Миссия – выжить… (СИ) - Квилинская Амалия - Страница 28

Вспомнились первые недели после пробуждения. Немного придя в себя и окончательно расквитавшись с сержантом Вошем, мне с отцом удалось найти место где нас не смогли бы прослушать. После активации дополнительного генератора помех, я рассказала ему все от начала и до конца. В эту историю я включила все свои домыслы, ощущения и сомнения. Уже не раз сталкивалась с тем, что когда излагаешь кому-то свою проблему, решение находится быстрее, даже если слушатель не сможет подсказать ничего толком. Вместе мы приняли решение, что лучше всего мне проходить реабилитацию дома, подальше от военных и их зоны контроля. Как только мое состояние стабилизировалось и перегрузки от прыжка в пространстве не смогли бы нанести моему хрупкому здоровью вред, отец и его доверенная группа врачей тайно перевезли меня на личный отцовский корабль. Рейменэя и наш дом в умеренных широтах планеты встретили меня холодными ветрами и первым снегом. Никогда не думала, что буду так рада зиме — моему самому нелюбимому времени года.

Зима в этих местах была длинной, но теплой. Когда я прибыла она только начиналась, и вот уже совсем скоро весенняя оттепель растопит белый покров. Но до этого еще оставалось прилично времени. Выпив воды и сменив одежду нацепила опостылевшую маску. К счастью, выполнить подобные простые действия было вполне в моей власти.

Вид из окна моей комнаты был действительно великолепен. В те невыносимо длинные дни, наполненные нескончаемыми страданиями и болью, мне оставалось только смотреть в окно. На большее просто не хватало сил. Я изучила каждую складку рельефа, знала наизусть количество пиков и их отрогов из горной гряды, что начиналась прямо за небольшой долиной. Знала наизусть названия всех деревьев из леса, что заполнял собою всю близлежащие склоны. Поскольку наш дом располагался прямо на плоской вершине одинокой горы, я могла наблюдать за неспешной жизнью вокруг и никогда не уставать от просмотра этого зрелища. Особенно мне нравилось разглядывать скоростную гравитационную трассу, что проходила в пятидесяти метрах над поверхностью земли не столь далеко от нашей усадьбы. Глядя на проносящиеся по своим делам гравикары придумывала всякие незамысловатые истории из жизни их хозяев. Как же я хотела в одно мгновение оказаться на их месте! Эти фантазии были увлекательны и хоть как-то развеивали скуку.

Зимой здесь случались частые бури и сходили снежные лавины. Тогда трассу временно перекрывали. Думаю, зиму я не любила именно по этой причине. А ещё потому что я никогда не могла позволить себе роскошь возиться с другими детьми в этом холодном пуховом одеяле. Меня радовали только снегопады. Густые меховые шарики, покрывающие землю своей обманчивой белизной. Они всегда оставались прекрасными. То мелкие и ажурные снежинки, то тяжёлые и запутанные клубки-вереницы их собратьев. Их постоянный неугомонный бег. Прямо как сейчас.

Снегопад за окном усилился. Видимость упала практически до нуля. Взяв в руки стакан горячего какао, я примостилась в кресле прикрывшись мягким пледом. Никуда двигаться не хотелось. Снежинки кружили за плотной преградой, напоминая звезды. То, какими я их видела, когда корабль совершал гиперпрыжок. Вечерело. Скоро должен был вернуться отец с новой порцией вестей. За эти полгода я тщательно собирала информацию о всех бывших членах моего экипажа, а также известия из пограничных аванпостов. Включая слухи и сплетни. Но пока никаких данных о новом разумном виде, с которым встретились члены Федерации, по головиденью не сообщалось. Было даже слишком тихо, что настораживало ещё больше. Из-за этой удивительной тишины, учитывая масштаб событий и количество свидетелей, приходилось соблюдать максимальную осторожность и не копать слишком глубоко. Я и так успела привлечь к себе повышенное внимание, больше мне не надо.

Перед моей дверью послышались шаги.

— Госпожа Ясмин, к вам посетитель. — Наша горничная Рядана радостно мне улыбнулась. Выходец из семьи местных фермеров она выглядела как моя ровесница, но на самом деле была старше в несколько раз. В свое время она успела поработать в качестве моей няни, и ее шикарная серебристая копна не раз страдала из-за моих шаловливых ручек. Но Рядана была единственным близким мне человеком после отца, которому я могла безоговорочно доверить свою жизнь.

— Кто это? — Это явно был не отец. Он пришел бы сам без всяких представлений. Для врачей и прочих посетителей уже поздно.

— Он представился как Бенедикт Заувер и сказал, что вы его знаете.

После того как я услышала имя визитёра в моей душе поднялась целая буря эмоций. Сколько раз я хотела направить ему видео сообщение с просьбой о встрече. Но каждый раз останавливала себя. Отговаривалась своей слабостью, виня за чрезмерное любопытство и несдержанность. Но главной причиной было то, что после получения звания капитана третьего ранга Зауверу дали в командование военный линкор и отправили с секретной миссией в планетарную систему Бетельгейзе. Его миссия длилась уже около года и у меня было не самое лучшее предположение о ее цели. Именно об этой планетарной системе ходили крайне некоторые слухи. Будто бы тамошние жители возжелали полной автономии и независимости от Федерации. Направление туда военного судна не сулило ничего хорошего. Но я ведь знала Заувера. Он действительно способный и хороший парень, поэтому вполне оправдано получил собственный корабль. А то, что практически сразу же был переброшен на подавление восстания… Так против приказа он не пошел бы, даже не будь Заувер новичком в капитанском кресле. Уж больно исполнительный… холодный и трезвомыслящий. Черты настоящего военного, с какой стороны ни взгляни…

Вот только до конца избавиться от сомнений не получилось, как бы я ни пыталась. В душе продолжал ворочаться мерзкий червячок, лелея неприятную мыслишку. Ведь он мог бы попросить корабль другого типа — исследовательский, патрульный или разведчик. В крайнем случае перевестись на орбитальную станцию или стать начальникам аванпоста. Но он выбрал именно боевой корабль. Неужели я и ему в свое время дала неправильную оценку и за фасадом спокойного и миролюбивого парня прячется что-то ещё, весьма нехарактерное для его расы? Этот вопрос пока оставался без ответа.

Однако визит Заувера меня одновременно обрадовал и несказанно удивил, заставив задуматься над его целью. Что-то я не замечала в своем линкоме писем и пропущенных звонков.

— Рядана, проводи гостя в гостиную и подай напитки. Я сейчас спущусь.

Девушка понятливо кивнула и прикрыла дверь. Я же задумалась в каком именно виде мне стоит предстать перед бывшим сослуживцем. По здравому размышлению решила воспользоваться привычным гравикреслом, прикрыв ноги пледом. Не стоит Зауверу видеть, что я уже вполне способна стоять на своих двоих, пускай и недолго. Как бы мне хотелось верить в то что Бенедикт Заувер не связан с такими неприятными личностями как сержант Вош и Ко, но отмести подобную возможность вот так сходу основываясь исключительно на сентиментальных побуждениях я никак не могла.

Пожалуй, единственным послаблением, что я позволила себе в дополнение к привычно наглухо затянутому костюму и маске легкий флер одного из моих наиболее любимых духов. Легкий травянистый оттенок отдавал нотками древесной смолы и свежестью первого снега. На корабле я не могла позволить себе использовать духи. В космическом пространстве, где на крошечном челноке собралось столько представителей народов с разных уголков вселенной, нельзя было допустить и крупицы отличий от общепринятого стандарта. Особенно представителю офицерского состава. Это было связано прежде всего с культурными особенностями и традициями. Если для меня запах сандала создавал весьма приятную и умиротворяющую атмосферу, то для кого-то еще этот аромат мог ассоциироваться с боевой провокацией и так далее. Так что большее, что я могла себе позволить это наслаждаться своей огромной коллекцией в тиши и одиночестве своей каюты.

Медленно и практически беззвучно преодолевая лестницу я всматривалась в стоящего ко мне спиной человека. А капитанская форма ему действительно шла. Стройнила что ли. Откуда-то вдруг появился гордый разворот плеч, да и голову он теперь держит прямо. Да, капитан это конечно не уткнувшийся постоянно в свои вычисления пилот, и даже не коммандер, мнение которого могут с лёгкостью проигнорировать. Капитан — это звучит гордо. Мне самой довелось пробыть на этой должности не столь долго, но чувство власти, пусть в разрезе отдельно взятого кораблика… Оно захватывает, подчиняли разум и выпускает на волю все скрытое до этой поры. Изменила ли она Заувера? Я пытливо всматривалась в его фигуру пытаясь найти ответ на это вопрос.