Я болен тобой (СИ) - Дражинская Валерия - Страница 6

— Марат! Мирослава! — представил нас друг другу Игнат без лишних объяснений.

— Мирослава! — будто на распев протянул этот Марат.

— Слава! — машинально поправила.

— Ладно, Слава! Надеюсь, ты не против сразу перейти на «ты»? — он тоже пожал мне руку, обаятельно улыбаясь. — Ненавижу официоза с красивыми молодыми девушками.

Мы устроились на удобных кожаных стульях.

— Не против! — я почувствовала, что краснею! Не привыкла к таким вот комплементам с ходу.

— Ого, я и не знал, что в наше время еще кто-то умеет краснеть, — этот человек излучал столько доброжелательности, делая неуместное замечание в мой адрес, что невозможно было на него злиться.

— Марат! — предупреждающе произнес Игнат, но тот отмахнулся, даже не глядя.

Марат был красив. Даже с перебором. Такому любую женщину снять — раз плюнуть. Чего только стоит пронзительный взгляд серых глаз! И еще это его обаяние! Убойная смесь. На первый взгляд связать этих двоих было невозможно. Объединяла их внутренняя сила, со всеми вытекающими последствиями, которая у каждого чувствовалась интуитивно.

Официантка подала всем по меню. Цены отсутствовали. Было неудобно что-либо заказывать. Сама я точно не заплачу — вряд ли Игнат или кошелек мне это позволит. И не хотела, чтобы Игнат платил за меня! Почему я не подумала об этом, когда садилась в машину?

Мужчины уже сделали заказ и вдвоем, вместе с официанткой, смотрели на меня.

— Зеленый чай! — наконец-то решаю.

— Еще что не будь? — спрашивает официантка.

— Это все! Спасибо!

Марат все еще лыбиться. «Ему губы не болят?» — успеваю подумать перед тем, как с лица уходят все краски, а гул в ушах начинает набирать обороты от одной фразы Игната:

— Мира, если ты ничего не закажешь себе поесть — я сделаю это за тебя! — не могу смотреть на него, пытаюсь сосредоточится на Марате, но его озадаченное выражение лица не дает отвлечься.

— Я сейчас! — умудряюсь выговорить.

Захожу в туалет, мертвой хваткой цепляюсь руками за раковину и опускаю голову вниз, пытаясь успокоится. Воспоминание! Когда это долбанное прошлое оставит меня в покое?

Нежные руки, не особо напрягаясь, отрывают мои от холодной поверхности. Я знаю кто это! Физически чувствую. Поворачивает к себе и приподымает указательным пальцем подбородок, заставляя смотреть на себя. Сейчас его взгляд дарит желанное спокойствие. Как один человек умудряется так по-разному влиять на меня?

— Что случилось? — спокойным голосом интересуется Игнат, отходя от меня на шаг.

— Голова закружилась, — придумываю единственное нейтральное объяснение.

Он тяжело вздыхает — не верит? Некоторое время разглядывает меня, а потом мягко спрашивает:

— Мира, чего ты боишься?

Я не могу объяснить ему свое поведение. Он не поймет. Понимает только Олег, потому что знает меня с семи лет, знает мою историю. Я стою и молчу. Игнат это расценивает по-своему. Делает шаг ко мне и вновь поворачивает к зеркалу. Его руки опускаются на мои плечи. Кайф от сильных уверенных движений, разминающих напряженные мышцы, заставляет прикрыть глаза. Тело моментально отзывается. Чувствовать его за собой сплошная феерия.

— Не нужно… — ласковый шепот на ухо, сопровождает горячее дыхание. Опусти он сейчас руку мне на грудь — я тут же кончу, — … боятся, когда я рядом, Мира!

Я открываю глаза — Игнат серьезно смотрит на меня в зеркале. Он не соблазнял!

— Успокоилась? — еле слышно спросил.

— Да! Все хорошо! — мой голос звучит хрипло.

— Пойдем! — отпускает меня и ладонью за поясницу, мягко подталкивает на выход.

Марат инцидент не комментирует. Заказ уже принесли. Передо мной стояла тарелка супа и какой-то салат. Не успеваю проанализировать свою реакцию на поступок Игната:

— Слава, надеюсь, ты удовлетворишь мое любопытство. У Игната бесполезно спрашивать. Где он тебя нашел?

Мне нравилась непринужденная манера Марата вести разговор. Это расслабляло!

— Она на меня работает, — Игнат поддался на провокацию, опережая меня с ответом.

— Даже так! — ухмыльнулся тот.

В этот момент я беру со стола бокал с водой, и Марат непроизвольно опускает глаза на мою руку. Естественно он видит кольцо. Вместе с исчезающей улыбкой еле заметно подымаются брови. Он бросает странный взгляд на Игната и встречает полную невозмутимость. И ежу ясно, что он подумал. Но меня уже давно не интересует чужое мнение.

— И давно? — вопрос звучит двусмысленно, так что Марат добавляет, — Работает.

— Около месяца, — ровно отвечает Игнат и уже мне говорит: — Мира, поешь, пожалуйста!

Машинально беру ложку и пару раз подношу ко рту. Очень вкусно! Молча едим, пока Марат вновь не возвращается к вопросам.

— Слава, тебе нравится работать на Игната?

— Нет! — честно отвечаю.

Марат несколько секунд удивленно смотрит на меня, а потом взрывается хохотом.

— Тебе не кажется, излишне так говорить при работодателе? — успокоившись, объясняет свое веселье.

Сначала пожимаю плечами, но передумав, перекидываю вопрос на Игната:

— Мне можно говорить правду, даже если она Вам не понравится?

— Я хочу слышать только правду, Мира, какой бы она не была! — серьезно отвечает он и рассержено добавляет. — И мне казалось, что мы уже решили вопрос с твоим выканьем.

По спине пробегает табун мурашек. Мне приятно и горько одновременно. Я ему уже столько раз врала!

— Слава…

— Марат, дай ей поесть! — теряюсь в догадках, что способствовало тормозом для Марата — резкий тон Игната или то, что они уже все доели, а я только начала. Склоняюсь ко второму.

Пока они пили кофе и говорили на свои темы, я доела всю эту вкуснятину. Как только сделала последний глоток чая, Игнат со словами «Нам пора» поднялся. Покидали заведение мы уже втроем.

— Приятно было познакомиться, Слава! Думаю, мы еще увидимся, — туманно произнес Марат и направился к машине. Тоже порше, только не спортивная, как у Игната, а джип.

Как только мы отъехали от ресторана Игнат спокойным голосом поинтересовался:

— Почему тебе не нравится на меня работать, Мира!

— Слишком много напряжения. Не знаешь, чего ожидать, — честно ответила я, намекая на наши взаимоотношения.

Игнат от моей прямоты рассмеялся.

— Но сама работа мне очень нравится! — добавляю для сглаживания, но не вру.

— Получается, я мешаю тебе работать?! — смех обрывается, и он говорит на полном серьезе: — Ты не представляешь, как ты мешаешь мне работать!

— Весело, получается! — нервно аргументирую я, уверенная в том, что закончить предложение он хотел по-другому.

— Нет, Мира, это не весело.

— Мне жаль! — на что он грустно усмехнулся.

В полном молчании мы доехали до офиса, где Игнат меня высадил и умчался. Надеюсь, сегодня я его больше не увижу. Слишком много «общения» за день. С перебором. 

8

Мирослава

В пятницу меня снова ждал сюрприз. Однозначно неприятный. С утра нужно было съездить в банк, а я не могла дозвониться Вадиму. Телефон вне зоны действия. Пришлось ехать с другим водителем. Он мне не нравился как человек, поэтому я почти всегда ездила с Вадимом. Здесь я и узнала новость об увольнении Вадима. На вопрос почему, ответил, что никто ничего не знает.

На душе стало противно. Для столь резкого увольнения была только одна причина. И я, хоть и косвенно, но была виновата. Зачем Игнат так поступил?

Я не думала, что придется по собственной инициативе идти к нему в кабинет. Но не пойти не могу. Вадиму нужна была эта работа. Он мне сам об этом говорил.

Игната не было. Объявился лишь в пятницу, о чем красноречиво намекал порше карера припаркованный возле офиса. Пропал он ровно на неделю. После часового аутотренинга я решилась.

Подходя к Оксане, нервничала.

— Привет, не отвлекаю? — она как раз что-то печатала в компьютере.

— Привет, Слава! Не особо! — на лице читалось легкое недоумение. Здесь я была единожды и не по своему желанию.