сзади хлопотала служанка, сооружая замысловатую прическу из локонов, ленточек и косичек.

Молчание затягивалось. Я тихо ярилась, считая, что Харатэль нарочно издевается надо мной. Сестра рассеянно перебирала разложенные на столике заколки, время от времени отвлекаясь, чтобы ответить на вопросы невидимых мне собеседников. Наконец «игра в гляделки» надоела Альтэссе, и она, вздохнув, раздраженно заметила:

— Лана, у меня не так много свободного времени, чтобы разбрасываться им впустую, и, несмотря на все приписываемые мне таланты, мысли я читать еще не научилась. Даже твои. Поэтому пока ты не объяснишь, что произошло, я вряд ли пойму, чем вызвано это сердитое пыхтение.

— Я встретила Рика!

— Ясно, — Харатэль равнодушно отвернулась, кивнула кому-то.

— И это все, что ты мне скажешь! — возмутилась я, окончательно позабыв про благоразумие. — Он должен сейчас находиться в Южном Храме! Выпустить Демона льда из тюрьмы могли только по прямому приказу Альтэссы! Твоему приказу!

— Да, — рассеянно отозвалась сестра. — Припоминаю. Я велела его освободить.

— Разве ты не обещала, что я и только я буду решать все вопросы, касающиеся меченого?!

— Обстоятельства изменились.

Мне наконец-то удалось завладеть ее вниманием полностью.

— Или, может быть, у тебя действительно есть веская причина, по которой мне следовало удерживать Демона льда в Южном Храме? Только не нужно этих надуманных обвинений в измене.

Причина?

— Его же убьют, если схватят, — прозвучало неожиданно жалобно: я вспомнила побелевшее от гнева лицо Исхарда и ошибочную атаку Кавлихана. — Свои же и прикончат.

— Каждая тень клана ежедневно рискует жизнью, — отрезала Альтэсса. — Не понимаю, почему я должна делать исключение. У него был выбор, и Риккард сам вызвался добровольцем на задание.

Нелепый приказ об аресте, помолвка с Исхардом, несколько мучительных недель в Иньтэоне… и все это дракону под хвост?! Одному конкретному дракону! Хаос! Я не могла определиться, что меня злит больше: рухнувший неожиданно план или тщетность собственных усилий!

— Ты!..

Хотя бы раз ты выбрала чувства, а не пресловутое благо клана! Прислушалась бы к сердцу, к моему (даром, что ли, я именуюсь его голосом!), если уж свое превратила в выжженную огнем, не способную на сострадание и сомнения пустыню!

Повелительница Юга многозначительно приподняла бровь, и я осеклась, так и произнеся несправедливое обвинение. Хватанула губами воздух, с трудом разжала пальцы, посмотрела на лунки от ногтей.

— Успокоилась? — поинтересовалась Альтэсса. — Хорошо, что ты начинаешь сначала думать, а потом говорить, — сестру снова отвлекли. — Да, Ралет, я сейчас освобожусь…

Видно, дел у Харатэль, как всегда, было невпроворот, а я со своими надуманными обидами только мешала — тоже, как всегда. Слушая доклад когтя, Альтэсса сохраняла привычное невозмутимое выражение лица, эмоции прорывались в едва заметных мелочах: мимолетно нахмуренных бровях, дрогнувших губах, удержавших готовые сорваться слова, на секунду прикрытых глазах.

Когда Харатэль рассеянно, будто вспоминая, зачем я ее вызвала, обернулась, я почти перестала злиться.

— Лана, малыш, если ты хочешь что-то мне рассказать, я готова выслушать. Но чуть позже. Сегодня вечером у меня найдется немного времени, чтобы выпить пару кружек чая в центральной башне. Открой портал сама, или, лучше, пусть Исхард тебя проводит, — Повелительницу снова отвлекли, и она рассеянно добавила, прежде чем оборвать связь. — Да, если решишь вернуться в Южных Храм, поторопись. Ты должна успеть до четырех часов.

Я несколько минут бездумно смотрела на отражение.

Если рассказать сестре правду о том, что произошло в древнем храме, неужели мудрости Альтэссы Юга не хватит найти лазейку?

Если бы все было так легко.

Пусть Исхард тебя проводит…

Не доверяет мне даже открыть портал? До сих пор? Неужели Харатэль по-прежнему считает меня маленьким ребенком, нуждающимся в постоянной опеке? Чего удивляться, ведь Лоретта и Мерик думали также!

Заточение в Башне Синскай. Ссылка в северную столицу. Странно, что мне позволили рисковать в Сейрии. Не удивлюсь, если сестра круглосуточно сидела на стреме, готовая вмешаться в любой момент.

Нет. К Хаосу всех! К Хаосу! Сама. В этот раз действительно сама. Без надежды на чью-либо помощь, как в особняке Кагероса.

Я удивленно посмотрела на колечко с сапфиром, что непроизвольно крутила в руках. Не заметила, как вытащила его из шкатулки вслед за зеркальцем. Подумала, и нацепила его обратно на палец. Да, освобождение Рика не входило в мои планы, но до штурма Гайи… до рокового дня несколько месяцев.

У меня еще есть время найти способ, как не дать ему все испортить.

***

Мир снов штормило. Раскинувшийся под крыльями океан ворчал потревоженным чудовищем. Влажный ледяной ветер гнал саженые волны, черно-бурые, увенчанные грязно-серыми шапками пены. Клубящиеся тучи неслись по стальному небу хищными воронами. Косые струи ливня, стегавшие по поверхности воды милях в десяти, наползали сплошной стеной.

Громыхнуло.

Я невольно сжалась, сбиваясь с ритма, теряя высоту. Тут же выправилась, продолжая лететь навстречу урагану. По чешуе застучали капли воды, потом градины, но я упрямо двигалась к цели, по сажени, по пяди — не желая сдаваться, отступать. Впереди, защищенное водой и ветром, меня ждало… что?