Брачные узы (СИ) - Мишина Юлия - Страница 2

— Ну что все обо мне, — сказала я, улыбаясь, — Катюха вот, радостная… Митя вернулся со смены!

— Это точно, — подтвердила Катя, сладко улыбаясь, — сегодня первый день. Меня ждут две волшебные недели, — протянула мечтательно.

— Счастливая ты, Катька, — вздохнув, сказала Мила, — правда, шесть месяцев в году… — добавила и рассмеялась.

— Так и есть, — подхватила Катя, — счастье строго по графику: две через две недели.

— Миланья, — послышалось с другой стороны комнаты, и подруга удалилась к Себастьяну.

Мы с Катей присоединились к мужьям. Они набрали себе тарелки с едой и расположились за столиком на заднем дворе.

— Обновить бокал? — спросил Костя, когда я опустилась рядом на плетеный диван.

Я кивнула.

— А твой? — поинтересовался у Кати, но та отрицательно махнула головой.

— Я же за рулем, больше не буду, — ответила она.

— Как здесь красиво, — выдохнул Митя, блаженно закинув руки за спинку кресла, — вот, ребята, к чему стремиться надо. Вот как жить здорово!

— Подожди, сейчас Костя вернется, при нем скажи, — язвительно отозвалась я.

— А мне кажется, — говорила Катя, — что каждый счастлив по-своему. Я и нашей двухкомнатной квартиркой очень даже довольна!

Сказала и прильнула к мужу. Митя поцеловал ее в щеку. Я смотрела на них и удивлялась. С самого универа вместе. Уже десять лет. И до сих пор так влюблено смотрят друг на друга! Никакого раздражения, обид, ужимок. Может, двухнедельный рабочий график и есть секрет семейного счастья?

Вернулся Костя. Поставил бокал на столик и устроился рядом со мной. За ним на веранду вышла Миланья.

— Ну вот, всех обошла, всем улыбнулась, — сказала, занимая место на стуле.

— За ваш красивый дом, Мила, — начал речь Костя, — пусть в его стенах вы всегда будете счастливы! Пусть в нем царит гармония и любовь!

— Ура! — Наши бокалы соприкоснулись со звоном.

Глава 2. Миланья

Гости разъехались по домам. Я плюхнулась на диван, скинула тесные босоножки и позволила себе немного отдохнуть. Мимо сновали официанты. Кейтеринг ресторана, который я придирчиво подобрала для новоселья, оказался лучшим. И еда, и персонал. Все приятной внешности, вытянувшиеся по струнке, готовые решить любую проблему.

Я перевела взгляд. В дальнем конце зала стоял охранник Себастьяна. Муж зашел в уборную, и двухметровый громила послушно топтался в метре от двери. Я нахмурилась. Раньше телохранители не следовали за мужем по пятам. Всегда оставались на улице и рассредоточивались по периметру. Кажется, их стало больше. Раза в два. Не нравилось мне это…

Громила оживился. Себастьян показался в гостиной. Высокий, атлетического телосложения, он уверенной, твердой походкой направился ко мне. Я знала: многие из наших знакомых думали, что его деньги и положение в обществе вскружили мне голову. А я даже не пыталась переубедить их. Главное, что не требовалось доказывать обратное самой себе. Ведь спустя шесть лет с первой встречи, я все также любуюсь мужем. Его смуглой, идеальной кожей, непослушными черными волосами и голубыми, почти прозрачными глазами. Одной внешности Себастьяна достаточно, чтобы разбить любое женское сердце. А когда к этому прилагается бешеная энергетика и природное обаяние, которыми так умело пользуется мой сильный, властный мужчина, нет никаких шансов устоять перед ним.

Себастьян приблизился, я поднялась с дивана и встала на цыпочки, чтобы дотянуться до его шеи. Муж слегка наклонился, и я заключила его в объятиях. Крепкие ладони легли на мою талию.

— Вот мы и остались одни, — сказала, улыбаясь. Потом выглянула из-за головы Себастьяна и смерила громилу недовольным взглядом. — Почти одни…

— Это Дэн. Он теперь мой личный телохранитель, — строго объяснил муж. А потом его лицо прояснилось. Он нежно посмотрел на меня и сказал: — Это был прекрасный вечер, Миланья. Ты постаралась.

— Так и есть, — кокетничая, согласилась я. — Теперь, — многозначительно выговаривая слова, я проводила кончиком пальца по его прямому носу. — Мне нужна награда. — Достигла губ и нежно погладила их.

— Детка… — выдохнул Себастьян.

Я тут же отпрянула. Только не "детка!" Ненавижу эту "детку"!

— Не говори, что должен ехать, — попросила разочарованно.

— Прости меня, — крепче прижимая, прошептал муж.

Я попыталась освободиться из объятий. Но Себастьян был против и с легкостью удержал меня.

— Уже два часа ночи! — возмущенно причитала. — Какие дела могут быть в два часа ночи?!

— Как раз такие, — терпеливо объяснял муж, — благодаря которым мы можем позволить себе роскошный дом.

— Какой мне от него толк, если ночевать я здесь буду одна! — крикнула, покраснев.

Себастьян резко отпустил меня. Я пошатнулась, но удержалась на ногах. Лицо мужа потемнело.

— Не веди себя как ребенок! — отчеканил он.

— Ты уже целый месяц пропадаешь и днем, и ночью, — злилась я, — мы же хотели провести этот день вместе! Весь вечер развлекала гостей, а теперь останусь одна!

— Так надо, Миланья, — жестко сказал муж. — Здесь есть, чем заняться!

Он развернулся и зашагал к выходу. Громила послушно двинулся следом.

— Отдохни. Расслабься в бассейне, — бросил через плечо Себастьян.

Я тяжело дышала, смотря на удаляющуюся фигуру мужа, и закипала от гнева. "Да провались он пропадом твой бассейн!" — хотела крикнуть вдогонку. Но не посмела. Проглотив обиду, опустилась на диван.

В комнату стали возвращаться официанты. Услышав шум, они тактично дожидались, пока стихнет скандал. Поймала на себе сочувственные взгляды и поспешила покинуть гостиную.

Я знала, куда иду. Каждый раз, когда муж, нарушив обещания, оставлял меня одну, я закрывалась в его кабинете. Так и сейчас, прошла в комнату и захлопнула за собой дверь.

В воздухе крепко пахло деревом и кожей. Массивную темную мебель дополняли тяжелые бронзовые аксессуары. Я прошла и опустилась в мягкое кресло. Положила руки на широкие подлокотники и закрыла глаза. Нет, Себастьян не успел обжить кабинет, и эффекта его присутствия еще не было. Открыла глаза и потянулась к коробке с сигарами. Достала одну и, закашливаясь, закурила. Терпкий табак обжог горло. Я поморщилась и, положив сигару на мраморную пепельницу, отодвинула ее на самый дальний край стола. Хотела ощутить легкий сигаретный запах, обычно тонким шлейфом тянувшийся за мужем. А получила спирающий дыхание дым и гадкую горечь во рту.

Встала и распахнула окно, расположенное позади стола. В комнату ворвался прохладный ночной воздух. Втянула его полной грудью и выглянула во двор. Машины Себастьяна уже не было. По широкому тротуару прогуливался охранник. Борис давно работал на мужа и чаще всего оставался со мной дома.

В кабинет постучали.

— Войдите, — громко ответила я.

В дверях появился официант с пустым подносом.

— Разрешите убрать? — спросил он.

— Да, конечно, — позволила я и вернулась в кресло.

Парень стал проворно собирать оставленные гостями бокалы и тарелки из-под закусок. Устало следила за ним.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Еще много уборки? — уточнила я.

Официант поднял испуганный взгляд. Он замешкался, не находя подходящих слов.

— Первый день на выезде? — догадалась я. Кажется, спутала проворство с нервозностью…

Молодой человек выпрямился, собрался с мыслями и ответил:

— Да, Миланья Демидовна, сегодня мой дебют.

— Миланья Демидовна, — повторила, прыснув от смеха. Вот и я доросла до имени отчества. Еще с десяток лет и услышу в очереди "женщина!" Подумала и передернулась. — Можешь продолжать, — махнула рукой официанту, так и застывшему передо мной.

Молодой человек закончил с уборкой и направился к двери.

— Подожди, — окликнула его, — избавься и от этого, — указала взглядом на дымящуюся сигару.

— Конечно, — кивнул официант и подошел к столу.