Миссия – выжить… (СИ) - Квилинская Амалия - Страница 14

Он замолчал, позволяя нам обдумать сказанное. Все выглядело до отвращения логичным. Привлекать больше людей, чем уже вовлечено, высшее руководство явно не собирается. А те корабли, которые пришли нам на «помощь»? Наверняка те самые спецы из корпуса особого назначения. Я мысленно поежилась. Об этих умельцах своего дела ходят слухи один страшнее другого, а встречу с ними и вовсе многие не пережили. Похоже, нам отрезали все пути к отступлению. Даже если я сейчас попытаюсь отказалась, из окружения «Буревестник» не выпустят. И адмирал это тоже прекрасно понимал, поэтому и следил за мной столь пристально.

— Ну, а на счёт того, почему я выбрал именно вас, — не дождавшись возражений адмирал продолжил, немного успокоившись, — по оценке наших аналитиков наиболее подходящей для выполнения миссии будет группа из четырех человек. Такое количество не вызовет особых подозрений. Я просмотрел все личные дела экипажа «Буревестника». Вы, как мне кажется, подходите больше всего. — Он вывел на тригэль наши личные дела. — До недавнего времени коммандер Ле Соллиар: высокий уровень интеллекта, холоднокровие, способность принимать правильные решения в сложных ситуациях, что недавно подтверждено на практике. Конечно, ваша болезнь ставит под сомнения возможность вашего участия. Но после просмотра дел всех остальных, я пришел к выводу, что вы лучший вариант для роли лидера группы.

Тарсон недовольно поджал пухлые губы. Я ехидно хмыкнула. А чего ты хотел от штрафников? Если уж его никто не устраивает, мог бы назначить кого-то из своих людей, в конце концов. Этот вопрос я и задала.

— Можно было, согласен. — У адмирала на лбу пришли в движение костные пластины, складываясь в новый узор. Кажется, кто-то недоволен и хмурится. — Но из штаба приказали ничего не менять. Уж больно мои люди выделяется на фоне ваших, элита как никак. А столь… хм… разнообразные личности с представительницей слабого пола во главе не должны вызвать подозрений.

Я мысленно представила этаких типичных вояк-штурмовиков на две головы выше Каюдзавы и настолько же шире. Хотя и он парень не маленький, но по общегалактическим стандартам до размера нормального космического десантника дорос только наш кок, и то, только по весовой норме. Видимо штат Тарсона был укомплектован схожими личностями. Да и выправка уж слишком сильно будет бросаться в глаза. Это может насторожить кишан. Но была и другая версия. Нас было не жалко…

— Так вот, сержант Каюдзава, — теперь Тарсон сфокусировался на нашем первом пилоте, — согласно вашему досье, вы у нас мастер спорта юношеской лиги по искусству ближнего боя.

— Так точно, адмирал. — Сразу подхватился пилот. — Я освоил все типы восточных единоборств, сер!

— Недурно, — покивал секарианец, — к тому же пилот-ас. Могли бы добиться высот, если бы не ваш дурной нрав.

Удивительно как это наш взрывоопасный парень сдержался и не возразил. Каюдзава считал, что он вовсе не вспыльчивый, а справедливый.

— Лейтенант-коммандер О'Шенри. — Наш старший медик встал. — Вы также профессионал высокого уровня в области медицины и столь же эффективно используете фазер, как и скальпель. Позорный случай с вашим участием в несанкционированных и незаконных опытах на людях, не отменяет ваших высоких умений. — По кивку адмирала О'Шенри снова занял свое место с каменным лицом. Мы с Каюдзавой с неприятным удивлением взглянули на нашего главного медика. Таких подробностей даже я, знакомая со всеми личными делами экипаже, не знала. — Вот и получилась хорошая разнонаправленная тройка: лилер-стратег, воин-пилот, медик, который сможет в случае чего сработать снайпером и прикрыть спину. Ну, а последним в вашу команду войдёт кто-то из связистов. Это я уже оставлю на ваше усмотрение, иок. Штаб, непременно, должен быть в курсе ваших дел.

Связистов? Да, если вспомнить наш отдел связи, посылать действительно некого. В это подразделение изначально записывались сущие гуманитарии, весьма далекие от понятий военной службы. На «Буревестнике» в него входило несколько проштрафившиеся молодых кадетов, которые вышли в первый свой рейс, капрал Омейли и мичман Хаттери. Зелёных новичков на такое дело не пошлешь. Против кандидатуры Омейли я и сама категорически возражала: недавно О'Шенри мне доложил, что «секретный» роман Омейли с мичманом Салемом дал свои результаты, так что капрал находится на четвертом месяце беременности и ее гормоны в весьма растрепанном виде. Если бы не ее незапланированная беременность, я бы без всяких сомнений выбрала бы Омейли — очень спокойную и рассудительную личность. А теперь остаётся только…

— Быть может лучше будет, если роль связиста исполню я? — Моя попытка выйти из ситуации не увенчалась успехом.

— Категорически нет, Ле Соллиар! У вас свои задачи, и вы должны будете сосредоточиться на них, а не отвлекаться на поддержание связи со штабом. И у остальных тоже. Так что связист должен быть.

Что ж, я старалась.

— Думаю следует взять в группу мичмана Хаттери. — Я буквально чувствовала, как Каюдзава прожигает во мне дыру своим возмущенным взглядом. Да, мичмана он невзлюбил с первых дней общения.

— Почему вы так считаете иок? — Несколько удивлённо поинтересовался Тарсон. В ответ я изложила свои соображения, после чего адмирал впал в некоторую задумчивость. — Нда, неоднозначно. Ваш Хаттери та ещё особь, непонятно как он поведет себя в трудной и опасной для жизни ситуации. Но по сравнению с рядовыми кадетами у него есть хоть какой-то опыт… Что ж, пускай будет мичман Хаттери, но учтите иок, только под вашу личную ответственность. Присмотрите за ним. Не забывайте, все что вы сделаете — не забудется. В Федерации вас будут восхвалять как героев. Вы сможете получить доступ к тому чтего были лишены. Достойное место службы, доступ к ведущим научным разработкам, самая лучшая медицина, которую только знает известная часть галактики. И это только начало.

Тарсон поочередно взглянул на нас, пытаясь убедиться, что мы также прониклись его словами. Куда же без плюшек? Ага, как же. Последний аргумент явно был направлен на меня. Я постаралась как можно тише выдохнуть. Его предложение опоздало лет эдак на пять точно. Радовало уже то, что беременную Омейли адмирал сразу вычеркнул из списка кандидатов. Видимо уже сталкивался с женщинами в интересном положении. Прости Дерек, но никого другого я взять не могу.

— И последнее, пожалуй. Лейтенант Каюдзава, здесь и сейчас перед своими товарищами и мной как командиром, поклянитесь своей честью как воина и офицера, что будете неотступно следовать приказам иок Ле Соллиар и не подвергнете пустой угрозе вашу группу из-за вспышек гнева. Насколько я знаю, клятва подобного рода для вас не пустой звук? — Теперь три пары проницательных глаз устремились к пилоту. Настала его очередь бледнеть. Как мне было известно род Каюдзавы происходил от древней аристократической японской семьи. И традиции у них чтились на самом высоком уровне. Клятва чести в случае Каюдзавы действительно была весомой вещью.

— Я… клянусь… — Впервые за все время нашей совместной службы мне довелось услышать, что Каюдзаве отказал голос. Но собравшись, он мужественно продолжил. — Клянусь моей честью, что не нарушу приказ капитана Ле Соллиар и не подвергну пустому риску свою группу, если это будет зависеть от меня.

— Что ж, — адмирал удовлетворённо сощурился, — с этим разобрались. Теперь можете расходиться по своим каютам, я освобождаю вас от ваших смен на сегодня. Выспитесь, уложите все услышанное в голове. Начиная с завтрашнего дня, у вас будет двое суток на подготовку, после чего «Буревестник 101» официально отправится на поиски принца. За это время лучшие умы нашей галактики должны решить проблему направленности поисков. Или, по крайней мере, сузить их квадрант. Так что особенно думать над тем, куда вам лететь не придется. А теперь, вольно!

***

Тем же вечером в том же составе, за исключением адмирала, мы собрались в моей каюте. Сборище было несанкционированное и спонтанное, но крайне необходимое для самих участников. Хотя ещё полчаса назад ни о чем подобном я и не думала. Слишком многое нужно было обдумать наедине с собой. Однако, вначале заявился мрачный и крайне молчаливый Каюдзава, а за ним практически сразу последовал какой-то отстраненный О'Шенри. Мужчины молча поприветствовали друг друга и заняли все свободные кресла, предоставив мне возможность вольготно расположиться на койке. Честно говоря, в подобной ситуации я оказалась впервые, и о чем говорить, мне было сложно представить. Да что уж там! Это первый раз, когда кто-то, кроме отца и врачей, вторгался на мою личную территорию.